Кибериада

Режет ли вам, как мне, глаз присутствие в одном предложении слов "вельможа" и "матрица"? И это, я думаю, ещё переводчик этих вельмож из ясновельможных панов сократил))). Когда я собралась читать этот сборник глубоко мной почитаемого Лема, я была очень удивлена указанному жанру "юмористическая фантастика". Всегда мрачный, часто трагичный пан Станислав - и вдруг смешно? Ну, в общем-то иак и оказалось - не очень смешно, хотя автор выложился по полной на словотворчестве, тут у него и электрыцари есть, и бледнотики, и вообще всякой твари по паре - но в основном они даже не антропоморфные, более того - не белковые формы жизни. В этих рассказах Лем предстаёт, пожалуй, больше футурологом и сказочником, чем привычным автором НФ. Довольно сложный сам текст, а в то время, когда рассказы писались (60-70-ые годы ХХ-ого века), наверно, вообще были понятны не каждому читателю, к примеру, незнакомому с терминами кибернетики. Вот, скажем, из рассказа "Путешествие первое А, или Электрувер Трурля", где Трурль, поспорив со своим оппонентом, решает создать кибернетического поэта. Но ведь поэт должен знать ого-го сколько и быть залит чувствами по макушку. И вот процесс создания:

Взял и сконструировал машину, моделирующую хаос, где электрический дух витал над электрическими водами, потом прибавил параметр света, потом пратуманность и так постепенно приблизился к первому ледниковому периоду, что было возможно лишь постольку, поскольку машина в течение пятимиллиардной доли секунды моделировала сто септиллионов событий, происходивших в четырехстах октиллионах мест одновременно, – а тот, кто думает, будто где-то здесь Трурлем допущена ошибка, пусть сам попытается проверить расчет.

Люди же, изредка появляющиеся на страницах, с точки зрения не белковых обитателей далёких планет, совершенно непривлекательны...

– А верно ли, что щелка, расположенная в нижней части его лица, может издавать различные звуки? – Верно, Ваше Величество, как верно и то, что в ту же самую щель Гомос запихивает всякие вещи, а после, двигая нижнею частью головы, которая к верхней шарнирами крепится, размельчает эти предметы и втягивает их в свое нутро. – Странный обычай; впрочем, я о нем слышал, – молвил король. – Но скажите мне, мудрецы, для чего он так делает? – В этой материи, государь, четыре существуют теории, – отвечали гомологи. – Первая – что так избавляется Антропос от лишнего яда (ибо ядовит он неслыханно). Вторая – что причиной тому любовь к разрушению, которое ему милее всех прочих утех. Третья – что это он из-за жадности, ибо все поглотил бы, если бы мог. Четвертая…

Все эти космические оперы, убогие полетушки на ракетах со сверхсветовой скоростью — сущая макулатура. Способ убить время. В них нет ничего такого, что может облагородить душу, дать пищу для размышлений, развить интеллект. Это тот род литературы, который было принято печатать в дяситицентовых pulp-журналах, потому что подобная дрянь не достойна нормальной бумаги. Это книги, снабжаемые совершенно дурацкими обложками в кислотно-яркой цветовой гамме, на которых изображены бравые американские парни в скафандрах звёздно-полосатой расцветки и какие-то сгустки биомассы неопределённой формы, гордо называемые Внеземным Разумом. Но и для томиков с подобными произведениями можно найти применение: страницы прекрасно сворачиваются в кулёк для семечек, обложка послужит замечательной подставкой под горячее, а толстенькие издания так и просятся под расшатавшийся шкаф. Исключения, конечно, бывают, но редко.

Другое дело, когда автор использует фантастические декорации как способ передачи глубоких и сокровенных мыслей. Такой подход даёт ему неограниченный простор для творчества — позволяет создавать нереальные сюжеты и ставить своих героев в сложные морально-этические ситуации, не существующие в настоящем мире. Великолепный расклад для футуролога, прогнозирующего развитие человеческого общества, коим является польский фантаст Станислав Лем, не так ли?

«Кибериаду» часто ошибочно относят к жанру научной фантастики, хотя самому Лему очень претит подобное определение. Писатель, как тот сам многократно заявлял, просто не воспринимает НФ всерьёз.

