Бабакин толкнул дверь. Дикие, неистовые звуки ошеломили Ваню. Нет, это даже нельзя было назвать музыкой. Какие-то картавые возгласы, завывания, визг, оглушительные удары барабана терзали слух. Веточкин не выдержал и заткнул уши.
– Входи же! Не бойся! – легонько подтолкнул его Бабакин.
На этом участке росли дубки. Ваня сразу узнал их по широким резным листьям.
Но какой жалкий вид! Полузасохшие листья съежились, свернулись в трубочку, словно пораженные болезнью. Деревца отклонились в сторону от музыкального аппарата, вытянув навстречу звукам черные жилистые сучья, будто обороняясь.
Бабакин повернул рукоятку музыкального инструмента, сила звука уменьшилась.
– И откуда вы только достали эту… дрянь? – возмутился Веточкин.
– Нашли. В музее на свалке старинных вещей мы отыскали патефонную пластинку двадцатого века. Конечно, и тогда была очень хорошая музыка. Но эта… Под такую музыку, говорят, веселились молодые люди.
– Отсталые молодые люди, – поправил Ваня. – Стиляги!
Ваша оценка