ᅠᅠ❝ Скоро тех, чья жизнь улучшилась, будет не больше, чем тех, кто лишился жизни. А дальше?❞
ᅠᅠМеня в очередной раз заманили красивая обложка и многообещающая аннотация. Слог прост, сюжет незамысловат настолько, что я в какой-то момент успела разочароваться и заранее начать вредничать на автора за предсказуемость, а потом хоп! — название оправдало себя, ведь ко мне пришло понимание, что этот роман воистину играет с читателем в прятки! Как такое может быть?
ᅠᅠФранция, дни Великой революции, когда во всю правила одна королева — мадам Гильотина. Простой народ торжествует и ждет равенства, высший свет же испуган и ищет ту спасительную щель, в которую можно забиться до лучших времен.
ᅠᅠВыбирая фоном потоки крови и революционное безумие, Лора Джонс обращает внимание на самое неожиданное — на пережитки роскоши и отныне бесполезное искусство — одну из первых фабрик обоев. Здесь трудятся художники и простые рабочие, создавая то, что в обычной жизни мы перестали замечать. Писательница в общих чертах углубляется в процесс производства, но все же главное внимание уделяет личной истории трех героинь.
ᅠᅠЛара и Софи — сестры, вынужденные после смерти отца пойти обычными работницами на фабрику. Их глазами мы видим, как народное недовольство зарождается в самых низах и требует справедливости. Но выкрикивать лозунги «Свободу Франции!» становится сложнее, когда случается знакомство с сыном владельца предприятия, Жозефом Оберстом, а вспыхнувшие чувства выкладывают из трех сердец любовный безответный треугольник.
ᅠᅠОртанс — дочь придворного маркиза, существо весьма избалованное и с испорченной репутацией, из-за которой женихи ее круга обходят стороной. Заботами родителей ее срочно выдают замуж за Жозефа Оберста, и это супружество становится для обоих настоящей пыткой. Когда начинаются массовые аресты приближенных короля, Ортанс до конца не может поверить, что подчиненные ее мужа напишут донос и чем это обернется.
ᅠᅠА теперь — все не то, чем кажется! Любовная линия здесь рисуется широкими мазками, но она лишь подводит к главному — ответу на вопрос, что мы замещаем любовью, чтобы не ощущать пустоту? Здесь любовь — это ширма, за которой прячут тот самый шкаф с самыми страшными секретами. И если спрятаться туда самому, если закрыть глаза, проблема исчезнет..?
ᅠᅠИстории Лары, Софи и Ортанс показывают ситуацию с разных сторон и позиции разных чувств, но каждая из них при этом остается в одиночестве. Главная движущая сила здесь — страх. И чтобы справиться с ним, каждая из девушек изобретает свой способ спрятаться.
ᅠᅠЧто ж, учитывая, что это первая работа Лоры Джонс, не стану судить ее за местами наивность, мне достаточно итогового вывода по поведению Жозефа, которому писательница отчасти дала реалистичное оправдание и последствие, а не окончательно романтизировала до позиции принца из сказки.
❝ Мне известно о мужчинах, которые рисуют женщин или ваяют их в обнаженном виде из мрамора, но я никогда не слыхала, чтобы кто-нибудь изображал женщину на обоях. И не могу понять, что это: романтика или одержимость.❞
ᅠᅠВ послесловии автор ссылается на свой интерес к женской роли в достаточно мужском занятии — революционной деятельности. В общем и целом ей это удалось, хотя сам роман трудно назвать серьезной исторической работой, скорее по ее мотивам с уклоном в любовную прозу.
ᅠᅠОдним из примечательных моментов являет тот факт, что название каждой главы созвучно с названием образцов обоев, производимых на французской фабрике Оберкампфа (предприятие которого взято за основу для фабрики Оберстов) в те же годы, что и описываемые события.
ᅠᅠДругой кажется мне забавным с позиции перевода и издательства: Лора Джонс — английская писательница, очевидно, пишущая свой роман на английском языке; место действия — Франция, что в тексте подчеркивается использованием прямой речи на французском. При этом ее так много, так часто она дается сносками, что, кажется, по этому произведению можно выучить французский язык!
ᅠᅠПомню «Войну и мир» Толстого, где вкрапления иностранной речи были маркером дворянского сословия, и пытаюсь не придираться, но здесь смешение французской транскрипции с переводной в повседневной речи французов кажется странным и неуместным (буквально простые крестьяне на фабрике могут половину фразы сказать на языке читателя, а вторую часть на пафосном французском со сноской — какой в этом смысл? почему французы говорят на французском только часть своей речи, а вторая тогда на каком языке в понимании автора?). Но это соринка, попавшая только в мой глаз, на сюжет это никак не влияет!
ᅠᅠ
ᅠᅠ
● ● ● больше отзывов в моем тг-канале или вк-сообществе "у книг есть дом"
38 понравилось
