Глава 2
По пути на работу, я всё продолжал и продолжал возвращаться своей памятью к той непонятной ночной фантазии. Однако рабочая текучка очень скоро перенаправила мои утренние, тяжёлые и несколько навязчивые мысли, в несколько иное русло.
От воспоминаний о ночной неразберихе, меня отвлёк Иван Викторович Попов, начальник местной охраны. Именно он встретил мне на проходной.
– Что, Палыч?.. Сегодня заканчиваете? – поинтересовался Иван Викторович, протягивая мне руку для рукопожатия.
– Дай Бог, чтоб так оно и было! – ответил я, мысленно опасаясь сглазить предстоящую сдачу объекта. При этом руку Попова я всё-таки пожал.
– Конечно, сдадитесь!.. – начальник охраны, будто назло вцепился в данную тему. – …Твои хлопцы работали как проклятые, не зная ни отдыха, ни спуска. Они что ж у тебя, абсолютно все трезвенники? За то время пока вы здесь, я ни одного вашего, даже выпившим не видел.
– Да-да, практически все непьющие!.. – прибавив шагу, я поспешил прочь.
– А как же сегодняшний фуршет? – с определённым намёком выкрикнул мне вслед Иван Викторович.
– Какой на хрен фуршет? Нам бы объект сперва необходимо сдать!..
В строительном вагончике меня поджидал мастер Сергей Юрьевич Абрамчук. Серёга являлся тем самым универсальным помощником, на которого я всегда мог положиться, мог рассчитывать в самых трудных ситуациях. Вместе с Сергеем в нашем рабочем вагончике так же присутствовала неутомимая проектировщица, она же сметчица, да и просто весёлая дама, Наталья. Кроме всех, вышеупомянутых регалий, Наташка так же обладала достаточно редким даром: она могла запросто разжалобить самое холодное сердце, в том числе и достучаться до снисхождения членов Государственного строительного надзора, которые собственно и будут нынче принимать наш объект. Именно для этого, Наташа и была вызвана на строительную площадку. В то время, как остальным работягам: электрикам, монтажникам, бригадирам – всем им был нынче объявлен выходной день. По мнению руководства, нечего им было понапрасну мельтешить перед сотрудниками Госстрой надзора. В общем, и нам спокойней, и людям отдых.
– Ребята, что-то я неважно себя чувствую!.. – обменявшись с Абрамчуком дружеским рукопожатием, я обернулся к сметчице. – …Наташа, огромная просьба, приготовь мне чаю.
– Может, кофе? – на всякий случай, поинтересовалась проектировщица.
– Нет-нет, у меня и без того, сердце колотиться, как у десятиклассник перед экзаменом!
– Константин Палыч, по-моему, у нас нет, и не может быть повода для каких-либо волнений!.. – усмехнулся в ответ Сергей Юрьевич. – …Всё у нас пройдёт на «ура». Ведь это не первый объект, который мы сдаём. На сколь мне известно, у нас с вами данная стройка уже тринадцатая. Причём, с каждым разом, эти самые объекты становятся всё надёжней и надёжней. По крайней мере, по части электромонтажа. Уж пора бы вам к этому и привыкнуть.
– Серёга, в том-то и дело, что с каждым новым объектом я не становлюсь моложе!.. – тяжело вздохнув, я продолжил. – …С возрастом приходит… Как бы лучше выразиться? Сентиментальность, что ли. А может и некоторые опасения за то, чтоб на старости лет… Не дай-то Бог, ударить в грязь лицом, случайно не опозориться.
А вообще, ребята!.. Я всегда завидовал всевозможным проверяющим. К примеру, тем же членам Госстрой надзора. Приехали, потыкали пальцем, тихо получили взятку мзду – вот вам и вся работа.
– Ну, а как же ответственность? – попытался возразить мастер.
– Серёга, я тебя умоляю! Какая на хрен ответственность? Ты вспомни последние пожары, какие-то катастрофы, связанные с крушением зданий… А теперь скажи, кого в первую очередь привлекли к уголовной ответственности? Эксплуатирующие организации. На самый крайний случай, застройщика, допустившего то или иное отклонение. При этом, о комиссиях, принимающих в эксплуатацию те или иные аварийные объекты, даже и не вспомнят. Потому и завидую я этим хлопцам. По сути, уполномоченным бездельникам.
– Не в курсе, кто именно будет председателем приёмной комиссии? – вновь поинтересовался Абрамчук.
