Цитаты из книги Windows on the World

Когда таскаешь за собой собственный апокалипсис, лучше быть в городе-катастрофе.

Наши дети – это сенбернары.

Когда же я успел превратиться в негодяя? Когда на Мэри у меня стало стоять хуже, чем на секретарш моей фирмы?

как будто пребывание в одной точке пространства может остановить ход времени.

Я уже не молодой, я именно стационарный.

Жизнь маленького ребенка полна страстей, как пьеса Шекспира.

Она сказала, что я ее любимый, я ответил: нет, я твой муж, так уж вышло.

Америку ненавидит немыслимое количество людей. В том числе и американцы.

Но ведь я же не питаю ненависти к остальному миру. Я считаю, что он грязный, старый и слишком сложный, вот и все. Честно говоря, мне на него абсолютно наплевать.

Единственное, что нам оставил Дядя Сэм, – это наш возраст.

Мы живем в странное время; война переместилась на новое пространство. Полем битвы стали средства массовой информации, и в этом новом конфликте трудно отделить Добро от Зла.

Ненавижу фильмы-катастрофы, всех этих приятных блондинов с квадратными подбородками, беременных женщин, у которых отходят воды, параноиков, впадающих в помешательство, трусов, превращающихся в храбрецов, священников, раздающих последнее причастие. Какой-нибудь кретин непременно

Конец света – это миг, когда сатира становится реальностью, когда метафоры реализуются буквально, а карикатуристы чувствуют себя сопляками.

потому-то самые образованные люди часто бывают из самоучек: они всю жизнь стремятся сдать не сданный когда-то экзамен).

Ребенок, который никогда не плачет, – это идеальный вариант, я не жалуюсь, и все-таки временами это несколько скучно.

Весь мир смотрел на Америку с завистью, потому что на будущее всегда смотрят с завистью.

Вот ведь проблема: умереть быстро или умереть медленно?

обаятельный, примерно как чахоточная гаргулья.

Как утомительно не быть влюбленным: все время надо кого-то соблазнять, а конкуренция жестокая.

— Задача книг – описать то, чего нельзя увидеть по телевизору…