Я бросил читать science fiction вообще, потому что уже не способен был ее «переваривать», главным образом, из-за полного отсутствия чего-то познавательного в ней. Авторы, очевидно, не заинтересованы в познавательности произведений, так как все, чего они хотят — это продать свои книги.

Скорее этот сборник рассказов выполнен в лучших традициях социально-философской фантастики с крупными вкраплениями остроумной сатиры. Сам автор вообще относит своё творение к философским притчам, и совершенно справедливо — забудьте о тех временах, когда вы читали sci-fi в развлекательных целях. Для работы подлинного мастера НФ старой закалки требуется глубокое, вдумчивое чтение. Возможно, где-то вам будет скучно, где-то повествование покажется слишком затянутым, но, пожалуйста, дотерпите до конца. Откровение, которое откроется в финале, с лихвой искупит все страдания, которые вы переживёте по ходу прочтения. С этой книгой трудно подружиться, но если у вас получится, она, быть может, станет одной из любимых.

Дальше...

Станислав Лем — один из тех немногочисленных писателей, которые не могут говорить умные вещи, сохраняя при этом серьёзную мину. «Кибериада» похожа на калейдоскоп, по стёклышку которого прошла трещина: герои творят совершенно невозможные для их амплуа вещи, вокруг всё взрывается, рушится и непонятным образом исчезает, а основная мысль рассказа постепенно складывается в огромный трёхмерный паззл, поражающий своим величием и красотой. И насколько абсурдной и сумбурной не казалась бы картина происходящего, внезапно всеобщее мракобесие перерастает в великолепное по своей логике рассуждение, зачастую очень даже с неожиданным выводом.

Проблематика, затрагиваемая автором, впечатляет: 1. Ответственность науки перед человечеством («Как уцелела Вселенная»); 2. Взаимоотношение человека и искусственного разума («Машина Трурля»); 3. Этические проблемы, связанные с клонированием («Крепкая взбучка»); 4. Невозможность «прогрессорства» — положительного влияния одной космической цивилизации на другую («Альтруизин»); 5. Парадокс, заключающийся в том, что технология, которая, казалось бы, должна перевернуть мир, изменить человеческое сознание, не делает ровным счётом ни-че-го, так как люди не способны поменяться и стать лучше и добрей («Электрувер Трурля»); 6. Масштабы происшествия, которое произойдёт, если опасный прибор попадёт в руки к безумцу («О шалостях короля Балериона»); 7. Стремление к абсолютному знанию («Путешествие шестое...»); 8. Ответственность творца перед творением («Путешествие Седьмое...»); 9. То, к чему может привести игра в Бога («Блаженный», «Повторение») 10. Интересный взгляд на два разных политических строя: социалистический и капиталистический («Воспитание Цифруши»).

И это только самые запомнившиеся мне мысли. Если разобрать все рассказы по косточкам, то этот список можно растянуть и на сто пунктов. Только очень образованный человек, такой как пан Лем, способен рассуждать на столь сложные темы. И в этом вся прелесть «Кибериады» — после прочтения действительно чувствуешь, как стал намного умнее.

Существует два уровня понимания книги. Некоторые рассказы можно читать даже детям, но там, где ребёнок увидит лишь весёлое приключение, взрослый найдёт мудрые размышления писателя о самых разных аспектах существования. Поэтому всячески советую возвращаться к «Кибериде» по прошествии некоторого времени, могут открыться новые грани, которых раньше не было видно.

