Цитаты из книги Three Comrades

Der himmliche Vater hielft. Er hielft immer, auch wenn wir es manchmal nicht verstehen.

...und man spürte, dass es der Natur völlig gleichgültig war, was dieses bösartige Ameisegewimmel, Menschheit genannt, auf der Welt trieb.

Es ist nur schrecklich, nichts zu haben, auf das man warten kann.

Man kann nichts voraus wissen. Der Todkranke kann den Gesunden überleben. Das Leben ist eine sonderbare Angelegenheit.

Man muss demütig gegen das Schicksaal sein.

Russen sind an Zufälle gewöhnt.

Mut hat man nur, wenn man auch Angst hat.

Melancholisch wird man, wenn man über das Leben nachdenkt; - zynisch, wenn man sieht, wie die meisten damit fertig werden.

Und Wunder gab´s nicht mehr...

Glück war die ungewisste Sache de Welt mit dem höchsten Preis.

- Вот, - сказал он, переводя дух, - а теперь мне стало дурно от собственного благородства. Высадите меня у "Интернационаля". Я обязательно должен выпить коньяку.

И в этой тишине каждое слово приобретало настолько большой вес, что разговаривать непринуждённо стало невозможно.

Он философствует, - сказал Ленц. - Следовательно, он опасен.

Обладание само по себе уже утрата. Никогда ничего нельзя ужержать,никогда! Никогда нельзя разомкнуть лязгающую цепь времени, никогда беспокойство не превращалась в покой,поиск в тишину, никогда не прекращалось падение

– Бешенство надо разгонять весельем, а не злобой, – заявил Альфонс.

Музыка к "Сказкам Гофмана" околдовала зал. Она была как южный ветер, как теплая ночь, как вздувшийся парус под звездами, совсем нереальная. Открывались широкие яркие дали. Казалось, что шумит глухой поток нездешней жизни; исчезала тяжесть, терялись границы, были только блеск, и мелодия, и любовь; и просто нельзя было понять, что где-то есть нужда, и страдание, и отчаянье, если звучит такая музыка.

"Menschen sind ein viel schlimmeres Gift als Schnaps und Tabak, Liebling."

- Для чего же ты живёшь, скажи мне, детка? - Именно это хотел бы я и сам знать.

- <…> Поки людина не здається, вона - володар своєї долі.

Народитися дурненьким - це хіба сором? Ось умерти таким - це вже хіба щось інше.