Цитаты из книги Избранное

Совершенно лишенный честолюбия писатель и по-настоящему хорошие неопубликованные стихи – вот чего нам сейчас не хватает больше всего.

Все дурное начинается невинно.

Работа -- лучшее лекарство от всех бед, я верил в это тогда и сейчас.

«Живопись Сезанна учила меня тому, что одних настоящих простых фраз мало, чтобы придать рассказу ту объемность и глубину, какой я пытался достичь. Я учился у него очень многому, но не мог бы внятно объяснить, чему именно. Кроме того, это тайна.»

В некоторых порок виден, как порода в классном скакуне. В них есть достоинство твердого шанкра.

<...>man is not made for defeat. A man can be destroyed but not defeated.

“Я все думаю о Достоевском, — сказал я. — Как может человек писать так плохо, так невероятно плохо, и так сильно на тебя воздействовать?”

“В трех самых больших кафе сидели люди, которых я знал в лицо, и другие, с которыми я был знаком. Но вечером, когда зажигались огни, вокруг всегда было множество гораздо более симпатичных и совсем незнакомых мне людей, которые торопливо шли мимо в поисках места, где можно было бы выпить вдвоем, поужинать вдвоем, а потом любить друг друга. Люди в больших кафе, возможно, занимаются тем же, а возможно, они сидят и пьют, разговаривают и любят только для того, чтобы их видели другие.”

“у нас была весна и еще деньги.”

“смотреть на людей, когда они едят, невежливо”

“Работа-лучшее лекарство от всех бед”

«Представь себе: человек что ни день пытается убить луну! А луна от него убегает. Ну, а если человеку пришлось бы каждый день охотиться за солнцем? Нет, что ни говори, нам еще повезло! - подумал он». «Я многого не понимаю, - подумал он. – Но как хорошо, что нам не приходится убивать солнце, луну и звезды. Достаточно того, что мы вымогаем пищу у моря и убиваем своих братьев».

Это было скверное время, я был убежден, что никогда больше не смогу писать, и показал ему рассказ, как некий музейный экспонат: так можно равнодушно показывать компас с корабля, на котором ты когда-то плавал и который погиб каким-то непонятным образом, или подобрать собственную ногу в башмаке, ампутированную после катастрофы, и шутить по этому поводу.

"No one should be alone in their old age".

"...then, nothing is easy".

Платишь либо знанием, либо опытом, либо риском, либо деньгами.

— Но вы жили в среде людей преступных и извращенных. Я не стал оспаривать этого, хотя подумал, что жил я в настоящем мире, и были там разные люди, и я стараются понять их, хотя некоторые из них мне не нравились, а иных я ненавижу до сих пор.

Коли б хто почув, що я отак балакаю вголос, то подумав би, що мені одібрало розум, – мовив він. – Одначе я при своєму розумі, отож мені до того байдуже.

Ернест Хемінгуей «Старий і море»

Добре, що нам не доводиться полювати на зорі. А що, б коли людині доводилось щодня вбивати місяць. І місяць тікав би від неї. Або коли б вона мусила щодня гнатися а сонцем, щоб убити його. Все-таки добре, що нам не треба вбити сонце, місяць чи зорі. Досить і того, що ми живемо біля моря й убиваємо своїх щирих братів.

Ернест Хемінгуей «Старий і море»

Если ты солгал и изменил кому-то, то сделаешь это снова. Если с тобой мог кто-то так поступить однажды, то и другой так поступит.