The Misanthrope

Быть правдивыми, и знать прямую честь, И говорить лишь то, что в вашем сердце есть.

Филинт Но если кто-нибудь нас встретит так сердечно, Мы тем же заплатить должны ему, конечно. Его радушию, по мере сил, в ответ За ласку - ласку дать и за привет - привет!

Филинт Вращаясь в обществе, мы данники приличий, Которых требуют и нравы и обычай.

Альцест Нет! Мы должны карать безжалостной рукой Всю гнусность светской лжи и пустоты такой. Должны мы быть людьми; пусть нашим отношеньям Правдивость честная послужит украшеньем; Пусть сердце говорит свободно, не боясь, Под маской светскости трусливо не таясь.

Селимена Как? Вы не видите, что дух противоречья Способен вызвать в нем приливы красноречья? Он должен выказать свой несдержимый жар; Противоречие - его особый дар. Ужасно для него общественное мненье, И соглашаться с ним - прямое преступленье. Он опозоренным себя навеки б счел, Когда бы против всех отважно не пошел! Честь спора для него так истинно желанна, Что спорить сам с собой привык он постоянно: С своими чувствами готов пуститься в бой, Раз выскажет при нем их кто-нибудь другой.

Филинт Но правда ведь и то, мой друг, ваш ум таков - Всегда протестовать и спорить он готов, И одинаково, по вашему признанью, Вы возмущаетесь и похвалой и бранью!

Альцест Да, люди, черт возьми, не правы никогда. И к ним в моей душе всегда живет вражда. Всегда одно из двух: достойные презренья, Они иль низко льстят, иль судят без зазренья.

Альцест Но я... я к ним не слеп, не равнодушен к ним, Чем больше любим мы, тем менее мы льстим. Нет, чистая любовь не знает всепрощенья, И правду говорить готов я без смущенья. Я б гнал без жалости вздыхателей долой, Когда б они во прах склонялись предо мной И лживой мягкостью - любезны, льстивы, сладки - Мои же поощрять старались недостатки.

Селимена Итак, по-вашему, когда мы влюблены, Навек отречься мы от нежности должны И полагать любви почетным назначеньем - Бранить ее предмет с похвальным увлеченьем.

Элианта С любовью истинной ваш взгляд несовместим, И выбором всегда влюбленный горд своим. Все лишним поводом бывает к восхваленью: Любовь всегда склонна бывает к ослепленью, Она любой порок за качество сочтет И в добродетели его произведет. Бледна - сравнится с ней жасмина только ветка; Черна до ужаса - прелестная брюнетка; Худа - так никого нет легче и стройней; Толста - величие осанки видно в ней; Мала, как карлица, - вот чудо неба вкратце; Чрезмерно велика - богиней может зваться; Неряха, женских чар и вкуса лишена - Небрежной прелести красавица полна. Будь хитрой - редкий ум. Будь дурой - ангел кроткий. Будь нестерпимою болтливою трещоткой - Дар красноречия. Молчи, как пень, всегда - Стыдлива милая и девственно горда. Так, если в любящем порывы чувств глубоки, В любимом существе он любит и пороки.

Тот путь мне непригоден; Поверьте, от оков я должен быть свободен. Не создан я судьбой для жизни при дворе, К дипломатической не склонен я игре, - Я родился с душой мятежной, непокорной, И мне не преуспеть средь челяди придворной. Дар у меня один: я искренен и смел, И никогда б людьми играть я не, сумел. Кто прятать мысль свою и чувства не умеет, Тот в этом обществе, поверьте, жить не смеет. Да, от двора вдали, на трудовом пути Чинов и титулов, конечно, не найти; Зато, лишившися надежды возвышенья, Не надо нам терпеть отказов, униженья, Не надо никогда играть нам дураков, Не надо восхвалять посредственных стишков, Не надо выносить от милых дам капризов И остроумие терпеть пустых маркизов!

И, право, иногда мне хочется скорей В пустыню убежать от близости людей.

Филинт О боже мой, к чему такое осужденье! К людской природе вы имейте снисхожденье; Не будем так строги мы к слабостям людским, Им прегрешения иные извиним!

Я вижу множество, как вы, вещей и дел, Которых видеть бы иными я хотел. Но что бы ни было, не разражаюсь бранью И волю не даю, как вы, негодованью. Людей, как есть они, такими я беру; Терплю безропотно их жалкую игру. Иное ни к чему меня не привело бы. И, право, мне покой мудрее вашей злобы

Альцест За двадцать тысяч тех я право получу Кричать, что на земле царит неправда злая, И ненавидеть всех отныне не скрывая.

Филинт Согласен я, что всюду ложь, разврат, Что злоба и корысть везде кругом царят, Что только хитрости ведут теперь к удаче, Что люди бы должны быть созданы иначе. Но все ж достаточно ль для нас таких идей, Чтоб вычеркнуть себя из общества людей? Быть может, служат нам людские недостатки, Чтоб философии в нас развивать зачатки, - Для добродетели занятья выше нет! Когда бы честностью был одарен весь свет И были все сердца чисты и благородны, То добродетели вам стали б непригодны. Все их величье в том, чтоб с пошлостью и злом Могли встречаться мы с безоблачным челом; И сердца чистого глубокие порывы...

Пред милым существом ужель ваш гнев затих? Вы их не видите или простили их?

Альцест ...я ею увлекаюсь. И вижу слабости ее, о них скорблю, Но все ж она сильней, и я ее люблю. Огонь моей любви - в то верю я глубоко - Очистит душу ей от накипи порока.

Элианта Мне отомстить за вас? Но как?

Альцест Сказав мне: да! Приняв мою любовь и сердце безраздельно! Вот чем изменнице я отомщу смертельно. Я накажу ее: пусть мучится она, Увидев, что душа другой любви полна, Увидев нежность всю, заботу и почтенье, Что я у ваших ног сложу в благоговенье.

Селимена Никто. Вы новую изобрели методу Сердиться и кричать любви своей в угоду. Упреки, ссоры, брань - вот пылкий ваш экстаз. Подобную любовь я вижу в первый раз.

Селимена Однако будет с вас! Забавно, что вы вдруг такую взяли волю; Я оскорблять себя вам больше не позволю.

Альцест Но не волнуйтесь же, попробуйте сперва Мне толком объяснить подобные слова.

Селимена Нет, не исполню я подобную причуду: Что б вы ни думали, я разъяснять не буду.

Альцест Увы, моей любви нет меры, нет предела; Чтоб ваша красота моею лишь была, Я, право, иногда готов желать вам зла: Чтоб никому кругом любви вы не внушали; Чтоб жили в бедности, в унынии, в печали; Чтоб, от рождения судьбой обделены, Вы не были горды, богаты и знатны; Чтоб я один, один лишь мог своею властью Исправить дар небес и привести вас к счастью; Чтоб с гордой радостью мог убедиться я, Что все, что есть у вас, дала любовь моя!

Селимена Однако вы добра мне пожелать сумели. Храни меня господь, чтоб вы достигли цели!..

Альцест Я в этом не судья, прошу меня избавить.

Оронт Но, сударь, почему?

Альцест Суждения мои Все слишком искренни, что плохо для судьи.

Оронт Напротив! Выслушать готов я вас покорно И был бы огорчен, поверьте, непритворно, Когда бы от меня вы скрыли хоть пустяк. Я жажду истины!