Отзывы о книге Tagebuch eines Überflüssigen

Говоря о себе "лишний человек", главный герой Чулкатурин явно себе льстит - никакой он не лишний, он просто невезучий, да еще вдобавок очень скромный и нерешительный. Из-за этой его нерешительности у него 2 раза увели из-под носа девушку. А что стоило ему признаться или хотя бы намекнуть Лизе о своих чувствах, там, в роще, еще до приезда князя Н.?...Что точно было лишним и ненужным, так это дуэль - глупая, бессмысленная, в результате которой Чулкатурин выставил себя дураком, а Лиза еще сильнее влюбилась в князя...

Хочется, конечно, посочувствовать главному герою (ему и так много досталось), но на бале автор нам полностью раскрывает глаза на этого "лишнего человека": оказывается, в глубине души он высокомерен, тщеславен, завистлив...Хотя при все прочем вроде бы недурной человек...

Смутила легкая недосказанность в сюжете, хотелось бы побольше узнать о романе Лизы с князем Н. Очень краткое произведение, но написанное таким восхитительным языком!

И, несомненно, понравилось (и запомнилось) противопоставление времени года (мы узнаем об этом по дневнику главного героя) - весна, расцвет, и состояния Чулкатурина - он медленно угасает...

Грустный финал, грустная повесть, очень жаль Лизу, которой пришлось в итоге всех злоключений выйти замуж за нелюбимого человека...И жаль эту несостоявшуюся любовь - она могла быть все-таки (несмотря ни на что) очень красивой...

Это могло быть любовью Не много, не мало Это могло быть любовью Но так и не стало Это могло быть любовью Неземной, небывалой Это могло быть любовью Но так и не стало...А. Гоман, М. Девятова.

5 баллов из пяти.

Тургенев не входит в число моих самых любимых писателей, но он, безусловно, заслуженно считается классиком. Думаю, никто не будет спорить, что не каждый классик таковым считается действительно заслуженно:)). Среди произведений Тургенева есть и крупные вещи, но мне всегда больше нравилась его малая проза, с трогательными ночными кострами, бесконечными просторами и милыми животными. Данная повесть тоже маленькая по объёму, и я даже склонна думать, что это могла быть заготовка для большого романа, потому что довольно странно, как мне показалось, что умирающий человек решает вести дневник, а описывает в нём только некоторые происшествия из детства и первую юношескую любовь. С другой стороны, герой же не зря называет себя лишним человеком (хотя я бы скорее назвала подобных людей не лишними, а серыми или просто никакими), и, возможно, в его не слишком долгой жизни и не было ничего более значительного. При небольшом объёме "Дневника" всё-таки успеваешь проникнуться и сочувствием к больному, и жалостью к неудачливой Лизе, и в рядовой раз полюбоваться мастерством Тургенева-пейзажиста...

Ещё одна небольшая повесть от классика русской литературы. Примерно на ту же тему, что и предыдущая («Бретёр»). Однако на сей раз мы читаем как бы дневник человека, который считает себя в этой жизни лишним и в доказательство этого приводит несколько вполне конкретных случаев из своей жизни. Хотя на самом деле случай-то один, ибо о своём безрадостном детстве наш герой и вспоминать толком не желает. И опять не без СПОЙЛЕРа!

Дальше...

Ну, а тот самый генеральный случай связан, как это чаще всего и бывает, с молоденькой семнадцатилетней девушкой, в которую влюбился Челкатурин (дал же бог человеку фамилию!) и на ответные чувства которой рассчитывал. Однако приезд в уездный город столичного князя быстро разрушил все вожделения, ибо именно князь стал объектом внимания Лизы. Наш герой стал всячески да ещё и прилюдно показывать князю своё неудовольствие и в конечном счёте дело дошло до дуэли. Однако и поединок ничего не изменил во взаимоотношениях и взаиморасположениях троицы, а когда князь, закончив все дела, уезжает, оставив Лизу на бобах, то и тогда молодая девушка находит сочувствие и расположение у совсем другого малозаметного персонажа, некоего Безменкова. В результате вся эта история для Челкатурина закончилась горьким разочарованием.

И вот тут, в этой повести, молодую девушку упрекнуть можно только в том, что она поддалась на блеск столичной штучки и не разглядела сразу его игры. В отношении же Челкатурина никаких обещаний и вообще надежд она не давала, и потому всё что он себе навоображал и напредставлял, было только лишь его собственным детищем. Реалистом нужно быть, батенька, да к тому же жизнерадостным человеком, а не простоквашей, тогда и с девушками всё будет гладко, и жизнь заладится.

Впрочем, там ещё чахотка вмешалась, но это уже совсем другая история...

Как некоторые писатели всю жизнь пишут одну книгу, так Тургенев неустанно исследует тему «сильная женщина, слабый мужчина», и в разных романах и повестях предлагает разные ее вариации. Раскладывает пасьянс из возможных комбинаций.

«Дневник лишнего человека» — повесть на удивление достоевская! Все внутренние монологи ГГ — прямо «Подросток» или «Записки из подполья»!

