Пелевина А.С. я не читал совсем. «Калинова Яма» — первое знакомство с творчеством Александра Сергеевича. Роман заявлен издателем как фантастический ретро-детектив на шпионскую тему.
Июнь 1941 года. Немецкий шпион, скрываясь от советской контрразведки, оказывается в русской глубинке —полустанке «Калинова Яма», где с ним происходят странные вещи: он попадает то ли во временную петлю, то ли в параллельную реальность. Что это? Сон? Бред? Мистика? Одним словом — какая-то чертовщина!
Сначала роман мне показался простенькой вторичной пустышкой, обычной попсовой поделкой. Удивляло отсутствие историзма: «ляпы» и неточности в деталях описываемой эпохи, «лубочность» и гротескность персонажей. Но примерно с половины книги всё изменилось. «Открыточность» и «лубочность» стали работать удивительным образом — получилась сказка в сказке. Качели, которые присущи классическим фантастическим историям, где мистика противопоставляется реализму, как в «Дне сурка» (или в более талантливом и остром, на мой взгляд, нашем «Зеркале для героя»), исчезли, перестали работать как художественный прием. Роман преобразился. Сказка стала действительно сказкой, но сказкой с иным подтекстом. Оказалось, что это не только детектив, но еще и притча. В истории стал проявляться русский, славянский, советский, российский колорит, почувствовалось что-то понятное: свое, родное. Роман стал читаться иначе и в художественном, и в смысловом плане. Произведение, воспринимавшееся поначалу как развлекательная постмодернистская пустышка, показалось мне наоборот — произведением антипостмодернистским. В отличие от своего знаменитого однофамильца — Виктора Олеговича, конструирующего свои литературные пазлы на галактическом интернациональном поле, выдувающего медитации с использованием английского сленга и русского мата, соединяющего в текстах секс и карму, современные супертехнологии и древние буддистские практики, Александр Сергеевич изложил свой роман в эстетике, близкой российскому, советскому, славянскому читателю, на хорошем русском языке и без ненормативной лексики. Пелевин А.С. умудрился быть модным без чернухи, без насилия и сексуальных сцен. «Вдруг я простой советский журналист Сафонов, который родился и вырос в Советском Союзе, и я начитался перед сном шпионских романов, и мне приснилась вся эта галиматья». Галиматья, как выразился автор, — это часть сюжета. Сны героя, конечно, галиматья, но галиматья, близкая по духу к Н.В. Гоголю, М.А. Булгакову, В.М.Шукшину, Л.А. Филатову, эстетически понятная даже молодым читателям, которые уловили это, отразив в рецензиях наличие в романе отсылок к славянскому фольклору. Пелевину А.С. удалось продемонстрировать, что можно писать увлекательно и модерново, быть модным и нравиться молодежи, и при этом быть своим по духу, патриотичным по настроению, соединить, примирить в лубочной славянской традиции и российское, и советское, и настоящее, и прошлое. А.С.Пелевин, как мне показалось, совсем не прост. За многими внешне проходными предложениями и фразами у него скрыты переплетения ироничных смыслов. Герой романа вспоминает: «В Берлине во время подготовки к операции меня научили замечательному русскому каламбуру, непереводимому на немецкий — «души прекрасные порывы».Сама фраза — двойной перевертыш. Не думаю, что автор — поэт, журналист, литератор — перепутал каламбур с метафорой. Конечно, строка из стихотворения А.С. Пушкина — это не каламбур, но сама фраза «научить каламбуру»! Это и стеб над немецким шпионом, который думает, что «каламбуру можно научить» (как и научить чувству юмора). Но и шире: отражает содержание романа, где рациональность, расчетливость, практичность (всему можно научить!) и холодный разум германского разведчика противопоставляются иррациональной и нелогичной русской глубинке, славянской хтони, которая способна переварить и выплюнуть всё инородное, чуждое, злое.
Роман мне понравился. И хотя автор спрятался за формой, отказавшись от прямого текста и заставив читателя считывать маркеры и смыслы, воспринимать и чувствовать идею через образы, символы, картинки, мне показалось, что он (автор) интересен, ироничен и умен. «Калинова Яма», конечно, не шедевр, не открытие и не прорыв. В современной отечественной развлекательной прозе — это всего лишь возвращение к традиции на сегодняшнем смысловом литературном поле.
P.S. В своих суждениях, конечно, я могу и ошибаться. Чтобы понять и оценить автора, маловато одного прочитанного романа. Мой отзыв — это не вполне рецензия и рассудительный разбор произведения, скорее — эмоции, впечатления, ощущения сразу после прочтения.
128 понравилось
