Цитаты из книги Тогда и теперь

Fortune favours him who knows how to take advantage of his opportunity.

When there is in prospect a good that is certain and an evil that is uncertain, it is wrong not to do the good for fear of the evil.

You can gain influence over men less by fostering their virtues or encouraging their vices than by humouring their foibles.

Women are subject to two defects, curiosity and vanity.

Excess of virtue can be as harmful to the state as excess of vice.

Happiness is the good at which all men aim and in order to attain it you need nothing but good birth, good friends, good luck, health, wealth, beauty, strength, fame, honour and virtue.

Men are always the same and have the same passions, so that when circumstances are similar the same causes must lead to the same effects.

Хорошо иметь друзей, и хорошо, когда они знают, что за любой недружеский поступок ты можешь отомстить.

Для влюбленного месяц - целая вечность.

- Шарф ей понравился, - доложил юноша. - Монна Катерина спросила, сколько он стоит. После моего ответа шарф понравился ей еще больше.

...мужья не любят признавать за собой недостаток, который они обычно приписывают своим женам.

Женщины любят поговорить, а шахматы требуют сосредоточенности.

...какая женщина пожертвует внешностью ради скромности?

Я, разумеется, осуждаю ваши намерения, но не могу не восхищаться остротой вашего ума.

Женщин отличают два недостатка: любопытство и тщеславие. Однако они куда чаще, чем страсть, сбивают этих милых существ с узкой тропы добродетели.

...когда женщина перестаёт быть желанной, рождается сводница.

Французы много обещают, когда им нужны деньги, но редко держат слово.

У вас очень веские аргументы, ваша светлость. Никто не смог бы представить их более убедительно. Такое сочетание тактической мудрости великого полководца с умением рассчитывать самые отдаленные последствия принятого решения и даром оратора выпадает на долю одного человека раз в тысячу лет.

Люди всегда смирятся с потерей политической свободы, если не будет затронута их личная свобода, - заметил герцог. - Они стерпят все, если никто не станет насиловать их женщин и грабить их дома.