Браззавиль-Бич

О существовании романа британского писателя Уильяма Бойда "Браззавиль-бич"я узнал в какой-то книге Виктора Пелевина. Возможно, это "Generation "П", где писатель рассуждает о живущих в России обезьянах. Рекомендация Пелевина – достаточное основание для прочтения книги.

Детство Уильяма Бойда прошло в Африке– Гане и Нигерии, где его отец работал врачом. Последняя страна угадывается в неназванном африканском государстве, где происходит действие романа. Там идет гражданская война.

Повествование ведется  от лица главной героини романа – ученой, изучающей в африканском заповеднике жизнь шимпанзе. Внезапно шимпанзе начинают вести себя "неполиткорректно", вокруг чего и выстроена главная коллизия произведения.

Надо обмолвиться, что Бойд опубликовал свой роман в 1990 году, когда понятия современной политкорректности только зарождались. "Неполиткорректное" поведение у любимых "шимпи" вызывает шок и конфликт в местном небольшом научном коллективе, руководимом гуманистом-профессором.

В романе происходит любопытное смешение жизни приматов и жизни людей, не всегда ясно, кто есть кто. Вот, например, Джинга– это? Жена профессора? Негритянская служанка? Или альфа-самка шимпанзе, взбунтовавшая стаю (ученые дают обезьянам не только номера, но и клички)?

Жаркая Африка, полевая жизнь исследователей, обезьянье уханье в лесу, потные солдаты на блок-постах или же совокупления главной героини –животное начало в книге так и прет! Война идет среди обезьян, война идет в научном коллективе и война идет в Нигерии, где происходит конфликт вокруг Биафры (1967-1970 гг).

Кстати, в мировой литературе есть еще одно описание гражданского конфликта в Нигерии. Это книга Киприан Эквенси - Переживи мир . Я прочел роман давно, в годы СССР. Текст был опубликован толстым журналом "Иностранная литература", где в те годы печатали прогрессивных азиатов и африканцев.

Подшивка "Иностранной литературы"у нас дома была "сослана" в тумбочку под телевизором. А на тумбочке стоял цветной "Рекорд", по которому часто выступал с докладами товарищ Брежнев. Только сейчас подумал: у незабвенного Леонида Ильича были вполне обезьяньи надгубье и брови.

Но мы отвлеклись. Итак, в жизни главной героини есть двое мужчин – британский математик и египетский военный пилот. Но Бойд демонстрирует своеобразный фокус и британец оказывается слишком, до альтернативности, одаренным, а египтянин – героем войны с сильным привкусом мошенничества.

Таким образом, вместо полновесной руды отношений героиня (а с ней и доверчивый читатель) получает лишь обманку.

В завершение необходимо произнести какое-то моралите, сделать вывод. Например: "Люди – не будьте обезьянами!" Но морали не будет.

Изящный и мастерский текст.

Рекомендую читать.

Думаю, у каждого есть «свои» книги. Когда такая книга попадает тебе в руки, это ни с чем не спутаешь - можешь только удивляться и благодарить случай, который свёл тебя с этим автором и этим сюжетом и дал радость узнавания что-то сущностно необходимого тебе - о жизни, о людях, о мире, о самом себе, - о чём ты только смутно догадывался, а то и вовсе до этого не подозревал. Иногда даже не важно, о чём именно «твоя» книга – о работе этолога в обезьяньем заповеднике, о гражданской войне в Нигерии, о сумасшедшем математике, о сложностях межличностных отношений или о женских смысложизненных поисках. В таких случаях действительно важно только одно – ты вычитываешь в авторском замысле что-то такое, что, как кажется, предназначено именно тебе и именно сейчас. Не «тогда» и «для того», а именно для «здесь-и-теперь». И это что-то обнаруживается почти сразу, с первых страниц, и не даёт оторваться от чтения, каким бы образом сюжет не развивался дальше. Такие книги «точечного психологического прицела» удивительнейшим образом совпадают с твоим внутренним содержанием, чувствами и сомнениями на данном отрезке жизни. Остаётся только удивляться, какими необъяснимыми путями, часто почти случайно, они находят к тебе дорогу. К.Г. Юнг назвал бы это, наверное, синхронистичностью. И когда такое происходит, неизменно возникает вопрос: эта книга тебе попалась, потому что ты сам такой, или ты становишься таким, потому что читаешь именно это? С наслаждением погружаясь в пространство книги, ты ловишь себя на том, что у тебя есть схожие представления, ты думаешь в унисон с героями и автором, тебе знакомы описываемые ими чувства, и даже те сцены, которые у других авторов тебе показались бы неприятными и совершенно неконгруэнтными, здесь оказываются близкими и удивительно похожими на пережитое тобой. И тебя странным образом волнуют эти совпадения, заставляя «вгрызаться» в содержание книги, как зубы Адама в евино яблоко. Ты начинаешь «подстерегать» в тексте необходимые тебе слова и эмоции, и твоя чувственно-смысловая охота тебе удаётся неоднократно: стоит обнаружить нечто «своё», как от него немедленно выстраивается сразу несколько смысловых цепочек. И в итоге возникает удивительное чувство, как будто бы, читая, ты побывал внутри самого себя. «Браззавиль-Бич» стал для меня одной из таких «личностных» книг, как раньше «Нутро любого человека». Я получила истинное интеллектуальное удовольствие, и даже дополнила несколькими изысканными штрихами собственную идентичность. Но главное - я согласна с главной сократовской сентенцией этой книги: «Если не обдумывать жизнь, то и жить незачем». Я бы даже добавила к этому: если книга не отвечает на какие-то твои, пусть даже невысказанные, вопросы, то и читать её незачем.

Действия чередуются: одна глава в Конго настоящее время, другая в Англии несколько лет назад. Главная героиня Хоуп доктор биологических наук в английской части только защитила диссертацию, получила первую работу и вышла замуж. Постепенно мы узнаем, что в это время произошло что-то, что заставило её оставить Лондон и уехать в Конго работать в обезьяньем заповеднике.

В конголезской части мы почти все время находимся в заповеднике, где происходит что-то странное: шимпанзе разделились на несколько групп и ведут себя совершенно нетипичным образом. На фоне конфликта между приматами, разворачивается не менее интересный конфликт между учеными. Во время прибывания Хоуп в заповеднике в Конго идёт гражданская война. Бойд смог всего в нескольких главах показать всю её абсурдность, при этом не говоря о кровавой части, о которой все и так знают.

Несмотря на то, что в книге нет экшна, это пэйдж-тенер хочется скорее узнать, чем все закончилось.