– Всё тот же, Мациевский Валерий Саныч. Кто ж ещё!.. – ответив, я несколько спохватился. – …Кто б только знал, сколько крови он из меня выпил при сдаче последнего культурно-досугового центра. И это притом, что мы учились с ним на одном курсе строй института. Дружили, встречались на вечеринках, ходили на дискотеки…
– Не переживайте, всё у нас будет нормально!.. – усмехнулась в ответ Наталья. – …Между прочим, в новом административном здании уже вовсю накрывают праздничный стол. «Генеральный» обещал лично облагодетельствовать нас своим присутствием. Так что, сегодняшняя приёмка обещает быть сугубо формальным мероприятием. Кстати, Константин Павлович. Вот, ваш чай!.. – сметчица протянула мне дымящуюся кружку.
– Палыч, не поделишься, чем именно закончилось вчерашнее совещание у генерального директора?.. – припомнив что-то, спохватился Абрамчук. – …Куда переезжаем? Каким будет наш очередной объект?
– Мы никуда не переезжаем!.. – ответил я, отхлебнув из кружки. – …Можно сказать, здесь же и останемся.
– То есть?.. – в удивлении округлила глаза Наташа.
– Наш очередной объект расположен, что называется: за забором. Лично оценив, как преобразилась мебельная фабрика, которую мы реконструировали, её соседи.… Имею в виду транспортную компанию. В общем, их директор поспешил заключить с нами контракт на полную реконструкцию гаражей, подсобок, административных зданий – в общем, полный пакет. Как минимум на год вперёд, а то и дольше, мы будем обеспечены работой.
– Ура!.. – ничуть не смущаясь, сметчица радостно вскинула руки вверх. – …Как и прежде мне понадобиться каких-то пять-семь минут спокойной ходьбы, чтобы добраться из дома до своего рабочего места.
– Который нынче час? – заслышав от Натальи о времени, я тотчас глянул на часы.
– Без четверти десять!.. – ответил Сергей. – …До прибытия комиссии Госстрой надзора более часа. У нас ещё полно времени.
– В таком случае, я, пожалуй, немного прогуляюсь, на кое-что посмотрю! – так и не допив чай, я вдруг вспомнил о своём недавнем сновидении.
– Константин Палыч, может составить вам компанию? – сорвался было с места мой помощник.
– Нет-нет!.. – одним лишь жестом я остановил Абрамчука. – …Сам справлюсь.
– А вы куда, если не секрет? – на сей раз, интерес проявила уже Наташа.
– Да, так. Немного пройдусь, загляну на подстанцию!.. – ответил я несколько уклончиво, мне вовсе не хотелось делиться с коллегами какими-то своими откровениями.
Покидая строительный вагончик, я, конечно же, имел конкретную цель, мне дико хотелось поскорее попасть в помещение электроподстанцию. Однако чтобы не привлекать к своей персоне излишнего внимания, я был вынужден сделать небольшой крюк по территории фабрики, заглянуть в пару цехов, побывать в административном здании, лично поприветствовать коллег, непосредственных руководителей, уточнить наши ближайшие планы.
Когда все необходимые формальности были улажены и соблюдены, уже со спокойной совестью я мог уделить оставшиеся полчаса, своему личному любопытству.
К электроподстанции подходил с каким-то особым трепетом. И это невзирая на то, что возводилась она под моим прямым и непосредственным контролем, фактически с самого фундамента. Я знал её, как свои пять пальцев, до самого последнего винтика или провода. Тем не менее, нынче она скрывала от меня некую тайну.
Моё нервозное состояние, кажется, успело достигнуть своего апогея, когда завибрировал мобильный телефон. От внезапного звука я, в буквальном смысле, вздрогну всем телом.
Звонила супруга.
– Что-то случилось? – поинтересовался я, ответив на телефонный звонок.
– Нет-нет, всё в порядке!.. – голос Светланы был каким-то особенно обходительным. – …Я лишь хотела извиниться за свою утреннюю истерику. Пойми, на меня что-то нашло…
– Не переживай. Можешь считать, что я уж давно успел обо всём забыть.
– Костик, ты всё ещё меня любишь?
– К чему подобные вопросы?.. – признаться, я уж было собрался повысить тон своей речи. Прошу понять меня правильно, не до сентиментальных глупостей мне нынче было. Однако в самый последний момент всё же передумал. – …Ты ведь сама прекрасно знаешь о том, что кроме тебя мне никто не нужен. Именно ты моя любимая и единственная.
