Цитаты из книги The Stand

Самое страшное, Ларри, в том, что ты хочешь как лучше. Иногда я думаю, что было бы даже проще, стань ты плохим. А так – ты вроде бы и понимаешь, что такое плохо, но не знаешь, как с этим бороться

Сержусь ли я на тебя? Нет. Разочарована ли я? Да. Я надеялась, что ты изменишься. И напрасно.

Ответственность лежит на стольких людях, что её как бы и не существует. Несчастный случай.

На фасаде Первой баптистской церкви Атланты было написано красной краской:
ДОРОГОЙ ИИСУС. СКОРО ВСТРЕТИМСЯ. ТВОЯ ПОДРУЖКА АМЕРИКА!
P.S. НАДЕЮСЬ, К КОНЦУ НЕДЕЛИ У ТЕБЯ ЕЩЁ ОСТАНУТСЯ СВОБОДНЫЕ МЕСТА.

Зловещие предчувствия из сна стали явью, и он не мог избавиться от мысли, что стучит в двери гробниц, стучит, чтобы разбудить мёртвых, и рано или поздно трупы начнут откликаться.

На мëд можно поймать больше мух, чем на уксус

Чуткий мальчик, - кивнул Соумс. - Это редкость. А ещё реже в наш век упадка встречаются молодые люди, готовые взять на себя ответственность.

Жизнь - это прекрасно, Ник, но я нахожу, что возраст взимает слишком большую дань с дорогих нам предрассудков.

С неохотой я согласился взяться за хирургию. Думаю, получилось неплохо для писателя, которого постоянно упрекают в словесном недержании.

Любовь не приживается там, где есть только страх, точно так же, как растения редко приживаются там, где всегда темно.

Пахло пылью, маслом и трубочным дымом, и Фрэнни казалось, что пора уже ввести такое правило: каждый отец обязан курить. Трубку, сигары, сигареты, марихуану, гашиш, сушеные листья салата-латука - что угодно. Потому что запах дыма являлся одной из составляющих частей её детства.

- Обязательно вернуться, - заверил он. Подошёл к ней и дёрнул за подол её платья, совсем как маленький мальчик. Она посмотрела вниз. Он приподнялся на цыпочках и поцеловал мать в щеку. - Я люблю тебя, мама.
На её лице отразилось удивление, вызванное не поцелуем, а то ли самими словами, то ли тоном, которым он их произнес.
- Я знаю, Ларри.

Мир напоминал огромную гробницу.

Вся жизнь - это риск.

Общество - краеугольный камень того, что мы называем цивилизацией, и это единственное противоядие от беззакония.