Хранить вечно. Книга 1

Мы все вместе. Честные и подлые, храбрые и трусливые, добрые и жестокие… Мы все вместе, и от этого не уйти никуда и никогда. И славу не отделить от позора…

Читать о человеческой гнусности тяжело. Читать о гнусности, которая прикрывается благими намерениями и высокими словами, гуманизмом и заботой о человечестве тяжело вдвойне. Хотя в книге Копелева речь идёт не столько о гнусности отдельных людей - хотя и о ней тоже - сколько о мерзости государственной машины. О бездушном и безжалостном Молохе, перемалывающим всё подряд, в том числе и лучших детей своих. Говорят, на войне свои законы. И люди часто теряют человеческий облик. Вот только вопрос: почему одни теряют, а другие нет? Кому война, а кому мать родна. Война как любое "сильное" событие человека обнажает, проявляет, тут сложно спрятаться, тут приходится выкладываться "по полной". Главный герой - политработник. Занят он агитацией и пропагандой, переманиванием немцев на нашу сторону, воспитанием антифашистов. Работа эта тяжёлая и часто неблагодарная. Неблагодарная прежде всего потому, что свои же готовы расстрелять всех подчистую без суда и следствия. Готовы бессмысленно жечь и грабить, пить, терроризировать местное население. Кто-то придумал жёсткую формулу "война спишет". Копелев уверен, что не спишет ни война, ни любые другие "смягчающие факторы". Людям свойственно совершать ошибки, но доносительство, мелкая месть, сведение счётов - не ошибки. Это то, что когда-то называлось словом "подлость", за это на дуэль вызывали. Копелев показывает изнанку войны - и смешно и противно. Эта та правда, которая неудобна, которую знать не хочется. Но без неё получается та пафосность и плакатность, на которой выросло не одно поколение. То разделение мира на "хороших своих", даже если эти свои ведут себя, как отъявленные мерзавцы, и "плохих чужих", даже если эти чужие - достойнейшие люди. Эта книга пёстрая, как сама жизнь. В ней есть и серьёзные, рано повзрослевшие мальчики из того самого поколения лейтенантов,верность, благородство, чувство собственного достоинства, простые человеческие радости. Любой социальный психолог скажет - люди в массе своей не хороши и не плохи, а действуют по обстоятельствам. Война и диктатура - обстоятельства, хуже не придумаешь. И высвечивают они в людях далеко не самое лучшее. По-другому и быть не может.

Эта книга принадлежит к числу невозможных. Начав её читать, практически невозможно бросить чтение. Совершенно невозможно читать её с холодным умом и равнодушным сердцем. Совсем невозможно прочитать только книгу первую и на этом остановиться. Абсолютно невозможно не поверить автору книги. И потому столь же невозможно простить ту Систему, которая столь точно и выразительно описана автором книги. И уж никак невозможно остаться после чтения этой книги прежним, каким ты был ещё совсем недавно, буквально пару дней назад, когда ещё только открывал самую первую страницу этих невозможных и тем не менее совершенно реальных мемуаров.

А параллелей напрашивается довольно много и тем не менее совершенно отчётливых всего две. Конечно же первой такого рода параллелью являются "Колымские рассказы" Варлама Шаламова — столь же резкие, непримиримые и отчётливо недвусмысленные. И второй параллелью вдруг стала книга мне не очень-то понравившаяся — книга Владимира Буковского "И возвращается ветер...". Казалось бы эти три книги об одном и том же. Но вот почему-то с Шаламовым и Копелевым чувствуешь солидарность и общность, а с Буковским такого чувства нет.

Совершенно однозначно и без всяких сомнений выставляю пять звёзд и рекомендую книгу всем современным взрослым читателям.

Эта дилогия о Человеке. Как и многие другие, он попал под пресс сталинских репрессий ни за что. Просто его естественное для нормального человека поведение - останавливать насилие над детьми и женщинами, запрещать бессмысленные убийства, грабежи и поджоги - показалось начальству предательством, сочуствием к врагу и изменой Родине. А он всего лишь пытался остаться человеком, даже находясь в захваченной Германии, где советские войска стали хозяевами и творили, в прямом смысле, что им заблагорассудиться. Тяжело и неловко читать о том, как вели себя там советские солдаты-герои, в каких зверей они превратились. Однако автор не обвиняет их, он пытается лишь достучаться до их совести, не дать молодым мужчинам превратиться в чудовищ, ведь потом они вернуться домой, к своим женам и невестам, к своим детям... вернуться ТАКИМИ. И за это он попадает в лагеря. Начальникам был не угоден человек, "пропагандирующий против священной ненависти к врагу".

Читая, я видел перед собой тусклые блудливые глаза, слышал нарочито металлический голос: "Шпионка. Растрелять", видел окровавленные руки бледной женщины, чувствовал: задыхаюсь от ярости, отвращения, и только что не вслух приказывал себе - держись, держись, не зарывайся.

Он пытался протестовать против абсурдных обвинений, но никто не услышал. И его осудили, основываясь на показаниях жестоких, лживых и трусливых начальников-генералов.

Младший из солдат оттолкнул старуху с дороги и выстрелил в упор из карабина. Они завизжала слабо, по заячьи... Мальчишка солдат нагибается, ищет что-то, кажется, подбирает горжетку. Ору уже бессмысленно: - Ты что делаешь мерзавец? Оборачиваюсь к Беляеву. Что теперь? Ударить в оловянные глаза?...На Беляева впервые смотрю с отвращением и ужасом. Вот, значит, на что ты способен.

Нам мало приходилось читать про такую войну. Это слишком горькая и жестокая правда.