– Костя! Ты, правда, не уйдёшь к Аньке? – Светлана продолжала давить на меня своей непосредственностью.
– Правда. Можешь считать, что я уж давно забыл о её существовании.
– Костик, возвращайся сегодня пораньше! – похоже, Светлана оказалась полностью удовлетворённой моим последним ответом.
– Как только освобожусь, сразу примчусь домой!.. – я твёрдо заверил супругу.
Во внутреннее помещение подстанции я входил с осторожностью, непрерывно осматриваясь по сторонам. Никого здесь, конечно же, не было. Да, собственно, и не могло быть. При этом, постепенно привыкая к полумраку, я будто бы вновь (как это случилось в моём недавнем сновидении) ощутил некоторое искажение воздушной среды. Впрочем, сейчас мне было вовсе не до зрительных иллюзий. Я повернул налево и вплотную приблизился к третьей по счёту секции. Не трудно догадаться, что меня ныне интересовал лишь один единственный сетевой рубильник. Тот самый элемент электросхемы, который (опираясь, исключительно на свой сон) был вовсе ни к чему не подключён. То есть, не имел какой-либо связи ни с одним из энерго потребителей, ни с энергоисточником.
К своему удивлению или точнее было бы сказать: к своему ужасу – именно там я его и обнаружил…
Спросите, почему «к ужасу»? Всё очень просто. Если один из рубильников оказался вне общей схемы, значит, мы умудрились не подключить какой-то цех, корпус или гараж к внешнему источнику питания. Причём, данное обстоятельство выяснилось, не раньше и не позже, а буквально накануне приёмки объекта комиссией Госстрой надзора.
Я тотчас бросился к технической документации: что именно мы упустили?
Благо, проекты, однолинейные схемы и прочие чертежи находились здесь же, на отдельном столике.
Быстро перебирая листы бумаги, я искал лишь одно: к чему именно этот чёртов рубильник в обязательном порядке должен был привязан. Никаких свободных рубильников на данной подстанции запланировано не было, потому, как мы находились в достаточно жёстких финансовых ограничениях, потому и не могли позволить себе подобной роскоши в виде необязательного электропереключателя.
И тут на одной из однолинейных схем я всё же обнаружил его присутствие. Под соответствующим схематическим обозначением значилась надпись «резерв». Я ума не мог предположить, как она могла здесь появиться. По крайней мере, обращаясь к данной схеме раз двести, именно эту самую надпись я увидел впервые.
«Слава Богу… Спасибо тебе за то, что мы не обошли, не забыли кого-либо из потребителей. Подумаешь, резервный рубильник. Как не крути, а схема собрана правильно, потому и не должно быть повода для волнений…» – я вздохнул с определённым облегчением.
Оставив документацию в покое, мне пришлось вновь вернуться к тому злополучному рубильнику, который едва не довёл меня до истерики или сердечного приступа. При этом, воздух вновь, как будто, колыхнулся. Однако я уже не обращал на подобные метаморфозы или оптические обманы зрения, своего пристального внимания.
Достаточно долго, пристально и практически не моргая, я всматривался в тот злополучный рубильник. В голове моей проносились какие-то посторонние мысли, всплывали непонятные аналогии, разум пытался что-то припомнить, изъять из дальних уголков своего подсознания какие-то схожие эпизоды. Причём, воспоминания эти были как будто бы, вовсе не из моей жизни, словно в памяти моей ныне мелькали кадры из какого-то старого, при этом достаточно хорошо знакомого кинофильма.
После недолгих раздумий, я взял, да и перевёл рубильник в верхнее положение. Вовсе не знаю, зачем я это сделал: то ли из любопытства, то ли машинально, а быть может, что-то из недр моего глубинного подсознания, подсказало мне совершить данное действие.
Тем временем, ножи переключателя, чуть заискрив, легко вошли в медные контакты. Тут-то и произошло нечто совсем уж непредвиденное. Вокруг меня наступила полная темнота. Как будто бы кто-то, вместе с осветительными приборами подстанции, погасил ещё и солнце, лучи которого до сего момента пробивались через узкие оконца. Причём, перед тем как наступил тот самый «блэкаут», я как будто бы успел различить в дальнем углу помещения некий переход с открывшейся настежь дверью, очень схожий с входом в подземную пещеру. После чего, исчез и он…
