Отзывы о книге Jerusalem

Без малого два месяца понадобилось, чтоб одолеть 1300-страничный кирпич Алана Мура.

 «Иерусалим» - примечателен не только своим гигантским размером, но и тем, что это одна из лучших книг текущего века (может и не только). 

«Иерусалим» - многоуровневое, сложноустроенное произведение, соединяющее в себе всевозможные формальные эксперименты, высокую мистику, жесткий реализм и пресловутую актуалочку. Этот роман осанна родному городу Мура - Нортгепмптону, полная любви и ностальгии. Это роман о времени и памяти, о жизни и смерти и о жизни после смерти, и ещё о многом.  «Иерусалим» - это многогранный текст, напичканный символами, аллюзиями и отсылками, описанию и осмыслению которых можно посвятить немало зимних вечеров.

Помимо прочего, «Иерусалим», как и любой огромный роман, это тест для читателя на терпение и внимательность. Так, один из часто используемых Муром приёмов - взгляд на один эпизод  посредством разных персонажей. Причём эпизод под другим углом может появиться через полтысячи страниц (а то и больше). Великолепная тренировка памяти на самом деле.

Как устроен роман

Первая книга — бытоописание жизни несчастливых людей английского города Нортгемптон с примесью магического реализма. Сага о семейном безумии Верналлов — даре или проклятии, передававшемся из поколения в поколение. Мик в детстве переживает клиническую смерть и воскрешение. Юный преступник Фредди ходит в чужие сны, а ещё он немножко мёртв. Маляр Эрнест повредился рассудком после того, как с ним заговорил ангел. Его сын видит нити будущего.

Вторая книга — сюрное мистическое фэнтези про жизнь в посмертии. Самая интересная из всех и читается легче всего.

В третьей книге линии прошлого соединяются с настоящим. Вроде бы. Это уже поток сознания, в котором сюжет и мысль ухватить не так легко. Здесь Мур экспериментирует с формой по полной. Есть глава от лица сумасшедшей, где вообще свой поломанный язык: не представляю, насколько сложно это было написать, а тем более перевести. Есть глава в формате пьесы, где известные покойники из разных эпох наблюдают ссору живой супружеской пары. Есть даже поэма.

Что есть интересного

1. Чёрный мизантропический юмор, который умудряется быть незлобливым.

2. Много отсылок к жизни и быту в маленьком рабочем британском городке. Построенные вплотную друг к другу дома, локальные конкурсы красоты, типично английские пабы, которые сровняли с землёй, легенды о местных призраках, уличные газеты.

3. Много топографических названий. Можно вбивать в карты названия улиц, церквей и отелей и гулять по ним виртуально вместе с героями.

Вбейте в Гугл картах Нортгемптон Шип-стрит и побродите по улочке, посмотрите по сторонам. Догадаетесь, какое назначение улицы?

4. Мур — мастер авторских метафор

Нависавшая коржами свадебного торта автопарковка.

Фред выбрел на шахматное поле из потрескавшегося влажного кафеля и крикнул прямо в вонючее эхо.

Пальцы взметнулись в артериальном взбрызге лака для ногтей и драгоценных камней, оттягивая рваную противопожарную штору волос с пантомимы лица.

Впечатлительная, как восьмимесячный младенец, и неуязвимая, как птеродактиль из бриллиантов.

5. Каждая глава от лица тона или иного персонажа. Со сменой фокала существенно меняется и стиль, речевые характеристики, подача. Мы видим мир глазами разных людей.

Что я об этом думаю. Честно, даже не знаю. Это точно было увлекательное путешествие по улочкам Нортгемптона и по дебрям человеческого разума. Но третью книгу я уже откровенно домучивала. И всё же почитать стоит — это большой роман с кучей смыслов и пасхалок.

Верналлы надзирали за перекрёстком двух очень разных плоскостей — стражи пропасти, которую больше не видел никто. Оттого они были несколько подвержены внутренней нестабильности и в то же время более восприимчивы к ненормальным знаниям, талантам или способностям. Верналлы ведали гранями смертности и присматривали за углом разума, за который очень часто заходил их собственный ум.

