Пирог с черемухой

Даше четырнадцать, у неё есть мама, папа, любимый двоюродный брат Ромка, бабушки и дедушки. Лето до августа Даша живёт далеко от дома у бабушки и деды (родители её папы), а после, до осени, должна перебраться к бабуле и деде (мамины родители). Едет она с предвкушением встречи с друзьями и своим летним миром:

Я бегу вверх, и меня переполняет радостное ожидание тех чудес, что лето приготовило для меня. Как же сильно я истосковалась по всему тому, что успела увидеть по пути с вокзала, и тому, что скоро обязательно увижу! Я знаю наверняка: все, что мне нужно, все, что я так люблю, верно ждало меня целый год, не исчезая и не меняясь. И когда мы встретимся, мы сразу узнаем друг друга. Иначе и быть не может! И мое сердце не вмещает благодарности за эту неизменность и верность.

Восторг долгожданной встречи, горячий сухой ветер, клюющие землю нефтекачки, по-летнему опустевший посёлок, игры с друзьями – весёлые и пугающие. Соседка Ведьма, бесконечно бормочущая что-то странное и тянущая к Даше руки; влюблённость, от остроты и нежности которой перехватывает дыхание – лето, в котором так перемешались радость и боль, что одно с трудом отделяется от другого. Лето, срывающееся со страниц яркими красками, наплывающее пряными запахами, гудящее голосами – и вдруг застывающее в ледяном свете луны.

Мы едем к бабушке, потому что наступило лето, школа закончилась и меня снова некуда деть.
<...>
Мама не любит здесь бывать, потому что сюда особенно не зовут, но очень обижаются, если мы не приезжаем.

Всё построено на этой двойственности: невероятная способность жить и радоваться, внутренняя сила героини – и её же хрупкость; детская беззащитность, принимающая как истину и норму всё, что с ней происходит – и отторжение, когда так долго взращиваемое в ней чувство вины затмевает всё. Думаю, у книги не зря нет в той или иной мере описывающей сюжет аннотации. В эту книгу нужно нырять без подготовки, чтобы самому увидеть, что происходит.

Рассказывать действительно нечего. Потому что слишком много всего, зыбкого, ускользающего. Бабушка на меня накричала – ну и что, бывает. Заставила стричь ей ногти – ну она же болеет, сама не может. Ничего особенного. У всех так. А там, где не так, просто живут нормальные дети, а не такие выродки, как я. А потом меня всего лишь напугала соседская бабка.

Иногда кажется, что это книга об обиде. Но нет, она о любви и прощении. И – о пьянящем лете.

Я ненавижу изюм. Поэтому булка с изюмом для меня вовсе не лакомство, а испытание Когда я смотрела на обложку и видела название книги, то думала, что она про сладкое угощение из детства. А оказалось, для героини пирог с черёмухой, как для меня - булка с изюмом.

В книгу я влюбилась с первых двух страниц. Прочла их и поняла — она уже засела острой занозой в сердце. Не важно даже, что будет дальше.

Первую половину я читала, задыхаясь: господи, сколько в книге про меня! Пусть моё детство не было таким, как у героини, но в некоторых эпизодах я узнавала себя, своих друзей или родных. И это так, будто кто-то вынул сердце из груди и проехался по нему катком. По самому больному. По самому тёмному. По самому дорогому.

Вторую половину я читала с жадностью — хотела раньше самой героини понять, что всё это значит. Я стремилась к ответам, но они не давались в руки, а рассеивались, словно призраки…

Иногда мне казалось, что героиня рассказывает свою историю на сеансе у психолога. Каждый раз, когда она говорила «Я сама виновата» или «Это всё из-за меня», у меня в голове звенел колокольчик: «Нет, нет, нет! Дело не в тебе!»

«Пирог с черёмухой» - про лето, про меня и про вас, про печённую на костре картошку, посиделки на лавочке у подъезда, сборы с друзьями, которых ты видишь раз в году, потому что они приезжают к своим бабушкам на каникулы… Это первое касание губ, трепет внутри, жаркое дыхание на твоей шее… Это спор «а тебе слабо?» и безрассудство, от которого в детстве чувствуешь себя героем, а взрослым хватаешься за валерьянку.

