Dagon

Умом вроде бы понимаешь, что это плохая литература — с какой стороны ни посмотри. Неровная, изобилующая повторами книга. С середины — где, по идее, все должно развернуться в полную силу, — грузно съезжающая из надежной колеи в никуда. Отдаленно напоминающая «Плетеного человека» (тут надо заметить, что фильм был снят позже, — книга вышла в 68-м, однако в шестидесятых сюжет о тайно процветающем американском паганизме носился в воздухе). Заимствующая теонимы у Лавкрафта, но только для видимости. До определенного момента — кажется, абсолютно прозрачная в своей предсказуемости.

Но с другой стороны — нечто совершенно невообразимое. Ни малейшей попытки сымитировать «космический ужас» со стороны писателя, который в данном случае сам играет роль ненадежного рассказчика. Пересказывал себе колониальные легенды, сыпал пнакотическими именами, — и скомкал всю картину, как будто весь этот позаимствованный антураж с кровожадными деревенщинами — только предлог для того, чтобы герой (кстати, священник) прошёл все ордалии. Он одновременно мученик неизвестной религии и вывернутый наизнанку типичный персонаж Лавкрафта. В самом деле, у последнего герои обычно приходят к простому и эффективному правилу — живи тихо да избывай лихо, тогда как Питер Лиланд... ах, да черт с ним, любой пересказ сделает эту дикую в лучшем смысле слова концовку плоской и безжизненной.

И вместо крепкой традиционной истории с закономерным финалом получилась история в высшей степени странная (что для меня ценнее), ад непротивления злу; как-то вышло, что автор прыгнул выше головы, поправ при этом ногами и мягкие обложки, и изображенных на них супергероев со слюнявыми драконами, причем оставаясь где-то за гранью понятий «писательского мастерства», фантазии, интуиции и прочего. Подозреваю, что я все-таки переоцениваю «Дагон», но: 1) для меня в принципе не характерны восторги в отношении всяческих спиноффов и литературных переосмыслений; 2) человек, который назвал повесть «лавкрафтианской историей, написанной Фолкнером», хватил посильнее моего.