В старости он смотрит сериалы, пугающие его дневные телеспектакли, хотя телевизор и не подключен к розетке.

Он видел призраков. Видел обычных — духов прошлых зданий и событий, врезанных в невидимую временную ось, фантомные постройки и сценарии, которые другие люди принимают за воспоминания. Видел он и более редких, но и более известных привидений — неупокоенных мёртвых: терзаемые души, что не желали повторять свои мучительные жизни, но не были готовы или склонны переходить в следующее состояние. Иногда он улавливал их краем глаза — дымные фигуры, бесконечно кружащие по своим старым районам в поисках призрачных бесед, призрачной случки, в поисках призрачной еды.

Смерть, как добрая мать, возьмёт все беспокойные обязанности и решения в свои руки, поцелует на ночь и подоткнёт тёплое зелёное одеяло. А жизнь — испытание, проверка, где надо успеть разгадать, что от тебя требуется, пока она не кончилась.

Напоследок я благодарю Многозначительную Концепцию Смерти и Английский Роман за то, что безропотно выдержали всю книгу. Вы, ребята, самые лучшие.

В тупике находилась безобразная пародия на детскую площадку с маленьким лабиринтом из синего кирпича в центре, как будто созданным для скудоумных лепреконов, и с вечно маячившим над душой творением кубиста-аутиста — бетонным конём, слишком угловатым и неудобным, чтобы его оседлать, с пустой дырой вместо глаз, просверленной в голове на высоте висков. 

Бандами по четыре-пять человек опирались друг на друга девчонки в коротких юбках — множество ножек в колготках на пятнадцать ден поддерживали единую структуру, моментами невольно превращаясь то в гигантское хихикающее насекомое, то в подвижную мебель в столь же красивых, сколь и непрактичных чехлах. Парни передвигались, как шахматные слоны с контузией, вальсирующие мыши с Туреттом, их кучки вдруг ударялись то в смертоносное панибратство, то в доброжелательную поножовщину.

Я провела несколько месяцев с «Иерусалимом» Алана Мура — монументальным трудом почти в полторы тысячи страниц. Я честно одолела две трети этого пути, две из трех внутренних книг, но на третью меня, увы, не хватило. Это было невероятно тяжелое, изматывающее чтиво, но в то же время — уникальный опыт. И хотя я не дошла до финала, я поняла суть этого произведения и готова поделиться своими впечатлениями.

Книга структурно делится на три части, и каждая из них ощущается по-своему. Первая книга, состоящая из множества историй разных персонажей, поначалу показалась мне почти бессюжетной и сложной. Спасал только красивый, образный язык Мура и потрясающие описания. Вторая часть, напротив, захватила меня гораздо сильнее — она была красивее, интереснее и рассказывала о приключениях детей в потустороннем мире. Здесь уже начали проступать связи между героями и событиями, которые я советовала бы с самого начала записывать, чтобы не запутаться в хитросплетениях родственных уз.

Однако у «Иерусалима» есть два главных недостатка, которые для меня стали камнем преткновения.

Первый и самый главный недостаток — это язык и стиль Мура. Нет, не сложность сюжета или объем книги, а именно бесконечные, тяжеловесные описания. Автор с невероятной дотошностью описывает географию Нортгемптона — улицы, дома, районы в разные эпохи: от Средневековья до наших дней. Поначалу я пыталась следить за повествованием с помощью карты, данной в книге, и даже открывала Google Maps, чтобы увидеть эти места вживую. Но это превратилось в изнурительную работу. Каждое место было окутано сложными, громоздкими метафорами, и я тратила столько сил на то, чтобы просто представить себе локацию, что теряла нить повествования. Это сильно сбивало и отбивало желание читать.

