От греха до иллюзии один вдох
Реальность, пойманная за хвост, или иллюзии, вежливо машущие издалека? Глубина омута или прозрачность высокогорья? Пепел будней или такой ослепительный огонь, что хочется щуриться на собственную жизнь? Любовь здесь — не столько принятие, сколько неизбежность: местами больно, зато меняет траектории. Каждый рассказ — сплетение нежности и измены: от неловкого первого поцелуя до трезвых, почти философских размышлений о грехе. А что грех — это, собственно, сама жизнь. Жизнь — это любовь. Любовь — грех. И тут хочется поставить знак вопроса.
В независимом издательстве «Чтиво» вышла книга «Сын греха» от Б. Майнаева, историка, педагога, журналиста.
О чём? «Мальчишки, получившие неожиданный подарок судьбы в виде молодой девушки, сталкиваются с суровой реальностью. Преданный своему делу врач, в очередной раз встречаясь со смертью, узнаёт о предательстве жены. Следователь и журналист расследуют убийство и измену, скрытые за соседской дверью, а разведчик, впервые поддавшись искушению плоти, открывает для себя новую грань между жизнью и смертью».
Сборник рассказов про открытие мира заново, про вкус крови на губах, про силу нервов, про раскаты грома внутри себя, про быстро затягивающиеся раны, про высокую поэзию и приземлённую прозу. Не про веру, не про надежду. Про любовь.
Каждый из текстов приглашает познать новую грань этого чувства. И тут возникает закономерный вопрос: «что такое любовь?» К слову, он тысячелетиями был предметом спекуляций. В «Матрице», мейнстримном культурном потоке непреложных истин, обитает множество сбивающей с толку чепухи об этой важнейшей части человеческого опыта. Каждый хочет любить и быть любимым. Но что мы понимаем в этих весьма неоднозначных переживаниях? Если мы не можем определить «любовь», как мы можем знать, что ищем, и как нам получить хоть какой-то шанс найти это?
Полезное и содержательное определение любви есть у блестящей мыслительницы и писательницы прошлого века Айн Рэнд: «любить – значит ценить». Или «Любовь — это непроизвольный ответ на (воспринимаемую) добродетель». Согласно её взгляду, мы откликаемся на добродетели, которые видим в другом человеке и которые являются отражением наших глубочайших ценностей. Именно наше восприятие жизни или наша шкала ценностей задаёт стандарт того, кого мы будем любить. Именно наши ценности, отражаемые в характере другого человека, вызывают эмоциональный отклик, который мы называем любовью.
Она определила «ценность» как «то, как человек действует, чтобы обрести или сохранить», а добродетель — как действие, посредством которого он это обретает или сохраняет». И чтобы понять любовь, нужно взглянуть на концепцию ценностей и осознать, что наши ценности (осознаваемые или неосознаваемые) играют решающую роль.
Любовь — это химия. С биологической точки зрения, это интенсивное неврологическое состояние, подобное голоду или жажде, но более постоянное. Мы говорим, что любовь слепа, или говорим о слепой или безусловной любви, то есть о том, что мы не можем её контролировать.
Однако с точки зрения эволюции любовь можно рассматривать как механизм выживания, который мы развили для того, чтобы нам действительно были необходимы долгосрочные отношения, которые означают взаимную поддержку, заботу родителей о детях и чувство защищённости и уверенности.
В отличие от нас, древние люди не объединяли различные эмоции в одно слово, называя их «любовь».
Например, древние греки описывали любовь как более общее понятие, не имеющее ничего общего с исключительностью, а скорее с универсальным чувством заботы об окружающих. Как говорил Аристотель, или как сказал бы любой психотерапевт: чтобы заботиться о других, нужно сначала позаботиться о себе.
Любовь — это страстная преданность, если взглянуть на неё глазами философа. Но она и не одно целое. Любовь к родителям, партнёрам, детям, дому, ближнему, Богу и т. д. — у каждой грани своя текстура. У каждой свои вариации: слепая, однобокая, трагическая, стабильная, изменчивая, неискренняя, неполная, безусловная…
Однако в лучшем случае все эти версии представляют собой благородную и страстную преданность, которая растёт и развивается, несмотря на то что часто появляется в нашей жизни незвано. Именно поэтому это больше, чем просто сильное чувство. Страсть без преданности — лишь возбуждение. Преданность без страсти — лишь одержимость.
Любовь — это стимул для всех великих историй. Любовь — движущая сила великих историй. Не только про романтическую любовь, но и к частям вселенной.
В конце концов, любовь — это свобода, которая нас связывает. Её легче испытать, чем определить. Любовь — единственное, что не может причинить никому боль, но может дорого обойтись. Парадокс её в том, что, даруя огромную свободу, она одновременно связывает тебя с другим человеком узами, крепче смерти. Её нельзя купить или продать. И нет ничего, с чем она не смогла бы справиться.
Все эти грани есть в сборнике «Сын греха». Чёткий слог, выверенные предложения, абзацы словно колонны полков идут по страницам, каждый раз обнажая один из своих пороков и предостережений насчёт любви. Великой ли? Совершенной ли? Опасной либо всепоглощающей? Автор отдаёт это на суд читателя.
Знайте себе цену и не соглашайтесь на меньшее. Вы достойны здоровой любви и партнёра, который уважает вас и вдохновляет стать лучшей версией себя. Химия сделает всё остальное.
И кстати, всё в том же независимом «Чтиве» всё от того же автора есть также «Дочь греха».
4 понравилось
