Древний Марс

Подобно огненному зверю, Глядишь на землю ты мою, Но я ни в чём тебе не верю И славословий не пою.

Н. Заболоцкий, «Противостояние Марса», 1956

Я застал (ну или в наших провинциальных местах этот этап малость растянулся) ту эпоху, когда научная фантастика была хотя бы малость научна и достаточно популярна в ширнармассах. В конце перестройки пенистый бумажный вал фантастики (зарубежной, популярной отечественной, да любой) затопил отечественный книгорынок (мне почему-то особенно памятен «Час Быка» издательства «Русский купец» с картинками, не имеющими к тексту никакого отношения, явно размещенными для привлечения), быстро показав реальный крайне низкий уровень массовой продукции, но само представление о фантастике как о высоком жанре еще какое-то время держалось. Волна схлынула, оказалось, что за железный занавес проникали в основном лучшие образцы, а остальное, запретное, непереведенное, чаще всего переводить и не стоило (за редким исключением).

Но в этот, краткий по историческим меркам, период до протрезвления издавалось и печаталось у нас много, как будто дельцы вознамерились издать на русском весь тот колоссальный объем американского и иного чтива, десятилетиями наращивавшего культурный (назовем это так) слой зарубежной фантастики. И вот мелкий я, влачащийся по тротуарам нашего районного центра, часто дошагивал до раскладушки, стоявшей у ДК. Джордж Мартин в обстоятельном предисловии к сборнику рассказов «Древний Марс» пишет, что познакомился с Барсумом Берроуза в крайне зрелом возрасте. Что ж, тут я его обскакал – невзрачные томики приключений Джона Картера я брал напрокат у пропитого владельца раскладушки с книгами, проглатывал и рекламировал друзьям, едва перешагнув десятилетний возраст. Хорошо, плохо ли, но вся эта беготня, многоручье, яйцекладущие принцессы и прочие прелести Барсума я впитал куда-то глубоко. Но и тогда, клянусь вам, я ощущал, что как-то все это не слишком серьезно, а к четвертому-пятому роману и совсем отстой пошел.

Но, если верить Мартину, для стран по обеим сторонам Атлантики все это было близко, мило и серьезно, и шок, который в ПНВС предсказывали Стругацкие, шок и недоумение, когда Марс оказался пустым, мертвым, без дев в бронелифчиках и шестилапых тварей, поверг многих любителей жанра в уныние, растянувшееся до наших дней. Но вот он, вот спаситель на белом коне и с почти белой бородой, принесший нам книгу с новыми приключениями в умирающем мире, наплевав на научные открытия. Факты мешают нашей картине мира? Тем хуже для фактов.

Тут особенно интересно то, что Марс изначально был тем самым Другим, играющим ключевую роль для Я в психоанализе. Туда переносилось то, что не должно было иметь места на Земле, или то, о чем на Земле говорить открыто не хотелось, а в другом мире – почему бы нет? Может быть то, что Другого стали искать и находить на самой Земле, даже важнее научных открытий, заткнувших рот фантастам? Но тут почва слишком зыбка для серьёзного анализа, так что вперед, к марсианским пескам в видениях современных англоязычных писателей.

Сборник состоит из откровенного мусора, среди которого есть пара проблесков мысли. Вот и гадай теперь – авторы мусора попали в сборник по протекции, за взятку или просто у составителей дурной вкус? Самое ужасное, чего таить, в чудовищной пошлости почти всего, представленного на этих страницах. Хорошо известно, что, если не лукавить, фантастика – это не жанр, а прием, применяемый автором для какой-то цели. Здесь же видно ту стадию разложения жанра, когда фантастика – самоцель, под которую загоняют все и вся. Большая часть историй могла произойти где угодно, марсиан можно заменить на племена из Азии, индейцев, других земных обитателей – и ничего в текстах не изменится, что чертовски точно говорит о том, что сами эти рассказы мертвы и пусты.

Ужасает и тяготеющая над большей частью сборника вторичность сюжетов, ходов, образов персонажей. Если ты берешь сюжет Великой гонки милосердия и переносишь его на Марс, то ничего путного из этого не выйдет. А знаете, что еще хуже – когда сюжеты и ходы берутся не из профанной литературы, а из других фантастических произведений. Да, именно так, трудно не видеть очевидного – сюжет о параллельном существовании землян и марсиан на Марсе, странной встрече двух миров был у Брэдбери, чувак с инопланетным существом, похожим на льва, крушил все подряд в «Львах Эльдорадо» , воздушные пираты были в «Звездной пыли».