Второй недостаток — это ощущение бесцельности происходящего. Да, я понимаю, что одна из центральных идей книги в том, что жизнь предопределена, и путь важнее цели. Но приключения детей во второй книге, которые должны были стать двигателем сюжета, по сути, ни к чему не вели. Они просто знакомили нас с загробным миром, но у самих героев не было четкой цели. Они блуждали туда-сюда, и казалось, что автор может до бесконечности придумывать для них новые, не связанные друг с другом истории. Повествование будто шагало на месте. К тому же, Мур часто использует прием, когда в любую секунду могло произойти все что угодно, чтобы спасти героев. Это создавало ощущение «каши» и убивало интригу — зачем переживать за персонажей, если из любой передряги их вытащит очередной «бог из машины»?

Несмотря на все трудности, в книге есть моменты чистого гения. Временами проскальзывает отличный, хоть и редкий, юмор. Некоторые главы, как, например, история о средневековом монахе, заставляют глубоко задуматься. Глава «Деревьям не надо знать» и вовсе была прочитана на одном дыхании — столько в ней было динамики и жуткой атмосферы, будто ее писал другой человек.

Книга напоминает сразу все: эзотерику Кастанеды, магию «Гарри Поттера» и сюрреалистичные трипы «Алисы в стране чудес». Повествование часто похоже на чей-то сон или психоделический опыт. Главными героями, на удивление, оказываются дети, что создает ассоциации с «Питером Пеном» и его бандой. А еще Мур настолько пронзительно и детально описывает страдания женщин во время родов, что это произвело на меня неизгладимое впечатление.

В конечном счете, «Иерусалим» — это вызов. Книга, которая требует от читателя полной отдачи, терпения и готовности продираться сквозь словесные джунгли. В ней есть удивительные находки, глубокие мысли и невероятной красоты язык. Но ее же главные достоинства — дотошность и детальность — становятся ее проклятием, превращая чтение в работу. Я не жалею о потраченном времени, но и советовать эту книгу всем подряд не стану.

