Цитаты из книги His Dark Materials

- Выбирать здесь мы можем с таким же успехом, как выбирать, родиться нам или не родиться.

Миры близки, как удары сердца, но мы не можем прикоснуться к этим другим мирам, не можем услышать и увидеть их, иначе как в Северном Сиянии.

- Ты не цыганка, Лира. Поупражнявшись, ты можешь сойти за цыганку, но цыганский у нас не только язык. В нас есть омуты и стремнины. Мы насквозь водяной народ, а ты нет, ты - человек огня. Больше всего ты любишь болотные огни, вот каково твоё место в цыганском мире; у тебя ведьмино масло в душе. Ты обманчива, девочка.

Она чувствовала себя так, словно ей дали ключ от огромного дома, про который она ведать не ведала, хотя он, как это ни поразительно, находился внутри ее самой; и когда она повернула ключ в замке, где-то в недрах темного дома стали открываться другие двери и загораться лампочки.

Как высоко и далеко — К нему взбиралась по сучкам — Висело счастье там… Эмили Дикинсон

— Такова уж стариковская доля, — сказал Библиотекарь, — тревожиться за молодых. А удел молодых — презирать стариковские тревоги.

Они посидели еще немного и распрощались; час был поздний, и оба были стары и встревожены.

Когда выбираешь один образ действий из многих возможных, те, от которых ты отказался, сдуло, словно огоньки свечей, словно они и не существовали. А цепляться за их существование — значит ничего не сделать.

12.12.2008, пятница

Такова уж стариковская доля — тревожиться за молодых. А удел молодых — презирать стариковские тревоги.

12.12.2008, пятница

С жестокостью надо бороться там, где на нее наткнешься, а помощь оказывать там, где в ней нуждаются.

Может быть, на самом деле существует один-единственный мир, которому как будто снятся остальные?

Полюбить было для меня все равно что отправиться в Китай: вы знаете, что такая страна существует, там очень интересно и некоторые там побывали, но вам туда попасть не суждено. Я собиралась прожить всю жизнь, так и не посетив Китая, но это меня не огорчало: ведь на свете столько других стран!

И тут кто-то передал мне блюдо с десертом, и я вдруг поняла, что уже побывала в Китае. Фигурально говоря. И забыла об этом. Все вернулось ко мне благодаря вкусу одного лакомства — кажется, это был марципан…

«И я подумала: если ты… может, хоть раз в год… если бы мы смогли приходить сюда одновременно, хотя бы на часок, тогда можно было бы думать, что мы опять рядом, — ведь так оно и будет, если ты сядешь сюда и я тоже, только в своем мире…»

Я не знала, умер ли Бог или его вовсе никогда не было.

И тихая – но тишина эта не была полной, поскольку мягкий ветерок шевелил бессчетные маленькие стебельки, и мириады насекомых и прочих крохотных тварей шуршали, жужжали и стрекотали в траве, и какая-то птица так высоко в небе, что ее нельзя было разглядеть, издавала звонкие мелодичные трели, звучащие то ближе, то дальше и всякий раз чуть-чуть по-другому.

Он предположил, что существует больше пространственных измерений, нежели три известных; что в очень малом масштабе имеется до семи или восьми других измерений, но их нельзя наблюдать непосредственно.

...мы должны строить небесную республику у себя на родине, ибо других мест для нас не существует.

...это вполне в духе здешней скучной братии – распространять свое праведное воздержание на ни в чем не повинных посетителей.

Это было как если бы он сказал: «Не надо, не убивайте меня, потому что я боюсь; убейте лучше мою мать – мне все равно, я не люблю ее», а она услышала бы эти слова, но притворилась, что не слышала, щадя его чувства, и сама, движимая любовью, предложила себя в жертву вместо него. Вот как ему было плохо – хуже и быть не может.

Царство небесное известно под этим именем с тех пор, как Властитель поставил себя над остальными ангелами. Мы не хотим иметь к этому никакого касательства. Здесь – другой мир. Мы намерены быть свободными гражданами небесной республики.

...гипотеза о множественности миров — помните, Эверетта, году этак в 1957-м или около того; полагаю, вы напали на след того, благодаря чему эта теория могла бы получить значительное развитие.