09. Творческие безбожники
Крот. Не волнуйтесь так. Вы сейчас прямо взорветесь.
Томский. Да, иногда я завожусь, ничего не могу с собой поделать. Вообще-то, чтобы с настороженностью отнестись к утопии Кампанеллы, мне было достаточно прочитать одну только фразу: «Человек должен быть всецело предан религии и всегда почитать своего творца». Кстати, в «Утопии» Мора неверующие тоже считаются за людей второго сорта, их даже и гражданами не считают.
Крот. Геем вы не являетесь, но, как, я понимаю, вы – атеист?
Томский. Не люблю я слово «атеист». Предпочитаю слово «неверующий». Да, я неверующий.
Крот. А в чем отличие?
Томский. Атеист отрицает существование Бога; неверующему просто чужда сфера религии. Мне она чужда, равно как и вопрос: «Есть бог или нет?» мне мало интересен. Полно других, более интересных вопросов. В общем, я всецело сторонюсь религии.
Крот. А как же Леонардо? Большинство его картин (как и многих других художников Возрождения, – и не только Возрождения) посвящены религиозным сюжетам.
Томский. Так уж и большинство… «Джоконда» – религиозный сюжет?
Крот. Нет. Но «Мадонна в Гроте» и «Святая Анна c Мадонной и младенцем Христом», и «Иоанн Креститель»… Ох, чуть «Тайную вечерю» не забыл. И еще…
Томский. Ладно, ладно, не трудитесь вспоминать. Дело ведь не в арифметике. И даже не совсем в тематике. Я ведь никому не запрещаю интересоваться религией – это как раз религиозные деятели (в тенденции) запрещают интересоваться чем-то кроме религии. И потом, вы знаете как сам Леонардо к религии относился?
Крот. Нет.
Томский. В одной весьма дельной биографии Леонардо, написанной в советское время, утверждается, что… Впрочем, лучше я вам опять-таки зачитаю:
«Биография Леонардо, написанная Вазари, содержит следующие строки: «Занимаясь философией явлений природы, он пытался распознать особые свойства растений и настойчиво наблюдал за круговращением неба, бегом луны и движением солнца». За этим в первом издании (1550) следовала фраза: «Вот почему он создал в уме своем еретический взгляд на вещи, не согласный ни с какой религией, предпочитая, по-видимому, быть философом, а не христианином». В последующем издании (1568) Вазари эту фразу опустил, ссылаясь на то, что он был якобы плохо осведомлен. Но ему не удалось свести концы с концами. В биографии остался рассказ о том, что на одре предсмертной болезни Леонардо «принялся прилежно изучать установления католичества и нашей благой и святой христианской веры», о том, как он каялся, что «много согрешил против бога и людей тем, что работал в искусстве не так, как подобало». Вазари не подумал, что эта сочиненная им картина предсмертного раскаяния косвенно подтверждала его прежнее заявление: на протяжении всей своей жизни Леонардо предпочитал «быть философом».
Такая вот скорее еретическая картина получается. Да оно и понятно. Все творческие люди, даже когда они религиозны, все равно остаются вольнодумцами. А по меркам официальной религии они почти всегда безбожники-атеисты – стоит только хоть сколько-нибудь внимательно исследовать этот вопрос. Не зря богоискателя Толстого отлучили от церкви. С точки зрения общества, государства и церкви творческие люди всегда находятся в зоне риска, – они всегда под подозрением.
Крот. Возможно. Даже скорее всего. Итак, утопии Мора и Кампанеллы вас не устроили?
Томский. Не устроили…