Отзывы о книге Exil

Ого! Моя 1000-ая книга на ЛайфЛибе! Да еще какая! С юбилеем меня :)

Из всей трилогии "Зал ожидания", эта книга, пожалуй, самая лучшая - острая, насыщенная эмоциями, полная непростых судеб несчастных людей, в одночасье лишившихся своей родины, привычного уклада жизни, своего будущего, родных, друзей - всего. Евреи-эмигранты в Париже, неприкаянные души, жалкие и великие одновременно.... Не знаю почему, может быть из-за того, что действие разворачивается в Париже, может быть из-за эпохи, но от романа на меня стойко веяло Ремарком. Не столько из-за героев и их характеров, сколько из-за атмосферы. И это еще один огромный плюс к копилку "Изгнания".

Именно "Изгнание", а не центральный роман "Семья Опперман", дал название всей трилогии. Композитор, живущий в изгнании, Зепп Траутвейт пишет свое лучшее произведение - симфонию "Зал ожидания". Это не какое-то классическое произведение, как его более ранние "Персы". Это выражение всей боли и ужаса потерявшихся людей, выражение всего отвратительного существа национал-социализма, это аллегория потерянного поколения, выброшенного из поезда жизни и вынужденного бесцельно ждать годами в чужой незнакомой, часто враждебной стране, что же будет с ними дальше, смогут ли они вернуться на родину или будут до бесконечности скитаться по дешевым отелям, пробавляясь случайными подработками, в надежде получать долгожданную трудовую книжку.... Зепп не просто написал свое лучшее произведение - он его выстрадал. Ради "Зала ожидания" сам Зепп почти год не прикасался к роялю, работая редактором в эмигрантской газете, ради этого покончила с собой его жена Анна, ради этого его сын Ганс уехал работать в СССР, ради этого 7 месяцев мучился в концлагере Фридрих Беньямин, ради этого талантливые Оскар Черниг и Гарри Мейзель ютятся в эмигрантских бараках... И даже красавица Леа де Шасефьер, "нацистская богоматерь", ради этого порвала с нацистом Визинером, отцом своего ребенка....

"Зал ожидания" - это концентрация всего горя, унижения, величия и борьбы, которую вели эмигранты, концентрация их веры в то. что когда нибудь они вернутся в Германию, на свою родину, что очистят ее от скверны фашизма.

В романе "Изгнание" автор рисует просто потрясающие по своей реалистичности характеры. Это не какие-то плоские герое - хорошие или плохие. Это многогранные живые люди. Вот коммерсант Гингольд разрывается между своей богобоязненностью и желанием наживы. Или Визинер не может решить, кто же ему дороже - партия или его еврейка Леа. Или главный редактор Гельбрун не знает, как поступить - поставить подпись под увольнением Зеппа и тем самым спасти свое положение и свои деньги, дать возможность безбедно жить дочери и внуку, или же сохранить работу Зеппу и разориться самому....

Эти конфликты люди вынуждены решать каждый день, каждый день они идут на компромисс... или не идут. И из этих маленьких человеческих решений строится история, двигаются судьбы целых народов...

Великолепное произведение. Яркое, полнокровное, живое, сложное... Здорово, что именно этот роман стал моим юбилейным )

