
"Я всем обязан отсутствию сопротивления и беспомощности людей и учреждений. В эту эпоху ничто не сопротивляется напору"
Роман словно сам находится на перепутье, отражённом в его названии. Такой же дёрганый, немного нервный и несколько отрывистый. А, может, он действительно там, ведь вышел в 1929 году, за несколько лет до прихода нацистов к власти, и в каждой строчке сочится это зловещее предчувствие. Национализм, милитаризм, ультра-патриотизм – ведь зёрна упали в уже подготовленную почву.
В лихорадочном характере Пауля, рождённого на излёте 19-го столетия, во многом отражается путь его страны в первой четверти 20-го века. Неожиданное богатство семьи, резко сменившее её социальный статус, и последовавшее за ним чванливое самодовольство отца рано пресытили воображение подростка. Обострились и без того тлевшие в Пауле честолюбие и тщеславное ощущение собственной высокой значимости. Он мается без толку, ведь всё приелось и всё кажется почти что пресным. И жизнь подкидывает ему новое приключение: начинается Первая мировая война. Молодой человек без конца примеряет на себя разные личины и характеры. Бравый драгун, несправедливо засланный в тыл. Ярый пацифист, "бог интендантской службы". Офицер Восточного фронта в блаженном предчувствии смерти.
Из-за отсутствия внутренних ценностей Пауля то и дело штормит и кидает под влиянием внешних обстоятельств. Из них вытекают его реакции и взгляды, а не он сам, исходя из собственной морали, решает, как на них реагировать. Пауля лихорадит, как лихорадит его страну после войны и революции. Беспорядочное швыряние деньгами оборачивается пошатнувшимся материальным положением, выход из которого – случайная удача и иллюзия стабильности, впрочем, быстро приевшаяся.
Лихорадка сознаний владеет не только Паулем и Германией. Владеет она и его младшим братом Теодором, юношей с праворадикальными взглядами, готовой "болванкой" национал-социализма, чья патетика во взглядах – исключительно громкая бездеятельная бравада. Лихорадка владеет и властным дельцом Николаем, для которого успех – своего рода бесконечное путешествие к цели и быстрое утомление от этой самой цели. Ощущение силы и вызова – его вечный наркотик, требующий постоянных циклов "умирания и возрождения", а принципы, свои и чужие, – всего лишь игра со странным чувством юмора.


































