«Каждое чувство бывает понятней мне ночью, и каждый…»

Каждое чувство бывает понятней мне ночью, и каждый
                    Образ пугливо-немой дольше трепещет во мгле;
Самые звуки доступней, даже когда, неподвижен,
                    Книгу держу я в руках, сам пробегая в уме
Все невозможно-возможное, странно-бывалое… Лампа
                    Томно у ложа горит, месяц смеется в окно,
А в отдалении колокол вдруг запоет – и тихонько
                    В комнату звуки плывут; я предаюсь им вполне.
Сердце в них находило всегда какую-то влагу,
                    Точно как будто росой ночи омыты они.
Звук все тот же поет, но с каждым порывом иначе:
                    То в нем меди тугой более, то серебра.
Странно, что ухо в ту пору как будто не слушая слышит;
                    В мыслях иное совсем, думы – волна за волной…
А между тем еще глубже сокрытая сила объемлет
                    Лампу, и звуки, и ночь, их сочетавши в одно.
Так между влажно-махровых цветов снотворного маку
                    Полночь роняет порой тайные сны наяву.
<1843>
СкороКнижный режим