Цитаты из книги De Profundis. Исповедь

Бессмысленно подсказывать человеку то, чего он не чувствует и понять не может.

Знаю, что есть лишь один ответ на все, что я тебе говорю: ты меня любил все эти два с половиной года, когда Судьба сплетала в один алый узор нити наших раздельных жизней, ты и вправду любил меня. Да, знаю, что это так. Как бы ты ни вел себя со мной, я всегда чувствовал, что в глубине души ты действительно меня любишь.

И у меня были свои иллюзии. Я думал, что жизнь будет блистательной комедией и что ты будешь одним из многих очаровательных актеров в этой пьесе. Но я увидел, что она стала скверной и скандальной трагедией и что ты сам был причиной зловещей катастрофы, зловещей по своей целенаправленности и злой воле, сосредоточенной на одной цели.

[...] любое содружество, будь то брак или дружба, основано на возможности беседовать друг с другом...

Отказаться от своего прошлого - значит закрыть себе путь в будущее.

Если ты решишь выбрать самую важную заповедь, чтобы читать её на рассвете и на закате, в горе и в радости, вот она: "Все, что происходит с другими, происходит и лично с тобой" Начертай эти слова на стенах твоего дома, чтобы солнце золотило их, а луна серебрила, и, если кто-нибудь спросит, что означает эта надпись, можешь ответить, что в ней заключены "сердце Христа и разум Шекспира"

Христос, как и все, кто наделён неотразимым личным обаянием, не только обладал удивительным даром говорить прекрасные вещи, но и мог влиять на других таким образом, что они говорили ему столь же прекрасные вещи в ответ.

Вспоминай что-нибудь только тогда, когда это доставляет тебе удовольствие.

Только прекрасное и понимание прекрасного питают Любовь. Ненависть может питаться чем попало.

Когда тебя не было, все у меня шло хорошо.

То, что ты полностью зависел от меня во всех самых больших и самых мелких расходах, придавало тебе в собственных твоих глазах все очарование детства, и ты полагал, что, заставляя меня платить за все твои удовольствия, ты открыл секрет вечной юности.

Подобно многим, кто поместил свое Небо здесь, на земле, я нашел здесь не только прелести Рая, но и все ужасы Ада.

Ведь ты знал, что значит для меня мое Искусство, знал, что оно — тот великий глубинный голос, который сначала открыл меня мне самому, а потом и всем другим, что оно — истинная моя страсть, та любовь, перед которой все другие увлечения, словно болотная тина — перед красным вином или ничтожный светляк на болоте — перед волшебным зеркалом Луны.

Мыслим мы в Вечности, но медленно движемся сквозь Время - и я, не хочу говорить ни о том, как томительно тянется время для нас, узников, ни об изнеможении и отчаянии, украдкой вползающих в наши темницы и в темницы наших сердец, возвращающихся с таким непостижимым упорством, что приходится волей-неволей убирать и подметать свой дом к их приходу, словно к приходу незваного гостя, или сурового хозяина, или раба, чьим рабом ты стал по воле случая или по собственной воле.

"... каждый получает наказание и по своим добрым, и по своим злым делам"

Самое страшное не то, что эта жизнь разбивает сердце — сердца создаются, чтобы быть разбитыми, но то, что она обращает сердце в камень.

Я позабыл, что любое, маленькое и будничное, действие создаёт или разрушает характер, и потому всё, что делалось втайне, внутри дома, будет в свой день провозглашено на кровлях.

… все муки тех, кому имя Легион и кто имеет жилище во гробах, порабощенные народы, фабричные дети, воры, заключенные, парии, - те, кто немотствуют в угнетении и чье молчание внятно лишь Богу.