Как следует из названия - автор решил показать нам не столько биографию классика, к его времени уже достаточно описанную, сколько различные влияния, как в детском, так и более зрелом возрасте, сформировавшие эту интереснейшую и яркую личность. Прадед, тоже Вальтер, поклявшийся не сбривать бороду, пока на престоле не будет восстановлена династия Стюартов (увы, не сложилось). Детство на ферме деда, Роберта Скотта, среди руин старых замков, героических легенд и пьянящей красоты шотландских пейзажей. Шедшая из Германии мода на "готическую романтику". Переломная эпоха, когда старшее поколение ещё помнит последние восстания горных кланов, а младшее уже испытывает на собственной шкуре промышленную революцию и первые экономические кризисы. Профессия юриста - не просто профессия, но последний оплот самобытности покорённой страны - хранители старинной шотландской системы права.
Именно из всего этого вырос шериф графства Селкиршир и секретарь Высшего суда сэр Вальтер Скотт, первый баронет - человек с весьма непростым характером и творческим отношением к жизни. Человек-противоречие. По-средневековому честолюбивый, упорно добивающийся титулов и высоких должностей, водящий дружбу с герцогами и лордами, покупающий сыну офицерские чины и вгрохавший все заработанные деньги на строительство "настоящего" замка. Но книги, которыми зачитывается вся страна, начиная с короля, упорно издающий анонимно - просто потому, что "таков мой вкус".
"Своим многочисленным гостям он являл облик сельского джентльмена, для которого литература — приятное развлечение. Как поэта и романиста ставил себя не очень высоко. Собственным детям он не давал читать свою поэзию, находя ее слишком пустой; дети так и выросли, не зная, что их отец — писатель".
Правда, анонимность эту сохранять было нелегко, не помогал даже псевдоним - придуманный Скоттом "школьный учитель Джедедия Клейшботэм". Как писал издатель Мюррей, получив очередную анонимную рукопись - автором "мог быть только Вальтер Скотт, либо уж сам Дьявол".
С издателями Скотт обращался с феодальным высокомерием, о котором нынешние авторы, зависимые от прихоти монополистов либо вынужденные издаваться за свой счёт, могут только мечтать:
"Мюррей предлагает, чтобы авторское право отошло к ним. Скорей у них рак на горе свистнет".
"Мое почтение Книгопродавцам, но я принадлежу к тем Черным Гусарам от литературы, кто и сам к другим с критикой не лезет, и от других ее не приемлет. Не пойму, с чего это им взбрело показывать мою рукопись Гиффорду, но я не поступлюсь ни строкой, чтобы ублажить всех критиков Эдинбурга и Лондона, вместе взятых... Какая неслыханная наглость!"
Человек, верой и правдой служивший Ганноверской династии, и в качестве чиновника, и кавалериста Эдинбургских драгун, когда в королевстве опасались вторжения французов. Пользующийся благосклонностью самого короля Георга, которого он фамильярно именует "наш толстый друг". Однако в письме к мисс Клифейн от 13 июля 1813 года он открытым текстом заявлял о верности изгнанным и к тому времени давно сошедшим с политической арены Стюартам: "Как адвокат я бы не мог защищать законность притязаний Карла на трон; но как солдат я бы непременно и вопреки всем доводам здравого смысла пошел за ним хоть на виселицу".
Человек, чьё имя стало синонимом романтики, и в то же время, как истинный шотландец - весьма практичный в делах, открывший собственное издательство и типографию, дабы ни от кого не зависеть, и в лучших советских традициях "в нагрузку" к своим популярным романам всучавший книготорговцам свои многотомные издания материалов по истории, никому, кроме Скотта, увы, не интересной. Как истинный юрист, накануне кризиса 1826 года переписавший заложенное поместье на сына (хотя я и не понимаю, как это возможно формально и в чём тогда смысл залога).
Жизнью В. Скотта ранее я уже интересовался и был убеждён, что в общих чертах её знаю. Однако автор, несмотря на весьма небольшой объём своего труда, сумел показать кучу нового и интересного. Именно он раздразнил интерес настолько, что я пошёл выкапывать из недр интернета английские PDFки не издававшейся на русском переписки, при помощи гугл-перевода и такой-то матери знакомясь с малоизвестными, но интереснейшими эпизодами биографии Скотта о поисках им шотландской короны, которые суть настоящий детектив в письмах.
Книге добавляет шарма замечательное оформление со множеством исторических иллюстраций. А автор, профессор английской филологии, известен также биографиями Бёрнса, Мильтона, Стивенсона, Вирджинии Вулф, и двухтомной "Историей английской литературы". Мне другие его книги не попадались, и на русский они, судя по всему, не переводились - но кто читает по-английски, могу рекомендовать.
4 понравилось
