1926-1927 года, приезд на Чукотку первых учителей, ибо "новая жизнь" без грамотности быть не может. В чукотском селе Улак появляются 2 молодых парня - учитель Петя и милиционер Драбкин, который сам-то всего "три зимы ходил в школу". Очередная книга, в которой Юрий Рытхэу словами неграмотных оленеводов, в чьи стойбища учителя приехали забирать детей в интернат, дабы учить грамоте, словами врага советской власти, богача по местным меркам, Омрылькота предостерегает тех, кто умеет производить только "руководящую бумагу".
- Ежели мы отправим ребятишек в школу, кто будет нам помогать пасти оленей? В нашем деле каждая пара рук - это большая подмога. Наши дети привыкли к тундре, к движению, к свободе.
....
- Не это главное, - выступил в разговор другой оленевод. - Наши дети отвыкнут от тундры. Кто будет пасти стада?
Уговорили, убедили, что не отвыкнут, что все каникулы будут проводить в стойбищах с родителями, но...стоит вспомнить другую книгу Рытхэу - "Вэкэт и Агнес", - в которой автор рассказывает о более позднем периоде из жизни Чукотки, когда дети не хотят возвращаться в тундру, когда отец с горечью говорит своему сыну, фактически чужому человеку, выросшему без его участия в интернате "Я тебя не растил и не воспитывал", когда у родителей начали забирать детей не только школьного возраста, но и дошкольного - в детский сад. А началось всё с благих намерений, с обучения детей и взрослых читать и писать, составления первого чукотского букваря, с первого пособия на чукотском языке - переведенного письма Камчатского губревкома...
Русские в "Белые снега" ещё не те, что в "Нуниваке", надсмехающиеся над старинными традициями и обычаями, устраивающие показушность в виде сноса последней яранги перед видеокамерой, объявляющие охоту на морзверя опасной для жизни. Здесь Сорокин, Драбкин, Леночка живут практически той же жизнью, что и чукчи и эскимосы, в чём-то прислушиваются к ним, но уже строят "новую жизнь" вместе с Советами и товариществами, уже забирают собственность у богатых, делая её общей, уже становятся свидетелями самоубийства человека, который не смог пережить раскулачивание.
Омрылькот - богатейший житель Улака, предприимчивый пожилой человек, торгующий с американцами, имеющий свои вельботы, наличные деньги, оленьи стада в тундре, враг советской власти, хоть пока ещё и не названный так, говорит самый точные, практически пророческие слова, всё то, с чем Чукотка столкнётся не в столь отдалённом будущем:
Нынче моржа будут бить для товарищества. Потом соберут Совет. Совет товарищества и будет распределять добычу не по положению человека, не по его заслугам, а по его бедности. "Не понимают, безмозглые, что этим потворствуют лени. Приучают людей надеяться на подачки. Когда-нибудь они крепко поплатятся за это. Вырастет новое поколение лентяев, надеющихся только на чужой труд, умножатся люди, привычные к тому, что за них кто-то работает, кот тогда и придет настоящая беда. Тогда это их товарищество будет делить одну нерпу на все селение..."
Русские выдумали убогую власть бедных, власть тех, кто ленив и пренебрегает старинными обычаями.
- А чем плоха наша жизнь? Зачем улучшать её? - спросил Каляч.
- Тем плоха, что неравенство есть, - сказал своё слово Млеткын.
- А оно и будет. Люди с самого рождения разные...
- Однако равенство нравится тем, кто неудачлив в жизни, - проговорил Омрылькот. - Тот, кто сидит внизу, всегда с вожделением посматривает наверх. Обделенный судьбой и удачей винит тех, кто силой своей да умом стал заметным человеком.
Это слова пусть и необразованного человека, но лучше многих разбирающегося в жизни. В конце Омрылькот отправляется пешком на противоположный берег, на Аляску. Мне хочется верить, что он дошёл.
25 понравилось
