Я – Андерсен

Сцена 10

Аббатство Сен-Жермен-де-Пре. Эндрю в келье один. Входит священник.

Брат Жозеф:

(Намеренно растягивая слова.)

Мой сын, мне передали,
Не терпит дело отлагательств?
Когда в чуму повально умирали,
В дела Господни не было вмешательств.
Так, что у вас? Всё нынче в спешке,
Рожденье, смерть, венчание, потоп,
Над бренным – Господа насмешки!
Вот так говаривал наш епископ.
А как не верить? Взять, к примеру,
Сегодня в трапезной случился бунт,
Там вместо овощей в тефтелю,
Брат Олаф – мяса, целый фунт,
Да в пост – вот наказанье Божье,
Сырые кельи, кашель без конца,
(Демонстративно кашляет.)
Так, сын мой, что же все же,
Вас нынче привело сюда?

Эндрю:

(Едва сдерживаясь.)

Святой отец!
Я о любви молю вас к ближним…

Брат Жозеф:

(Перебивает.)

А нынче, что – любовь?
Теперь уж никогда не будет прежним,
В аббатстве и спасение, и кров.
Все в воле Божьей даже милость,
Завет его не каждый чтит,
Порой всему цена – унылость,
И грех седьмой лишь сильный избежит.
Так, сын мой, что там о любви?

Эндрю:

(Пытается унять раздражение.)

Сюда я торопился…

Брат Жозеф:

(Поглаживает толстый живот.)

Знаю, знаю!
Уж здесь душою не криви,
О чистоте любви, увы, не я решаю.
К, примеру, вот наш брат Гастон,
Был одержим любовью к брюкве,
Турнепс ли репа, патиссон,
Она лишь для него его objet trouve*!
Где истина, а где подделка?
Господь лишь знает, а не паства,
Ну, что у вас там за безделка?
Чего хотите вы от братства?

Эндрю:

(Едва сдерживаясь.)

Я вам, брат Жозеф, битый час,
Донесть пытаюсь цель приезда,
Одно нам нужно лишь от вас…

Брат Жозеф:

(Назидательно.)

Пустым да не бывает свято место!
В аббатстве, всяк силен, кто верен,
Святыням, пастве, и молитвам,
И если брат святой умерен,
То Богом крест всегда по силам.
Ну, вот, к примеру, брат Луи,
Пока молитва власть имеет,
Благочестив и набожен, хоть как ступи,
Но стоит выпить – ум мутнеет,
Вот здесь уж, господи, нас укрепи!
Все тлен: богатство, красота и пища,
Всему цена – лишь то, что заслужил,
И вот (о Боге помолчим) трясет уж бородой козлище,
Оценивая, кто как жизнь прожил.
В хмелю, иль праведно – увидит,
Грехи сочтет и хлоп под зад,
Не рай, но ад душа увидит,
А там гиена, пламя, чад…
Так, что вас, сын мой, привело?
Грехи иль что-нибудь другое?

Эндрю:

(В сторону.)

Язык твой, брат, что помело!

(Ему.)

Стеченье жизни роковое!
Спрошу вас без обиняков,
Готовы ль вы свершить возмездье?
Поскольку вы слуга Христов…

Брат Жозеф:

Сын мой, уж не сулишь ли мне бесчестье?
Однажды брат Гаспар, страдая от обжорства,
Пытаясь в дверь пройти, немедленно застрял,
Вот если б не излишествам потворство,
Духовно б он тогда не пострадал.

Эндрю:

В чем связь меж духом и проемом?
Сильней толкнули б, он пролез,
Не мудрено с таким объемом,
Из кельи в келью влезть да без чудес.

Брат Жозеф:

Как без чудес? Без них никак!
Раздели брата да облили маслом,
И стыд его, и срам, но кое-как,
Достали со всем его хозяйством.
А мы блажим и ропщем, будто нищи,
Когда всего и вдосталь, да и впрок,
А нам все кажется, что мало пищи,
Но Бог не спит и нам дает урок.
Я все, сын мой, надеюсь, что услышу,
Что за нужда в аббатство привела?
Пожертвованье, что ль, на крышу,

(Понизив голос.)

Иль полюбовница бастарда родила?

Эндрю:

(Опешив.)

Святой отец, о чем вы говорите?
Как мысль проникла эта в разум ваш?

Брат Жозеф:

Вот тут крутите не крутите,
А женский люд, он как мираж.
Зовет и манит в грех свалиться,
Что даже брат Мишель не устоял,
Был тут же изгнан из аббатства,
Расстригся вмиг и блуду внял.
Теперь монахи денно, нощно,
Замаливают грех его,
А он с блудницами и это точно,
Блудит, а мы страдаем ни за что.

Эндрю:

(Смиренно. Молитвенно сложив руки.)

Теперь его возьмет козлище,
И сунет в ад, как не крути,
А мы молитвою на пепелище,
Его вернем на полпути.

Брат Жозеф:

(Признательно.)

Господь да возместит тебе за состраданье,
В молитвах все грехи твои я отмолю.

Эндрю:

(Хватает монаха под руку.)

Брат Жозеф, вы совершите таинство венчанья?

(Сует в руку монаху кошель с деньгами.)

Здесь ровно тысячу экю.

Брат Жозеф:

(Прячет деньги в рукав рясы.)

Пожертвование, сын мой, состоялось,
Душа моя теперь уж нараспашку,
И чтоб решимость пополнялась,
Наполнить не мешало б фляжку.
В аббатстве, в винных погребах,
Найдем в дорогу все, что нужно,
А уж потом покаемся в грехах,
Хоть в одиночку, а хоть дружно.
Кого венчать, мой сын, и где?

Эндрю:

(С облегченьем.)

Да здесь недалеко, всего лишь день пути,
Есть пансион в Иль-де-Франсе,
А там кузина, бес ее возьми.

Брат Жозеф:

Девица, стало быть, выходит?

Эндрю:

Скорее гренадер, с ума всех сводит!
Давайте поспешим, отец святой,
И по дороге я вас ознакомлю с делом…

Брат Жозеф:

Ага, к нам так же, как-то на постой,
Явились двое… (подмигивает) да в состоянье спелом.
Брат Анатоль увидев пару,
Тотчас, смекнул, что да и как…

Эндрю:

(Выталкивая брата Жозефа из кельи.)

Ох, как не повезло Бертрану,
Он, как и я сойдет с ума от этих врак.
Теперь же поспешайте, что есть духу,
Карета ждет. Вперед, вперед!

Брат Жозеф:

(Семеня ногами, спасая свои бока.)

Уйдемте тихо, не спугнув и муху,
Я знаю, сын мой, тайный ход.

Эндрю:

(Останавливаясь и утирая пот.)

Заедем в мэрию, и сразу в пансион,
Я думаю, там будет все готово,
Придется есть нам всем бульон,
Что заварили с разрешения Христова.

Эндрю и брат Жозеф, крадучись, покидают аббатство Сен-Жермен-де-Пре.