На страницах действительно весомого произведения одного из самых влиятельных и раскрученных авторов графических романов Алана Мура разворачиваются события, которые охватывают временной промежуток не одной тысячи лет. Ветви судеб персонажей переплетаются между собой и позволяют читателю понять суть произведения, суть посыла автора. Проблематика данного произведения затрагивает как и расовые, так и социальные аспекты нашего бытия. И кто как не писатель может нам напомнить обо всем этом. Хотя возможно столь значительное произведение создает для нас предпосылки для осмысления прочитанного и создания для себя некоторых выводов, впрочем как и любая книга или эссе, или статья, или стихотворение. Да и впрочем это задача литературы - находить ответы на поставленные вопросы, раскрывать животрепещущие и острые проблемы общества и нашего бытия. Все это есть в ‘Иерусалиме’. Мало того, что в этой книге собралось столько разнообразных жанров: от фэнтези до жесткого реализма, так еще и множество всевозможных проблем, которые автор оглашает на многочисленных страницах. Алан Мур в первую очередь знаменит своими графическими романами такими как ‘V значит вендетта’, ‘Хранители’ и многими другими. Каюсь не один из его графических романов не читал, но тем не менее ‘Иерусалим’ заставил меня понять, что Мур хорош и как прозаик. Основными главными действующими лицами произведения являются художница Альма и ее младший брат Мик, - они являются выходцами из бедной семьи Уорренов. По ходу развития сюжета данного произведения мы понимаем, какую же все таки непростая ноша выпала на долю отпрысков данной родословной. Мур дает их жизнеописание начиная с середины 19 века и заканчивая нашими днями и хочется отметить насколько невероятны те события, которые затронули судьбы каждого из них. Проживая в неблагополучном районе под названием Боро, семейство Уорренов сталкивается с тяготами безденежья и иными несправедливостями судьбы. Нортгемптон, где происходят события всей книги - является тем местом, где Алан Мур родился, взрослел и стал тем кем он стал сейчас. На улицах столь неблагоприятного в социальном и экономическом плане Боро главное было остаться самим собой и не стать каким-нибудь маргиналом или заблудшей душой. Боро проверяет на прочность персонажей данного произведения, каждого из них по отдельности. Но все же кто виноват в той несправедливости, которая процветает на улица этого злополучного района? Например, один из действующих персонажей следователь Стаддс - предстает перед нами в том ключе, в котором он видится автору данного произведения - он циничен, хладнокровен и брезглив. Все менты пахнут одинаково. Что и подтверждают строки данного произведения. Или взять к примеру темнокожего Чарли, который пытается поднять на ноги своих детей и ему в конечном счете это удается - он герой. Тему искусства проходит тонкой нитью в данном произведении, несмотря не неблагополучную среду Боро - оно теплится, оно живет в персонажах. На страницах этого произведения пилигрим приносит крест из Иерусалима в Боро еще в начале первого тысячелетия - знаковое событие в контексте того насколько этот район становится запущенных в будущем. Низкое социальное положение, цвет кожи, род деятельности - это те критерии по которым оценивается человек. Имея низкое социальное положение - таких людей в Боро предостаточно - человек становится предметом презрения со стороны богатых, как бы это не было банальным. Конечно нельзя говорить за всех. Но это становится очевидным, когда мы знакомимся с сюжетной линией. Цвет кожи как и низкое социальное положение являются отметиной неблагополучности и клейма на всю оставшуюся жизнь - это очевидно, когда идет повествование о Чарли. Это самая настоящая война между богатыми и бедными, между черными и белыми. Но кто создал все это? Почему в великой Англии существовало и рабство, и несправедливое отношение к лицам из низких социальных слоев? Почему существует Боро? Если дойти до конца этого произведения, то можно понять, что и почему. Автор дает ответы на животрепещущие вопросы и надеюсь каждому из нас это станет понятно. Ведь задача литературы - менять людей. Привносить что-то новое в жизни людей, которые уже и позабыли, что для них значит жить полной жизнью. Но если так подумать - то сколько вот таких Боро на нашей планете? Да полным полно. И кто в ответе? Кто должен за это ответить? Алан Мур создает такое произведение, которое вряд ли оставит кого-то равнодушным. Присутствие ненормативной лексики в полном объеме делает этот роман безусловно и мрачнее и веселее одновременно. Но это видение автора и мы може либо согласиться с этим, или не согласиться. В произведении присутствует множество персонажей и задача каждого из них провести по улицам Боро и продемонстрировать насколько наше бытие непростая вещь, насколько все неоднозначно и противоречиво. Сюжетные линии некоторых персонажей так и остануться в прошлом повествования, но они внесли свой вклад в данное произведение, словно мазок кисти на полотне художника. И нам только остается пройти по сюжетной линии, узнать все, что скрыто на улицах Боро, познакомиться поближе с культурой населения этого маленького кусочка Англии. И после прочтения остается желание, чтобы такие места скинули с себя тяжелое бремя нищеты, запустения, деградации и социального разложения. Но так ли это просто? Так ли просто создать систему, где нет проигравших? Возможно это будет звучать по-перфекционистски, но таков на мой взгляд посыл данного произведения. Это искоренение несправедливости в той форме в какой она существует. Как бы пафосно или банально это не звучало. Вот этот вектор движения задает Алан Мур, знакомя нас со своими персонажами и создавая сюжетную канву, которая хоть и не такая сильная, но все же присутствует в полном объеме. Ведь главная суть этого произведения - это не лихо закрученный сюжет, - это понимание той действительности, в которой мы оказались. Это донесение до читателя той сущности бытия, той жизни, которая окутывает каждого из нас. Мур через повествование и своих персонажей переносит каждого из нас в Боро, и он хочет чтобы мы ощутили на себе эту тяжесть и эту боль. Ему это удается. Ему удается перенести нас в мир, который действительно существует. Он показывает нам эту реальность низших социальных слоев. И по большому счету Алан Мур говорит, что пора что-то менять, пора возможно создавать такую систему, где не будет ни бедности, ни преследования человека из-за цвета его кожи. Возможно нам предстоит перешагнуть через непонимание сложившейся системы ценностей, через непонимание самих себя. В итоге безусловно данное произведение заслуживает внимание всех слоев общества и представителей всех рас и вероисповеданий. Каждая страница содержит в себе, то что будет близко каждому из нас. И каждый найдет в себе что-то, что привнесет понимание непростого бытия

