Глава XLI. У нашего героя голова была повернута не туда, куда бы следовало
Под впечатлением обиды нашему герою сначала не терпелось уехать поскорее и подальше от Эммы Филипс, а по мере движения дилижанса вперед его начинало тянуть обратно, домой, в Портсмут. Раз двадцать являлось у него желание оставить дилижанс и поехать назад, но всякий раз его удерживал стыд. Так доехал он до столицы, занял номер в гостинице и залег спать, потому что был уже вечер. На другой день он решил первым делом повидаться с Мэк-Шэнами, взял извозчика и поехал в Гольбурн. Ресторан оказался в других руках, и нашему герою даже и объяснить никто не мог или не пожелал, куда переехали майор и его жена. Очень огорченный вернулся он к себе в гостиницу.
На следующий день Джо поехал на почтовых в Мэн-стон, куда и прибыл еще засветло. Остановился он в главной гостинице местечка, называвшейся «Герб Останов» в честь соседнего барского замка и его владельцев. Гостиница находилась на той же улице, где был и тот скромный постоялый двор, в котором останавливался Джо, когда приходил сюда с Мэри. Этот постоялый двор даже был виден из окон гостиницы.
Хотя он и не забыл, как грубо обошлась с ним прислуга Остинского замка, когда он явился туда в первый раз, но все-таки решил отправиться туда для свидания с Мэри. За это время он привык, чтобы с ним прислуга обходилась почтительно, и не боялся встретить грубый прием. Прекрасно одетый, с наружностью и манерами джентльмена, он был очень вежливо встречен напудренными лакеями, которые провели его в приемную и сказали, что сейчас вызовут Мэри. Через пять минут она прибежала и со слезами радости на глазах бросилась его обнимать.
– О, милый, милый мальчик! Как я рада вас видеть! И какой вы стали большой, совсем мужчина. Совсем не похожи на маленького мальчика, жившего у мистрис Чоппер.
– Мы с вами обязаны этой милой старушке нашим благополучием, – сказал Джо. – Знаете, Мэри, ваши деньги разрослись в целый капитал, настолько значительный, что я бы даже предложил вам взять его от нас и положить на всякий случай в банк. Так будет, пожалуй, лучше. Я и отчет вам привез.
– Давайте мне лучше отчет о себе самом, дорогой брат, – отвечала Мэри. – Мне денег не нужно. Я здесь хорошо живу.
– Вижу, что хорошо: вы такая молодая, свежая и красивая. Как ваша барыня поживает?
– Да она бы ничего жила, слава Богу, если бы не странная болезнь мистера Остина, который сделался совершенным затворником и дальше ворот пари никуда не ходит. Он стал еще капризнее и надменнее, чем был раньше, и за последнее время здесь то и дело меняется прислуга: никто жить не хочет.
– Я бы не желал с ним встречаться, Мэри, после того, что здесь было со мной в прошлый раз, – сказал Джо. – Если он что-нибудь скажет мне оскорбительное, я ведь не стерплю, не погляжу, что он хозяин дома.
– Не говорите так громко. Его кабинет совсем рядом, вот и дверь туда. Вам он ничего не скажет, а мне достанется.
– Не лучше ли вам прийти ко мне в «Герб Останов», где я остановился?
– Я непременно приду сегодня вечером, – отвечала Мэри.
Дверь в кабинет отворилась, и чей-то голос сказал:
– Мэри, нельзя ли вам разводить ваши нежности где-нибудь подальше от моего кабинета?
Голос был грубый, глухой. Джо не узнал его. Оборачиваться к мистеру Остину лицом наш герой не заблагорассудил. Дверь захлопнулась с громким стуком.
– Субъект не из приятных, надобно сказать правду, – заметил Джо. – Почему вы ему не объяснили, что я ваш брат?
– Потому что лучше было ничего не говорить, – отвечала Мэри. – Он больше сюда не придет.
– Ну, я пока с вами прощусь, – сказал Джо. – И буду ждать вас вечером. Вы непременно придете?
– Непременно… Слышите? Это голос мистрис Остин. Она у мужа в кабинете. Мне бы хотелось, чтобы вы ее увидали, она славная, и вам, наверное, очень понравится.
Дверь отворилась и сейчас же затворилась опять. Джо только слышал, но ничего не видал, потому что сидел по-прежнему задом и не обернулся.
– Кто это был? – спросил Джо.
– Мистрис Остин. Она увидала, что я занята, и ничего мне не сказала, ушла. Вы теперь лучше уходите, я вечером непременно приду. Увидимся.
Джо ушел из замка. Сам того не зная, он находился в присутствии отца с матерью и не видел их только потому, что смотрел не в ту сторону. Будь его голова повернута иначе, он бы их увидал и, конечно, узнал бы. Судьба!
– Вам я нужна зачем-нибудь, мэм? – спросила Мэри, явившись к мистрис Остин.
– Нет, так, ничего особенного… Мистер Остин посылал меня сказать вам, что у вас в гостях постороннее лицо, и что он этого не желает.
– Это мой брат, мэм, – сказала Мэри.
– Ваш брат! Мне очень это приятно, но ведь вы знаете, какой мистер Остин нервный. С нервнобольного что же можно спрашивать? Я бы желала посмотреть на вашего брата. Вы, помнится, говорили, что он живет в Портсмуте?
– Да, мэм. Он там теперь компаньоном в одном из первейших торговых домов.
– Вероятно, он уже собирается обзавестись собственным домом и, конечно, возьмет вас тогда к себе. Мне придется вас лишиться. Я заранее жалею об этом, но за вас радуюсь.
– Ни он не собирается обзаводиться домом, мэм, ни я не собираюсь от вас уходить. Мне у вас очень хорошо. Я обещала прийти к нему сегодня вечером в «Герб Останов». Могу я это сделать?
– Разумеется, – сказала мистрис Остин. В Мэнстоне Джо пробыл два дня и поехал оттуда в добрый, старый город Дедстон. Про свой роман с Эммой он Мэри не рассказал, а только сообщил ей про смерть Фернеса.
В Дедстоне Джо остановился в Коммерческой гостинице и отправился навещать свою квартиру. Плату за нее он не забывал посылать аккуратно, но ключ был все время у него, так что она за четыре года ни разу не отпиралась и не проветривалась. Старушку-хозяйку Джо нашел в живых. В первую минуту она его не узнала, но посредством привезенного ключа ему удалось убедить ее в своей самоличности. В квартире все оказалось страшно запущенным, запыленным. Джо отобрал наиболее интересные для себя вещи: книги и проч., а остальное сказал, что дарит хозяйке в полную собственность, чем несказанно обрадовал старушку. Уплативши ей, что причиталось за квартиру, он уложил отобранные вещи в ящик и попросил прислать ему это в гостиницу, а сам отправился навещать мисс Амелию и мисс Офелию. Мистрис Джеме умерла три года назад, оставивши дочерям по тысяче фунтов. Обе уже были замужем. Мисс Амелия жила в Дедстоне, муж ее был подрядчиком строительных работ. Мисс Офелия вышла замуж за молодого фермера и жила за городом на ферме, так что нашему герою привелось повидаться только с одной мистрис Поте, которая приняла его очень радушно и очень желала познакомить его со своим мужем, во Джо не мог его дождаться. Поручив мистрис Потс передать от него глубокий поклон и сердечный привет ее сестре, наш герой встал, откланялся и на следующий день уехал опять в Лондон.