Цитаты из книги Басни

"Скрыл от премудрых и открыл детям и неразумным"

Он увидал ее всю во время ее болезни, узнал ее душу, и ему казалось, что он никогда до тех пор не любил ее. И теперь-то, когда он узнал ее, полюбил, как должно было любить, он был унижен пред нею и потерял ее навсегда, оставив в ней о себе одно постыдное воспоминание.

«Боже мой, опять о любви», – подумал он, морщась.

– Михаил Иваныч, когда бывают ваши именины? – спросил он вдруг. – Вы бы лучше думали о своей работе, а именины никакого значения не имеют для разумного существа. Такой же день, как и другие, в которые надо работать.

-Более решительного врага женитьбы, как вы, я не видал, - сказал Сергей Иванович. -Нет, я не враг. Я друг разделения труда. Люди, которые делать ничего не могут, должны делать людей, а остальные - содействовать их просвещению и счастью. Вот как я понимаю. Мешать два эти ремесла есть тьма охотников, я не из их числа.

То-то и ужасно в этом роде горя, что нельзя, как во всяком другом — в потере, в смерти, нести крест, а тут нужно действовать, — сказал он, как будто угадывая ее мысль. — Нужно выйти из того унизительного положения, в которое вы поставлены: — нельзя жить втроем.

— Любовь... — повторила она медленно, внутренним голосом, и вдруг, в то же время, как она отцепила кружево, прибавила: — Я оттого и не люблю этого слова, что оно для меня слишком много значит, больше гораздо, чем вы можете понять, — и она взглянула ему в лицо. — До свиданья!

И Левину вспомнилась недавняя сцена с Долли и ее детьми. Дети, оствашись одни, стали жарить малину на свечах и лить молоко фонтаном в рот.

Вот мы выдумали в чашку положить малину и жарить ее на свечке, а молоко лить фонтаном прямо в рот друг другу. Это весело и ново, и ничего не хуже, чем пить из чашек.

«Если можно меня простить, то простите, - сказал ее взгляд. - я так счастлива». «Всех ненавижу, и вас, и себя», - отвечал его взгляд.

Видите ли, на одну и ту же вещь можно смотреть трагически и сделать из нее мученье, а можно просто и даже весело. Может быть, вы склонны смотреть на вещи слишком трагически.

..один человек для нужды живет,..., а Фоканыч- правдивый старик. Он для души живет. Бога помнит.

Мне жить с ним теперь будет мученье, именно потому, что я любила его, как любила, что я люблю свою прошедшую любовь к нему..

Ну-ка, пустить одних детей, чтоб они сами приобрели, сделали посуду, подоили молоко и т. д. Стали бы они шалить? Они бы с голоду померли. Ну-ка, пустите нас с нашими страстями, мыслями, без понятия о едином боге и творце! Или без понятия того, что есть добро, без объяснения зла нравственного. Ну-ка, без этих понятий постройте что-нибудь! Мы только разрушаем, потому что мы духовно сыты. Именно дети!

С той минуты, хотя и не отдавая себе в том отчета и продолжая жить по-прежнему, Лёвин не переставал чувствовать этот страх за свое незнание. Кроме того, он смутно чувствовал, что то, что он называл своими убеждениями, было не только незнание, но что это был такой склад мысли, при котором невозможно было знание того, что ему нужно было.

Анна взяла своими красивыми, белыми, покрытыми кольцами руками ножик и вилку и стала показывать. Она, очевидно, видела, что из её объяснения ничего не поймётся; но, зная, что она говорит приятно и что руки ее красивы, она продолжала объяснение.

Войдя в гостиную, Степан Аркадьевич извинился, объяснил, что был задержан тем князем, который был всегдашним козлом-искупителем всех его опаздываний и отлучек...

...весь этот мир наш - это маленькая плесень, которая наросла на крошечной планете.