А печальнее всего, даже хуже вторичности, штампы. И не просто штампы, а штампы без иронии, без попытки поиграть с канонами жанра, штампы, вываливаемые на читателя на голубом глазу, на таком удивительно серьезном уровне, что ты даже теряешься. Ладно, к боевым гомосексуалистам мы уже вроде бы привыкли, тут еще туда-сюда. Но самый отстой – рассказ писательницы об охотнице за головами, летящей по марсианской равнине за сбежавшей любовницей. Главная героиня выдает себя за мужчину, поэтому к ней подбивает клинья конкурент-гей, но остывает, узнав, что она женского полу. Вместе они кидаются дротиками в боевых магов и колдуний, и все это в приторно-мерзком сеттинге каких-то племен и дурных обычаев (все время кажется, что авторша не понимает значения терминов, которыми бросается в читателя). От этого несет такой затхлостью дамского романа вперемешку с ширпотребным фэнтези, что начинает болеть голова.

В этом плане приятнее было читать простую боевую фантастику, она хотя бы не притворялась ничем иным. Вот, например, «Мечи Зар-Ту-Кана», несмотря на вызывающее оскомину название, очень милы, ибо автор попробовал и даже заметно преуспел в создании своих марсиан – они другие, они обладают своей этикой, и раскрыть ее читателю автор смог, хорошо и весело, даже с легкой иронией. Такое, знаете ли, институализированное насилие, как в позднем Риме (об этом интересно пишет Крис Уикхем), когда крови много, но она по вполне считываемым для общества правилам льется.

Если средний уровень рассказов заметно ниже плинтуса, то хотя бы с порядком подачи составители угадали. Последним стоит рассказ Йена Макдональда, которого я ранее не читал, но о котором хотя бы слышал. Он, конечно, не спасает сборник, но дарит надежду, что мертвое не совсем мертво. Его рассказ об оперном певце, поддерживавшем солдат-землян на передовой войны с марсианами, изящен, остроумен и откровенно хорошо написан (и да, за это уже стоит благодарить, так низко пали стандарты – не вторичен, лишен штампов). Настолько хорошо, что и другие произведения автора захотелось узнать, вдруг это начало хорошей дружбы?

Знаете, Марс тоже является частью пресловутого русского мира, воображение писавших на русском языке он многократно волновал. Богданов с классической Красной звездой , Толстой с великолепной «Аэлитой», Мартынов со своими Звездоплавателями , Стругацкие с марсианскими пиявками . У нас прогресс тоже убил представления о другом мире, древнем и умершем. Но когда приносит тебя читательская судьба к рецензируемому сборнику, отвлекаешься от элегической грусти о вымершем жанре, что там, что здесь, и восклицаешь: «Умерла - так умерла!»

Если читатель моей рецензии читал самое известное произведение про марсиан, то он, безусловно, поймет, почему трава красная. Не вспомнили роман Уэллса? Не страшно, я уже Вам напомнил. Это важно потому, что я хочу поговорить о научной фантастике. XX век породил множество литературных жанров, научная фантастика – один из знаковых. В отличие от многих течений в литературе, научная фантастика зародилась, пережила расцвет и почти скончалась в течение чуть более ста лет. Фантастика осталась и поныне, но живет в других формах. Попытки писать твердую научную фантастику в настоящее время малоуспешны, авторы практически не могут привнести ничего нового, о чем бы еще не писали классики. По крайней мере, у меня складывается такое мнение.

Хотя основная часть моего подросткового периода пришлась на «нулевые» годы 21 века, я не зачитывался Гарри Поттером, а жил по литературным канонам века прошлого. Читал Вальтер Скотта, Дюма, Майн Рида. И, конечно, очень много научной фантастики. Днем я ходил в библиотеку, где выискивал сборники: в твердых обложках для самых известных авторов, и в хлипких для авторов поменьше рангом. А ночами перед сном я сочинял свою личную космическую империю с межзвездными флотами, пиратами, невероятными открытиями, неземными красотами, добром и злом, с обязательными приключениями и заправкой для космических кораблей на Марсе. Да, этой планете в своих грезах я отводил не самую важную роль, но это вовсе не означает пренебрежительного отношения. Марс был мне вполне родным благодаря и поэтике Брэдбери, и прыжкам в сторону Берроуза, и даже идеологии А. Толстого. С тех пор прошло много лет, я больше не сочиняю по ночам космических приключений, и даже на звездное небо смотрю редко, в небе мегаполиса даже Марс сложно разглядеть, только бессмысленный диск Луны кривится и усмехается. Тем не менее, за данный сборник современных научно-фантастических рассказов на марсианскую тематику я взялся не без охоты, и даже не остался сильно разочарованным, главным образом благодаря тому, что не имел завышенных ожиданий.