Честно скажу, что это было очень трудно, но по итогу я очень довольна. Это стоящая книга!️

Твердая 10 из 10. До этой книги к авторам комиксов относился прохладно. Да, согласен Хранители этого автора доказали что я был не прав. Но такой шедевр... 1300 страниц одним махом и желанием перечитать сразу же...
Отдельная благодарность переводчику, Сергею Карпову. Перевести этот шедевр, а особенно главу 'Ум за разум' труд просто невообразимый.  59 страниц, где нет ни одного существующего слова...
У меня только один вопрос, где русский перевод 'Поминок по Финнегану'. Карпов с легкостью осилит. Или я упустил этот текст?

"Иерусалим" называли величественным космическим романом, эндшпилем эпического модернизма, великим британским романом, калейдоскопом литературных форм и стилей. Жена Алана Мура Мелинда назвала книгу " генетической мифологией". А я бы сказала, что этот роман - мифология утраты. В заключительной части романа ( в Послелюдии) Альма ( героиня романа , эксцентричная художница ) говорит , что она " давила кирпичи, пока не выжала чудеса и не наполнила трещины легендами. " И то, что она сделала ( серия работ для художественной выставки) , Альма называет "мифологией утраты" . Алан Мур переложил живопись героини своего романа Альмы на текст. Или наоборот? Он переложил свой текст на холсты и бумагу Альмы. Нет, наверно, правильней будет сказать, что ему удалось написать текстовую серию живописных полотен о районе сноса Боро в Нортгемптоне и его обитателях , с Альмой в их числе. Альма лепит из разжеванной бумаги макет Боро в смеси времен , Мур словесно реконструирует Боро в смеси времен. Наверху Зодчие возводят свои гениальные конструкции вне времени. И вдруг вопрос: "...А позвольте узнать, хоть у кого-либо в сей гениальной конструкции блесть Свобода Воли?" ( подсказка для непрочитавших : блесть = было+есть+будет) Ответ : "НЕТ ...А тебе ее не хватало?" и гомерический хохот. Сверху глядя, может и гомерически смешно. А внизу находясь , слезы душат иной раз. Сколько утрат малых и огромных, личных и общих у жителей Боро! Деструктор не остановить... Но есть Искусство со Свободой Воли художника . Он зону сноса превращает в Золотой город, а каждого последнего человека - в бессмертного. Он пишет мифологию утраты. И это - не сгорит!

Чтение заняло две недели . Для меня это были две недели удовольствия.

PS Несколько слов в адрес издателей. Издание романа очень порадовало. Но огорчило большое количество опечаток в книге ( не подумайте, что я про главу "Ум за разум" , там их заметить было бы трудно ). Но , к примеру, вот в этом месте на странице 719: " Фантомы оборванцы Планировали к лежащим внахлест газонам дурдомов, словно грациозные и неспешные дымовые шашки. " "В кисельной атмосфере призрачной стежки навстречу скомканным времени и пространству" можно только Фланировать, а не Планировать. Как можно пропустить такой ляп?! Вы же смогли тем же составом и с тем же корректором издать "Бесконечную шутку " без опечаток. А в этот раз не смогли , увы!

Автор знает много слов. Это все что положительного у меня ассоциируется с этой книгой. Это ЕдинсвеннаЯ книга, которую я бросила читать! 105 страниц оказался мой максимум... Если вы сторонник клипового повествования. Любитель сидеть по самые уши в болоте и наслаждаться льющимися на голову отходами жизнедеятельности, то эта книга просто подарок для вас. Грубый сленговый язык. мерзкие сцены, недомолвки в описаниях сцен и туповатые реплики героев - все это в огромном количестве ждет вас на страницах этого произведения. Так и хочется воскликнуть: "Алан - вернись в комиксы! Там ты шикарен!"