Аннотация нагло врёт. Траутвейн пишет симфонию "Зал ожидания" в финале романа. До похищения немецкими властями журналиста Беньямина Траутвейн известен "Одами Горация". До финальной симфонии он представит слушателям ораторию "Персы" и "Песни Вальтера". Музыка будет неразрывно связана с внутренним миром Зеппа и происходящими во внешнем мире событиями. В каждом из романов трилогии "Зал ожидания" один из персонажей задержан немецкими властями. Их арест закончится по-разному. За искусствоведа хлопотали долго, но безуспешно. Помощи он не дождался. Густава Оппермана вытащат из лагеря, но он не оправится от последствий заключения. Журналист Беньямин переживёт лагерь и выкарабкается. В каждом из романов будут хлопотать об узниках, подробнее они описаны в "Успехе". Да, и "Успех" - самый неторопливый роман трилогии. Он полон статистических данных, авторских отступлений о зарождении нацизма. В "Изгнании" цифр вообще нет. Фейхтвангер был не близок среде рабочих и крестьян. В "Успехе" есть несколько персонажей низших классов. Они развиваются.. Некоторые мечутся между социализмом и нацизмом, но остепеняются в браке. В "Семье Опперман" ярко изображён продавец в универмаге. Запуганный заранее человек мечтает вырваться из удушливой атмосферы, а картина в 1933-м году только разворачивается. В "Изгнании" Париж 1935-36-х годов. Однако, ни французов, ни эмигрантов из рабочих или не сильно образованных разночинцев. Автор не описывает мытарства скромных трудяг, вроде того продавца. В "Изгнании" читатель наблюдает лишь интеллигенцию. Фейхтвангер не льстит немецким эмигрантам. Они ворчливы, брюзгливы, ленивы и наглы. Ещё недавно они были высшим классом, властителями тугих кошельков или умов масс. Работы мало, но ручной труд для них зазорен. Лучше ныть, жаловаться и болтать, чем добросовестно починить дверь или половицы. Ассестирование в кабинете зубного врача считается чёрной работой. Непристижно и времени много отнимает. Мужчины пропивают чудом свалившиеся на них гонорары. Женщины планируют, кому бы повыгоднее продаться. На две трети романа душа болела лишь за переутомлённую Анну. И то её труд трудом не считается. Муж и сын называют её домохозяйкой, а её работа у врача в их головах не задерживается. Не мудрено, что загнанная обстоятельствами Анна уже не может мыслить широко и предпринимает меры. Её поток сознания похож на аналогичный у Бертольда Оппермана. Рядом с ними вовремя не оказалось великодушных людей. Не щадит автор и своих состоятельных соплеменников. А на мои возмущения поведением композитора откликается через полглавы или главу. Заигрался старый мальчик в политику и журналистский юмор. Из молодёжи в романе трое юношей-ровесников. Но какие же они разные! Гарри смог бы стать гениальным писателем, а остался автором одного сборника рассказов. Ганс и Рауль идут разными путями, оба недовольны своим местом в мире. Чудна женская логика Леа. Заигрывать с начальником мужа нормально, несмотря на то, что он убеждённый нацист. Одновременно можно наезжать на мужа, но не на его начальника, и зарабатывать себе очки в обществе музыкальными вечерами эмигрантов. И одновременно со всем этим возмущаться своим еврейским дедом. Так и не поняла, уважает ли Леа часть своего родственного прошлого, или умело лавирует. Не показаны люди, создающие рабочие места эмигрантам. Точнее, особо положительными не показаны. Нет в романе и семей с малолетними детьми. Интеллигенты или умело ускользают в Лондон, или вовремя разводятся, или жалуются в бараке благотворительного жилья. Пока Черниг жалуется на жизнь, целыми днями валяясь на гнилом матрасе, он - гонимый поэт. Стоит чернигу не без помощи Анны легально устроиться во французское издательство, автор сразу же негативно разрисовывает его обуржуазившимся и успокоившимся. Любопытно высказывался старый филолог, профессор, изучавший античную литературу и историю. Но он - фигура эпизодическая, созданная ради цитат и теории о науке ожидания. Вернусь к Анне и Зеппу. 38-летняя Анна для мужа "старушка" не только в фигуральном смысле. 47-летний мальчуган Зепп совсем ещё не покинул детство. Его сын Ганс зрелее и старше отца. А у отца, гения и великого таланта, есть потребности и тонна нетерпения. Анна не только жена для него, но и мамочка на двадцать лет. Никому не пожелаю жить рядом с подобными гениями-вампирами. Каждому из таких положен бы дворец со штатом слуг. Жак Тюверлен, активный персонаж "Успеха", превратился в благообразную бронзовую говорящую голову. Величину, благосклонного мнения которой ждут несколько писателей. А враги недооценены. Такие все возвышенные интеллигенты называют своих идеологических оппонентов варварами и дикарями, но недооценивают. Ура, трилогия "Зал ожидания" для меня завершена.

Фейхтвангер стал моим любимым писателем после чтения романа «Семья Опперман», его я рекомендую прочесть всем, кто интересуется темой прихода нацистов к власти, гонения евреев. Очень эмоциональный роман!

Роман «Изгнание» считается одним из романов цикла, наряду с романами «Успех», «Семья Опперман». На самом деле это абсолютно самостоятельные романы, объединенные только темой, но герои в каждой книге разные и сюжеты сильно различаются.

Сам роман «Изгнание» состоит из 3 книг: «Зепп Траутвейн», «Парижские новости», «Зал ожидания». По сравнению с другими романами автора, он носит политический характер, поэтому я не могу рекомендовать его всем.

Название книги говорит за себя, в Париже собрались эмигранты, которые были вынуждены покинуть Германию. Фейхтвангер показывает жизнь интеллигенции. Все они утратили свое положение и состояние. И в изгнании им приходится забывать какую жизнь вели в Германии, браться за любую работу. Особенно было тяжело с удостоверением личности, срок паспортов у них истекал, Германия их не возобновляла, а на чужой земле они не были нужными, чтобы о них позаботились. Повествование у книги очень неспешное, но книга глубокая, наполненная размышлениями об эмиграции. Книга, показывающая жизнь эмигрантов, которые не сидят, сложа руки, а борются с нацистами, печатая газету, показывая их истинное лицо. Но и здесь в Париже им не дают покоя, притесняя их деятельность.

Каждый в этой книге остается перед выбором: остаться честным и справедливым или быть в безопасности и помалкивать. Выбор на самом деле тяжелый, когда жизнь твоих родных зависит от твоих поступков и иногда приходится пренебрегать своей честью, как бы низко и подло это не было.

Мне кажется, Фейхтвангеру удалось показать настроение эмигрантов, еще раз повторюсь среди интеллигенции. Возможно, роман не сильно эмоциональный, потому что мысль автора повторяется на протяжении всех книг, но несмотря на это я не затягивала свое чтение и мне нравится читать книги на подобные темы, они не могут оставить равнодушными.