Книгу предваряет прочувственное предисловие Джорджа Мартина, в нем он утверждает, что главная ценность научной фантастики – она дает людям мечту. С ним сложно не согласиться. И хотя мы теперь знаем, что яблони на Марсе цвести вряд ли будут, современный читатель по-прежнему может очаровываться марсианскими пейзажами. Попытка современных писателей делать вид, что им неизвестны характеристики Марса (оборот вокруг Солнца за 687 земных суток, суточная амплитуда колебания температуры на поверхности 188 градусов Цельсия, жизнь по современным данным отсутствует) выражается, как правило, в прямом игнорировании этих реальных показателей. Фантасты утверждают: Марс иной, но похожий, на нем можно жить. И это вполне в традиции классической фантастики, ведь основной ее гуманистический посыл хорошо выражен в формуле «Человеку нужен человек», а значит и среда, где бы люди могли обитать. В представленных рассказах тема условия жизни затронута обязательно. Где-то Марс показан совсем обитаемым и с кислородной атмосферой (например, «Солнечный камень»), в других («Залежи») требуется носить костюм и кислородную маску. В любом случае, это не голая планета, в ней есть или были каналы, города, аборигены. Люди прибывают не на пустое место, а к другой цивилизации или ее руинам.

Кстати, про марсианские цивилизации. Это тоже принципиальный для классической фантастики момент. Имеются разные варианты представления насколько они могли бы быть похожи на нашу, а это напрямую вытекает из сходства марсиан и нас. Во-первых, можно представить, что марсиане и люди очень похожи, возможно, даже родственники, чуть-чуть разные, но больших отличий нет. В этом случае акцент на различия не делается вовсе, либо напротив поднимается тема «все гуманоиды – братья». В книге лучше всего это отражено в рассказе Аллена М. Стила «Марсианская кровь», где продвигается идея, что родственники – это не всегда хорошо. Во-вторых, можно представить, что есть большое сходство, но понять друг друга сложно, лишь некоторым личностям удается проникнуться другой цивилизацией, "огрокать" Иных. Рассказы «Гадкий утенок», «Залежи» как раз об этом, людях с особо чувствительной кожей, которые способны осознать живую поэтику древних марсианских городов, увидеть призраков как наяву. Третий вариант – люди и марсиане совсем разные, у нас разная логика и разное восприятие мира. Понять жителя красной планеты не проще чем летучую мышь Нагеля. Хотя порой объединяющие темы находятся. Таким символом, например, становится музыка из рассказа «Ария для Королевы Ночи».

Очень близкий, но немного другой аспект, это восприятие человеческой цивилизации через Марс. Это основная тема, например, для «Марсианских хроник» Брэдбери, а затрагивается в любом произведении про Марс, включая эту антологию. Я бы выделил два подхода. Можно воспринимать человечество в качестве созидающей силы, несущей развитие, пробуждающей древние пустыни, сажающей те самые яблони. Из представленных рассказов можно выделить «Мореход», где человек с Земли более гуманен, чем марсиане, и пытается эту гуманность привнести на Марс. Гораздо более часто встречающийся мотив – человечество в качестве разрушающей силы, люди ради выгоды или власти готовы на все. В рассказах «Гадкий утенок» и «Залежи» люди сносят марсианские города ради добычи полезных ископаемых, уничтожая тем самым хрупкий и красивый мир.

