Они болтали, ухмылялись, улыбались и флиртовал друг с другом. Им больше нечего было делать. Они не могли придумать, чем бы ещё заняться. А я вынужден был смотреть на их уши, рты, шеи, ноги, жопы и ноздри — на всю эту срань. Я чувствовал, как из их тел, как смог, сочатся смертельные лучи, а слушая их разговоры, мне хотелось орать:
— Господи Боже мой, помогите же мне кто-нибудь! Неужели я должен так страдать всего лишь за то, чтобы купить фунт гамбургеров и полбулки ржаного хлеба?