"Вот - подлинный шедевр литературы" - мысль, которая не оставляла меня на протяжении всего чтения романа. Конечно, у меня была затравка в виде прочитанной уже "Семьи Опперман", и я знала, что просто не смогу оказаться равнодушной к книге автора, который уже единожды заставил меня испытать сильнейшие эмоции... Лион Фейхтвагнер - истинный мастер своего дела. Каждая страница его произведения отточена, наполнена идеей и содержанием. Пожалуй, для меня первым сигналом, свидетельствующем о выдающемся таланте автора, стало то, что он умеет представить сложные вещи в таком свете, что они становятся доступны любому читателю. Мне, обычной российской студентке, сложно бывает читать книги про интеллектуальную верхушку. Великие музыканты, политики, журналисты - их тонкие переживания зачастую мне не вполне понятны. Однако Лион Фейхтвагнер позаботился о своих персонажах, и всем их поступкам и суждениям придал ясный смысл. Когда Зепп Траутвейн работает над своим произведением, я могу не знать некоторых терминов, но я прекрасно понимаю, каким переживаниям и метаморфозам его личности соответствуют этапы его творческой деятельности. Живо предстает тонкая политическая игра врагов Визинера и Шпицци, каждый из которых жаждет не только одолеть противника, но и сделать это так, чтобы отличиться в глазах Гейдебрега, который, в свою очередь, озабочен мнением властителей Третьей империи... Лихорадочно переживаешь за хитроумного и деловитого Гингольда, перед которым встает задача сохранить тонкий баланс, угождая и гордым свободолюбивым редакторам "ПН", и требовательным архизлодеям - и всё это с целью спасти свою Гинделе, своё дитя... Не буду описывать все сюжетные линии, просто скажу, что персонажи и их мотивы проработаны тщательным образом и это предоставляет читателю возможность полностью погрузиться в историю об эмигрантах. Вместе с тем, "Изгнание" - по-настоящему серьёзная литература. В книге поднимаются темы, которые никогда не потеряют своей актуальности. Она не только о фашизме, но и вообще о несправедливости, стадности, коварстве; о ценности человеческой жизни на фоне великих исторический свершений; о том, как важно просто быть свободным человеком. В сравнении с более популярной книгой цикла - "Семьёй Опперман", тут больше о политическом и общественном и меньше - о личном. Так что для тех, кто только начинает знакомство с творчеством автора, я бы посоветовала начать с истории вышеупомянутого семейства для того, чтобы проникнутьтся ненавистью к грубости и невежеству, воздвигнутым в культ, а дальше, уже в "Изгнании" наблюдать за борьбой эмигрантов за разум и свободу.

Третий роман прочитан и я все больше проникаюсь этим немного подзабытым автором. И снова поражаюсь насколько Леон прозорливо предвидел развитие событий. Книга вышла в 39 году, а оккупация Франции началась 10 мая 40 года. Уже в момент написания Леон понимал, что это неизбежно произойдет - непонятно только почему же тогда так много евреев никуда не уезжало из Франции, это не первый момент прихода к власти Гитлера, когда еще люди не до конца осознавали, что это за режим. Хотя то, что понятно умному человеку не всегда очевидно для рядового, да и в книге автор снова и снова описывает ситуации, когда люди идут на риск ради наживы (издатель Гингольд) или страсти (его дочь), или просто недооценивая опасность (Беньямин), а кто-то просто не верит в возможность оккупации, даже не думает об этом, как и об других жизненных проблемах. Кто-то поглощен воспоминаниями, кто-то наоборот не упускает возможностей и вовремя сваливает в Лондон (зубной врач), кто-то смирился с нищетой и творит, кто-то просто пытается жить, сохраняя остатки самоуважения и пытаясь не погрязнуть в бытовых трудностях. Но не всем по плечу такая резкая смена образа жизни, Анна Траутвейн вначале так привлекла меня, так восхищалась я ее мужеством, но жизнь с непрошибаемым эгоистом и череда неудач подкосила ее и она не дождалась признания и денег. Зато люди, которые когда-то просили и получали от нее помощь выплыли со дна жизни, правда тоже не без потерь в душе. Ей одной никто не помог и не поддержал. Не смотря на всю трагичность и общей ситуации описанной в романе и частных трагедий общий тон и особенно конец книги проникнуты непоколебимой уверенностью в том, что Гитлеровский режим долго не продержится (и снова Леон поразил своей проницательностью - профессор в книге дает ему 10-15 лет, третий рейх длился 12 лет), что еще при жизни этого поколения изгнанники вернутся в Германию и нормальная жизнь восстановится. Нужно только ждать и бороться по мере сил. Конечно, очень многие не дожили до этого дня. И многие не понимали как бороться и как правильнее прожить этот отрезок своей жизни. Автор задает нам вопрос - что важнее политика и статьи в газетах или искусство? Чистая совесть или комфорт? Сам автор не дает однозначной оценки, несомненно одно, что великая музыка также важна, как и политика. Нам, с нашей блокадной симфонией Шостаковича, как никакому народу ясно, что иногда действительно не только хлебом жив человек. Книга очень многогранная и честная, рекомендую всем и продолжаю читать этого автора.