Глава 10
Сэйен
- Лидия? – это уже Ребекка, также растерянно смотрит на неё, и на её лице также отображается ужас, такой реакции мы точно не ожидали, мать славится стойкостью и холодностью, - Успокойся, я сейчас всё выясню…
- Убирайся, ублюдок! – как раненая птица звучит она, я никогда не видела её в таком состоянии, - Уходи!
Мимолётно он смотрит на меня, я лишь как застывшая восковая фигура наблюдаю за этим действием.- Думаю, это невозможно! – мужчина проходит к столу, он спокоен, даже могу больше сказать, на его лице отображено нескрываемое удовольствие, - Невозможно, мисс Уайт, теперь ваша жизнь зависит от меня, как это поэтично, неправда?
- Никогда слышишь, никогда этого не будет! – мама подаётся вперёд, словно готовая набросится на него, но Джоуйза это не беспокоит, он как будто готов к этому натиску, - Ты не сможешь ничего сделать, выродок Харисон!
Харисон.
Харисон.
В моей голове бьют молоточки, а пазл окончательно принимает ясную картинку.
В памяти тут же вспыхивают картины из прошлого, которое тщательно пыталась вырвать из памяти, но все же крупицы остались, и сейчас они словно магнит притягивают более крупные куски, складывая в общую картину, от которой всё внутри холодеет. Передо мной тот самый Рид Харисон, который по моейвине оказался в тюрьме на много лет, тот самый Рид, который так нравился мнев детстве, тот самый Рид, котороголюбила Кэсси, тотсамый Рид, которыйлюбезно предложил мне свой пиджак, когда лил дождь, и как я не сумела егоузнать сразу.
Он сильно изменился. Стал намного выше, черты лица стали грубее, а взгляд того лучезарного парнишки — соседа потускнел, стал жёстче.
- Прошу вас, Лидия не переходить грани! – это уже Линда, - Мы же прекрасно знаем правовое поле, и что за этим следует…
- Мне всё равно! - не унимается мама, она готова разорвать всю эту свиту во главе с Ридом Харисоном.
- Лидия, пойдём, нам нужно выйти…- Бекка берёт маму под руку и практически с силой выталкивает за дверь, порываюсь сделать то же самое, но мне путь преграждает Рид, качает головой, без слов дав понять, что никуда мне от суда не деться.
- Прошу всех выйти!
Боже, только не это. Будто самый страшный сон стал явью, и мне не проснуться, не сбежать, я в ловушке.
- Но, мистер Джоуиз, думаю, нам для начала нужно провести собрание! -не унимается Линда, обходит мужчину, но тот не шелохнувшись продолжает сжигать меня взглядом.
Как же я не смогла егоузнать, как я не сообразила, кто на самом деле этот мужчина, хотя в глубине души чувствовала, что – то знакомые, но такое неуловимое.
- Линда, я попросил меняоставить, я хочу поговорить с Сэйен Уайт! – спокойно, но с напором говорит он, Линде дважды повторять не нужно, она кротко кивает, и быстро скрывается за дверью.
- Андерсон… - тихо произношу, не узнавая свой голос.
- Что прости?
- Моя фамилия Андерсон, - смешок, такой надменный, что становиться самойнеловко за моё замечание, заметно же по еговзгляду, что емуабсолютно плевать на всё то, что я буду говорить дальше.
Его презрение заполнило практически всё пространство, которое отделяет нас друг от друга. Рид будто увидел, что-то скользкое и неприятное, наподобие того, когда, проходя мимо лужи, ты замечаешь сгусток слизи, темно-зелёного цвета, неприятного, от которого исходит мерзкий зловонный запах. Именно такой, сочетавшую собой грязь и склизкие водоросли я являюсь в глазах человека, стоящего напротив.
С того дня практически ничего не помню. Лишь зарёванные глаза Кэсси, настойчивый шёпот отца, а второй шёпот, как проповедь повторял, что мне нужно плакать и соглашаться со всем, что говорит адвокат Дьюи Андерсон.
Долговязый мужчина всегда в одном и том же пиджаке, синей шариковой ручкой, с которой он практически никогда не расставался, от которого исходил неприятный запах. Даже для меня, семилетней девчонки, это казалась странным. Дьюисклонял голову к моей и заговорщически проговаривал:
- Сэйен, ты не должна бояться, ты всего лишь маленькая девочка, ты просто защищаешь свою семью!
Тогда мне казалась, что я действительно являюсь частью справедливого дела, и даже на секунду не задумывалась, чтовтянута в ужасающую махинацию, где ломают жизнь человека. Мне говорили: ты это видела, верно? Его руки касались твоих колен? Именно Рид Харисон трогал тебя там?» А мне оставалась лишь безмолвно мотать головой, так как я боялась гнева отца.
Я не виню сейчас Рида, и его взгляд меня не удивляет, так как именно я стала причиной этой чудовищной ошибки. Именно я испортила жизнь Риду и Кэсси, а теперь моя жизнь устроена, я катаюсь как сыр в масле, когда и он и моя сестра словно никому не нужные и потерянные в этом мире. Естественно, сейчас, даже если произнесу слова сожаления тысячи раз, ничего не изменится, всё по-прежнему не сдвинется с этой точки, и глаза Рида не перестанут гореть огнём при моём извиняющейся виде.
Однажды я поделилась этими мыслями с Питером, хотела, чтобы он высказал своё мнение, даже пускай оно было неприятным, но честным. Питер ничего не ответил, он промолчал, словно не хотел произносит, слов одобрения, но и обидеть не мог, но мне важно было услышать, то, что я сама не могла себесказать. Возможно, сказав мне это тогда, я стала бы уважать Питера, видеть в нём мужчину, а не труса, не знаю, изменилось бы моё отношение, но я точно ненавидела Питера за его извечную податливость.
- Ты же понимаешь, что меня этосовершенно не интересует, для меня ты подлая лгунья, вот как я тебя называю, без имён и пресловутых фамилий, – тихо произносит он, засовываю руки в карманы.
- Мистер Джоуиз, или Харисон, как можно к вам обращаться? – стараюсь говорить так, чтобы в моём голосе звучали крупицы храбрости, но под его взглядом это делать очень сложно, кожа горит под ним, мне хочется бежать, но некуда.
— Это что, попытка завести светскую беседу, так? – на его лице появляется ухмылка, на секунду ловлю себяна том, что она похожа на ту, что я впервые за долгое время видела в машине, тогда я совершенно не понимала, кто он на самом деле.
- Я пытаюсь жить дальше, мнесложно, но это нужно делать…- господи, что же янесу. Это я понимаю, когда заканчиваю говорить, опустив голову с силой, зажмуриваю глаза, пытаясь сдержать поток слёз, который стремится выплеснуться из глаз.
- Ты действительно дура, или продолжаешь играть ролькак тогда, в зале суда? – молчу, боюсь вновь сказать, какую - нибудь глупость, -Моя жизнь не игрушка! – гремит уже над моей макушкой, Рид приблизился практически вплотную, а поднять голову и встретиться с его горящим от ненависти взглядом не могу.
