Цитаты из книги The Sentinel

За годы работы в полиции он допрашивал многих подозреваемых. И прекрасно чувствовал, когда человек лжет.

Это как разница между тем, чтобы жить одному, быть самому по себе, и тем, чтобы быть одиноким. Вы же понимаете, что это не одно и то же.

Самозарядный «Глок-19». Выбор оружия Ричер одобрил. Компактный пистолет. Легко спрятать. И надежный. Шансы промазать близки к нулю.

Лучший способ уничтожить западню – оказаться там первым.

А характер Ричера был создан для крайностей. Его недостаток заключался в том, что действовал он либо крайне медленно, либо крайне быстро. Мог казаться апатичным, ленивым, чуть ли не сонным. И вдруг его охватывало страстное, неистовое, неотступное желание действовать, причем он мог это делать так долго и упорно, как было необходимо, но потом снова впадал в состояние благостного спокойствия, пока перед ним не являлся новый источник волнений.

Хорошее вождение требует баланса действия и противодействия, скорости и самообладания, расчета и контроля. А также чувства золотой середины, устойчивого и непрерывного.

А для тебя какая разница, север или юг? Ишь ты, нищеброд, а еще привередничает. Может желаешь выйти и пройтись пешком? По такой жаре? — В общем-то, да, — отозвался Ричер. — Ходить пешком я люблю. А на жару мне наплевать. Выпустите меня прямо здесь.

— То было вчера. С тех пор город успел вызвать во мне большой интерес.

Ричер снял пиджак и скатал его: получилась подушка. Лег на металлический топчан. Закрыл глаза, расслабился и пустил на волю голос Хаулина Вулфа. За ним в голове запел Мэджик Слим. Ричер дал им исполнить по паре блюзов каждому. Потом досчитал до трех и сразу уснул.

Обычная тактика. Полная изоляция порождает в человеке желание поговорить. А уж оно легко может обратиться в потребность во всем признаться. Он сам частенько пользовался таким приемом. Да и против него этот рычаг не раз применяли.

Ричер не пошевелился. Полицейский подошел поближе: — Я сказал, на землю. Немедленно. Полицейские везде одинаковы, во всем мире. Как только начинают работать на публике, заднего хода от них не жди. И любая попытка заставить их — пустая трата времени. Ричер знал это по личному опыту. Однако существуют же правила, которых надо придерживаться.

Они же тупые как дрова.

Верный расчет времени приходит с опытом.

У него есть машина. Он сейчас может сесть в нее и уехать. И это был бы мудрый ход. Но перед ним нацисты. Ричер вспомнил о своей матери. О ребенке, которым она была в оккупированной нацистами Франции во время Второй мировой войны. Вечно голодном. Вечно мерзнущем. Частенько подвергающемся опасности. Нет, сейчас отступать не время.

Это же эдельвейсы. Любимые цветы Адольфа Гитлера.

Люди подсознательно склонны делать выводы на основе пространственной близости объектов. Видишь стоящего перед переходом человека – и думаешь, что тот будет переходить улицу.

Сервер, понимаете, это вам не ноутбук. Его нельзя просто взять и включить. Это больше похоже на очень большой внешний жесткий диск. Тут нужен компьютер, специальная программа.

– Ну не будем же мы вечно искать этого русского агента. – Вы сказали, что может понадобиться два месяца. А я редко задерживаюсь на одном месте больше чем на два дня.

– Я был бы последним человеком в мире, который сказал бы, что свобода передвижения – это безумие. Для меня это главное в жизни.