Закомплексованный и самолюбивый молодой человек, влюбившись в девушку, от начала до конца ее выдумал: какой она должна быть, как именно отвечать на его чувства, как следует разворачиваться событиям, и что вот сейчас он ее спасет, а она за это будет ему благодарна…

А до нее настоящей ему совершенно нет дела! Что бы ни происходило, какие бы ни разыгрывались драмы, он не пытается увидеть живого человека, ему достаточно собственных фантазий. Не потому он слаб, что труслив или безволен — дуэль он выдержал, а потому что так и не начинает жить реальной жизнью, ему комфортнее в мечтах.

И этот психологический рисунок делается с такой точностью, с такой детализацией, что невольно думается: это не фантазия, а результат беспощадной наблюдательности, это свою душу писатель анатомировал. Он уже в 30 лет всё понял о себе, и будущее своему Чулкатурину подобрал реалистичное — одиночество и смерть в одиночестве.

Конечно, Чулкатурин — это не Тургенев. Тургенев наградил его своим характером, лишив своего таланта.

Что же касается Лизы, в которую ГГ влюблен, то она ясно видит, что столичный хлыщ на ней не женится, и не обманывает себя, не питает иллюзий, а сознательно решает пробыть с любимым человеком — раз уж она его полюбила — столько времени, сколько позволит судьба, а всё дальнейшее принять как неизбежное.

Это не только исключительно сильный характер, это очень необычный женский тип, если учесть воспитание провинциальной барышни и все стереотипы того времени. Вот отсюда бы да подробнее — но Тургеневу интереснее никчемность «лишнего человека».

Повесть представляет собой предсмертные воспоминания г-на Чулкатурина, еще довольно молодого тридцатилетнего человека. На последнем жизненном этапе рядом с умирающим никого нет, ни родителей, ни жены, ни детей, ни друзей, только старушка Терентьевна, служившая в доме и пес Трезор. Рассказ-исповедь по сути состоит из одного единственного случая, который перевернул жизнь героя и кардинально повлиял на нее.

Волею обстоятельств Чулкатурин попадает в уездный город О, где и знакомится с Елизаветой Кирилловной, дочерью одного из чиновников. Любовь с первого взгляда. Частые встречи, прогулки и уже забрезжила надежда на взаимность, но приезд столичного офицера князя Н рушит все планы. Сердце миловидной, провинциальной барышни дрогнуло. Да и что такое наш рассказчик, робкий, неприметный студент рядом с бравым петербургским офицером, князем Н*. Легко можно догадаться, что по классике жанра красавец офицер, щеголь и франт увлекся Лизой исключительно, как очередной интрижкой. Что ему провинциальная девица, если он привык кружить головы столичным барышням. Лизонька же полюбила его всем существом своей души. Князь умен, не дурен собой, любезен в общении, прекрасно танцует и великолепный рассказчик. Как тут не поддаться соблазну неискушенной особе?

Скорбное начало повести, душевные терзания, трагическая развязка, но рассказчику не откажешь в самоиронии, которая звучит в дневниковых записях. Маленький, незаметный человек с ущемленным самолюбием. Легче самому посмеяться над собой, гораздо больнее, если это сделает другой, в конкретном случае любимая девушка или же соперник. Хотелось назвать Чулкатурина "слабым", но не получается, в дуэльном поединке он вел себя довольно бесстрашно. Мнительный и подозрительный, робкий и застенчивый, рефлексирующий персонаж , философ, а не деятель, сам себя герой причисляет к разряду лишнего человека. Человека, которого могло бы и не быть и никто этого не заметил, как никто и не заметит его уход.

После написания этой повести в русскую литературу вошло новое понятие "лишний человек".

Что-то с похожим сюжетом читал. Но что?

Постойте-постойте...

Ах да! Конечно! "Обыкновенная история". Наивный юноша Саша Адуев влюбился в эту... как ее?... А потом появился третий-лишний, и все испортил.

Ну-ну, и тут то же самое! Вместо того, чтобы взбодриться, встряхнуться, достойно принять соперничество и повоевать за свою даму, герой сник, стал делать глупости, дурить... и вот, пожалуйста, по собственной воле стал лишним человеком. И без того был никому не нужным этот господин Штукатурин... (простите, что? Чулкатурин? pardon), а тут и вовсе себя на посмешище выставил. Э-э-эх... На дуэль соперника вызвал! Святая наивность! Всё, всё как у Саши Адуева с графом и этой... как её? Юленькой, что-ли?