Но не подумайте, что в книге напрочь отсутствует развлекательный элемент. Рассказы из цикла вписаны в забавный антураж вселенной, где место людей заняли роботы. Человек, а точнее чиавек, или бледнотик, встречается лишь только в старинных мифах и легендах. Главные герои - Трурль и Калапуций — два великих Конструктора, которые умеют создавать всё, о чём их только не попросят. Во время многочисленных путешествий по разным планетам они получали самые необыкновенные заказы: один монарх попросил придумать их идеальный мир (в итоге наши гении инженерной мысли создали универсум, в котором отсутствуют материя, пространство и время), космический отшельник — установить контакт с цивилизацией, достигшей Наивысшей Ступени Развития, а одному тирану, оставшемуся без подданных — модель государства, уменьшенного в сотни раз. Трурль и Калапуций, как бы это нелепо не звучало в адрес серьёзных научных мужей — весёлые ребята, настоящие раздолбаи, и наблюдать за их спорами и перепалками порой бывает очень смешно. За ситуациями, в которые попадали Всемогуторы, я следил с неостывающим интересом. Чего только стоит «Хронда» (часть рассказа «Повторение»), рассказывающая о странах, ведущих войну при помощи оружия, изменяющего время. Или «Путешествие пятое...», довольно-таки необычно обыгрывающее старую как мир историю об обмене телами. Лем в правильных пропорциях сочетает экшн и философскую подоплёку, хотя, справедливости ради, в некоторых местах повествование получается чересчур затянутым — слишком много бывает упаковано в один рассказ, разросшийся до 50 страниц.

Человек, впервые открывший «Кибериаду», может подумать, что он купил в магазине не сборник фантастических рассказов, а уральские сказы П. П. Бажова. Дело тут в том, что автор стилизовал свои произведения под фольклорные сказки, Сказки Роботов.

Не тот, Трурль, счастье творения добра познает, кто должен других неустанно по голове гладить, от восторга вопить да камни с дороги убирать, а тот лишь, кто может и печалиться, и рыдать, и камнем другому голову размозжить, но по доброй воле и сердечной охоте этого не делает!

Странный подход, вам не кажется? Но ощущение новизны не покидало меня до самого конца, и я рад, что не был вынужден в тысячный раз читать скупые на изобразительные средства строчки, которыми написана почти вся НФ.

Великолепно. Прекрасно. Чудесно. Превосходно. Виртуозно. (Помогите, у меня закончились эпитеты.) Однозначно 9/10.

Я всегда преклонялась перед остроумием и невероятной фантазией Лема, но здесь, в сборнике маленьких рассказов, концентрация находчивости превосходит все мыслимые границы.

Книжка собрана из небольших зарисовок жизни двух талантливейших ученых всея Вселенной Трурля и Клапауция (да, 5 раз перепроверила написание). Их имена уже наталкивают на юмористический тон и присутствие некоторой абсурдности происходящего, но погодите, мы еще не начали обсуждать сюжеты. А они-то здесь весьма увлекательны и поучительны. Завязка каждой истории строится примерно по одному направлению: ученых просят создать какую-то штуку, они ее делают по-своему, что приводит к коллапсу; либо ученые сами на свою голову придумывают абракадабру и потом разгребают последствия. Смешно, забавно, иронично, но это совсем не главное!

Достаточно прочитать первый же рассказ, чтобы убедиться в том, насколько более глубокий смысл заложен в каждой истории. В простой залихватской манере автор рассуждает о серьезнейших философских и этических проблемах развития общества. В первом рассказе, например, поднимается тема отношения машины к своему создателю (пытающейся отомстить за ненадлежащее отношение к себе). Далее автор лишь углубляется в раскрытие вопросов влияния искусственного разума, сингулярности и прочей разумной компьютерной массы на общество и Вселенную.

Особенно мне понравилась часть со сказками (чувствую и здесь влияние "1000 и 1 ночи"). Там Лем вообще ушел в философствование по поводу различий политический режимов, влияния способов власти на развитие цивилизаций, серьезных вопросов достижения высшей ступени эволюции, бесполезности и беспомощности нашего существования и прочего прочего... Но подано это все грандиозно-философское было так, что понятно станет даже пятикласснику (не приуменьшаю интеллект пятиклассников, я это к тому, что манера повествования очень проста и увлекательна).

Если говорить о юмористическом характере книги, то тут это совсем не главное (если вы идете за этим, проходите мимо). Книга своей абсурдностью и метаиронией во многом напомнила мне более известную "Автостопом по Галактике" (которая, кстати, тоже писалась совсем не с целью посмешить). Читать посоветую только если вы уже знакомы с Лемом (желательно), вам нравится сериальный формат подачи, и вы готовы по кусочку собирать анекдотичные притчи и удивляться невероятной глубине их содержания.