Но с другой стороны она про страхи. Про жуткую соседку, которая вечно пытается ухватить тебя за руку. Про двуликую бабушку, которая при посторонних зовёт тебя «любимой внукой», а наедине «неблагодарной свиньёй». Про папу, который иногда так злится, что у тебя потом болит всё тело. Про каникулы, на которых прогулки с друзьями нужно заработать, намывая полы в подъезде до блеска…

А ещё она про то, как видится детство, спустя годы, спустя потери, спустя боль. Как всё меняется. Или меняется не оно, а ты сам?..

Книга, которая выльет на вас ушат ледяной воды, но заставит полюбить её.

Каникулы бывают осенними, зимними, весенними, а самые классные летние! Но они же и самая большая головная боль родителей, потому что детей некуда деть, даже когда они могут о себе позаботиться. Дашку тоже некуда девать, и мама ее привезла к бабушке. У Дашки есть бабушка (мама папы) и бабуля (мама мамы) и лето она проводит сначала у одной, а потом у другой.

Ка-ни-ку-лы!

Сколько всего в этом слове! Утренняя солнечная полоса на полу кухни, запахи жара, полыни и пыли, дворовые друзья, с которыми можно хоть на край света, первая любовь. Главное выбраться на улицу и вобрать в себя всю полноту жизни и уставшей и голодной вернуться домой до 21.00.

Ка-ни-ку-лы.

Кроме радости от встречи с друзьями, есть и огорчения. Молчаливая мама, которая везет Дашку туда, где никого не любят. Молчаливый дед, который закрывает глаза на несправедливость жены к внучке. Бабушка, которая заставляет каждый день Дашку мыть полы в квартире, помогать делать уколы, оскорбляет и грубит дома и хвастается и хвалит внучку на улице.

Приведу некоторые моменты из книги:

Сейчас она скажет, кто из моих друзей дебил, а кто урод.Она все обо всех знает. Она же педагог с огромным стажем! Она же всех их родителей поголовно учила. А от осины апельсины не родятся.

«Детей можно и нужно наказывать! Другого они не понимают!» «Хвалить детей нельзя! Ни в коем случае!» Бабушка всегда это повторяет. Она учит этому всех, кто по глупости пожалуется ей на своего ребенка или внука.

Стоит нам выйти из квартиры, как бабушка делится пополам, словно инфузория, и их становится две. Первая – привычная, которая дергает, шипит и едко комментирует каждое мое движение. А вторую я называю «Сахар Медович». Это уличная бабушка, она ненастоящая, просто кукла из папье-маше. Она улыбается любому встречному знакомому и хвалится мной. Терпеть ее не могу.

Доверительный разговор бабушки с внучкой про первую любовь:

 - Бабка больная на кухне полдня, а кобыла четырнадцатилетняя перед все домом с парнями обжимается! Да я тебя своими руками придавлю, если еще рядом с ним увижу! Позорище! Прошмандовка растет!

Дашкина бабушка мне напомнила бабушку из книги Павла Санаева "Похороните меня за плинтусом". Там бабушка страшное, душное и большое чудовище для маленького мальчика. Но в конце книги становятся понятны мотивы бабушкиного поведения. В книге "Пирог с черемухой" мотивы слов и поступков бабушки останутся за кадром. Почему она стала такая? Вот нате вам бабушку – монстра и живите с этим, как хотите. А почему бабушку, а не дедушку? Почему дедушка, уходя в свой дивный сад, не берет внучку с собой? Почему все время молчит? Интересно было бы узнать, как бабушка с дедушкой дошли до жизни такой. Хочется подробностей про детство, семейную жизнь и педагогическую деятельность бабушки Тани. Кто ее так обидел в жизни, что она вымещает это на единственную внучку единственного сына? Или она просто злая. Или тревожная.

Некоторые повороты сюжета не понятны. Мутные сны и нервный срыв не понятны. Зачем они были нужны?

Итого:

Дети в книге живые и убедительные. Даже не хочется про них писать подробнее. Лучше почитайте и перед глазами встанут как живые Динарка, Нурик, Колька, Женька и Андрей. Взрослые все поголовно со странностями. Нет ни одного взрослого, на которого можно положиться. Где они, добрые и заботливые мамы, папы и бабушки с дедушками? В книгах Астрид Линдгрен остались.

Неплохая детская книга, но могла бы быть лучше.