Научная фантастика помимо мечты несла еще идею прогресса. Космические полеты, открытия и даже завоевания в книгах возможны благодаря развитию науки. Вера в прогресс тесно связана с фантастикой, начиная с Жюля Верна. Увы, в наши дни этой веры стало сильно меньше. Если символом 60-х – 80-х годов был реалистичный космический корабль, то в наши дни символов не осталось, одни симулякры из виртуальной реальности. И хотя большинство рассказов сборника подражают классической фантастике, это все равно ощущается. Почти все произведения весьма пессимистичны в плане науки. Оставшиеся же вовсе избегают понятия прогресса. Эти рассказы сложно отнести к научной фантастике, например, в рассказе «Прочь из Скарлайта» показан фэнтезийный мир с магией и мечами. А в рассказе «Крушение "Марс Эдвенчер"» люди путешествуют на Марс с помощью парусного корабля, что было оправдано во времена Эриха Распе или Сирано де Бержерака, но не в 21 веке, какая уж тут связь с наукой!

Читатель рецензии может поинтересоваться, почему же трава была краснее. Почему я поставил серые шесть баллов книге, не имея особых к ней претензий. Ответ прост – скучно. Я не нашел ни одной новой идеи, а находить старые было занимательно лишь в меру. К тому же всем рассказам не хватает глубины: ни в научном плане, ни в проработке сюжетных деталей. Ни один рассказ не очаровал меня атмосферой (даже бескислородной), ни один не заставил поверить в красоту иного мира. И все же я рад, что на эту тему по-прежнему пишут, что есть еще люди, верящие в космическое будущее человечества. Тема одиночества людей во Вселенной до конца еще не исчерпана, а научная фантастика – лучший способ заглушить тоску по иным мирам и другим, но столь близким к нам существам. А заглушить скуку от прочтения не самого интересного сборника можно хорошей поэзией. Пусть это будет стихотворение Анны Надеждиной (какая фамилия!):

Здесь все генерируют одиночество, в таких количествах, что хватит на всю Вселенную Оно высокого качества, ручная работа, “Самое лучшее, вам оно очень к лицу”. Одиночество у каждого лежит на полках, пылится на антресолях Свежее скоропортящееся хранится в холодильниках, Залежавшимся оборачивают книги, Берут с собой, когда едут в другие города, Надеясь оставить в гостях – вдруг пригодится, но там своего навалом. Здесь одиночество дают в ресторанах на сдачу, Дети, оставаясь дома без родителей, бросают его с балконов, прохожие стряхивают его с плеча и возмущенно смотрят вверх. Старики добавляют его в чай, жалко, не выбросишь.

Здесь огромные ресурсы одиночества, Хватит на многие поколения, Поэтому мы ищем жизнь на других планетах.

Фантастика - это то, что люблю с детства, хотя мало читаю этот жанр. Я поклонник всех этих вселенных про звездные войны, стар трек и тому подобное. И вот как раз появилась возможность восполнить пробелы давно забытого любимого жанра, тем более, что Джорджа Мартина и его Игру пристолов я даже не смотрела (да-да, такие люди существуют, это не только шуточки из мэмов). Но тут меня подстерегала опасность - я не люблю рассказы. И этот нюанс испортил все ожидаемое удовольствие. Блестящее "золото" на деле оказалось медью( И понятно, что у рассказов разные авторы, но если на обложке имя Мартина, то можно было бы надеяться, что он хотя бы отвечает за их "интересность" что ли) но обо всем по порядку. Заявленная антология действительно оказалась сборников из рассказов, объединенных одной темой красной планеты. Небольшие истории о фантастических приключениях. Увлекательные, не спорю, но слишком маленькие, чтобы привязаться к героям и проникнуться содержанием. Из-за этого и не люблю рассказы. Из-за большого разнообразия героев, историй, представлений автора о марсианах, мажорно-минорных настроений самих рассказов где-то к середине уже начинаешь путаться в ощущениях и послевкусии, что на ум приходят слова из известного произведения одного классика "все смешалось в доме обломовых...". И наверное в этом есть смысл, показать разные фантазии, так сказать разные варианты "как могло бы быть", подстроиться под различные ожидания читателей. Но уж слишком этого много. Да еще и краткие сведения об авторах уже совсем сбивают с толку. Это особенность сборников, и это все на любителя. Также большое количество рассказов несут в себе разные подтексты и смыслы. Из-за этого ни одна мысль так и не укореняется в голове читателя, уж слишком много разносторонних посылов получается. И если это все подытожить, то в принципе ничего конкретного в голове не остается, несколько умных мыслей теряются в большом количестве информации. Но вывод один: надо идти почитать нормальной фантастики)