Хотя, сколько глупостей не наделаешь в таком положении! Вот, как помню, на заре юности пытался я обратить на себя внимание девушек. Столько глупостей наделал! Что-ж, мне тоже себя "лишним" считать? Вы мне возразите - мол, не перевирай значение слова, автор не то имел в виду! Да знаю я все это, знаю. Просто жалко мне этого... Чулкатурина. Как тут "уделать" такого искушенного соперника, когда и сам за даму не боролся никогда, и женщин толком не знает? Ведь эта глупая дуэль все же имеет некоторое оправдание. Ну вот как бы вам это объяснить? В наши времена когда за девушку борются, что часто делают с соперником? Правильно, бьют морду. И нередко тот, кто в результате "поединка" остался стоять на ногах и сохранил во рту больше зубов, тот и уходит с этой дамой в обнимку. А в те времена народ более возвышенный был, морд, я извиняюсь, не бил-с. Это и оказалось не на руку Штукату... простите, Чулкатурину. В кулачном бою еще неизвестно, кто бы кого замесил. А в дуэли граф победил гораздо эффектнее, чем если бы прихлопнул врага. Проявить благородство и великодушие - это верный шанс влюбить в себя женщину! Да, это вам не мордобой, там великодушие проявлять некогда, там только успевай уворачиваться. Или поддавать.

Знал бы Тургенев, что это его словосочетание станет термином, обозначающим целый общественный пласт. "Лишний человек"... да, звучит! Что-ж, как не приходится все-таки признать, что судьба первого "официально" названного так человека была к нему милостива. Он умер очень своевременно.

Ну, что ж! коли умирать, так умирать весной

«Лишний, лишний… Отличное это придумал я слово»

Ну, скажите теперь, не лишний ли я человек? Не разыграл ли я во всей этой истории роль лишнего человека? Роль князя… о ней нечего и говорить; роль Бизьмёнкова также понятна… Но я? я-то к чему тут примешался?.. что за глупое пятое колесо в телеге!..

Из всех тургеневских барышень мне запомнилась и близка была, пожалуй, одна Марианна в «Нови», да и то главным образом потому, что симпатизировала народничеству. Вообще – что барышни? То ли дело – тургеневские юноши! Куда большие, по-моему, индивидуальности; причем, как главные, так и многие второстепенные персонажи.

«Дневник лишнего человека» прочла впервые, до того были все другие какие-то повести. Ожидала я чего-то навроде писем Макара Девушкина из «Бедных людей» Достоевского, только в дневниковой форме; ожидала регулярных записей «по горячим следам», но герой, начав соответственно, скатился в ретроспективу – к истории безответной своей любви.

А впрочем, не все ли равно, при столь гармоничном – никакое другое слово не просится на язык – слоге Ивана Сергеевича?.. При удивительном тургеневском психологизме, когда, прочитывая о чувствах персонажей, их реакциях внутренних и внешних даже, выводишь: да, да, так, все верно, как иначе, как еще могло б это ощущаться и быть?..

Чулкатурин («меня судьба одолжила таким прозванием») не был первым в ряду лишних людей, но он первым так себя обозначил; литературный родитель его впервые дал развернутую психологическую характеристику применительно к определившемуся типу человека. В характеристике этой многие, вероятно, узнают себя.

Другое дело, будет ли узнавание это соответствовать временному или постоянному состоянию души. Временному – неплохо, что пройдет, то будет мило; постоянному – жаль, правда. Чулкатурин был большей частью понятен, не раздражал, хоть и выражался порой патетически, выспренно; но шутка ль – известная скорая смерть, пускай и закономерная:

…я внимательно глядел на неподвижное лицо отца, словно ждал от него чего-то; <…> Ни одной мысли у меня не было в голове; я весь отяжелел, но чувствовал, что со мною совершается что-то страшное… Смерть мне тогда заглянула в лицо и заметила меня…

А я... про меня ничего другого и сказать нельзя: лишний - да и только. Сверхштатный человек - вот и все.

"Тоска", "боль" и "безысходность" - именно эти слова как нельзя лучше отражают настроение данной повести. В ней малейшие, едва пробивающиеся лучики надежды вдруг внезапно закрываются свинцовыми тучами, оставляющими в душе лишь холод и пустоту.

Главный герой Чулкатурин - тридцатилетний молодой человек, за жизнью которого и наблюдает читатель, листая его предсмертный дневник. Думаю, что в контексте произведения будет даже уместнее слово "исповедь". Эта форма предельно искренняя, лишенная самолюбования и приукрашивания описываемых событий, поскольку уже никоим образом не может повлиять на будущее главного героя. Перед читателем предстает не просто литературный типаж, а живой человек с его болью, иронией и отчаянием.

Если назвать человека, позитивно смотрящего на жизнь, факелом, освещающим путь, или костром, который к тому же еще и согревает, то Чулкатурин предстанет просто точкой. Точнее нет, не просто точкой - именно черной точкой, маячащей где-то в стороне и не привносящей ровным счетом ничего. Эта точка может лишь различаться в размерах по мере ее приближения и удаления - и это, пожалуй, единственная динамика, которая ей свойственна. Чулкатурин не находит своего места в иерархии, его существование никчемно для пользы общества. Его рефлексия и анализ парализуют волю: он способен только наблюдать и терзаться, но не действовать. Он ощущает себя посторонним на чужом празднике жизни и ненужным элементом мироздания.

Мне очень хотелось понять героя, найти то, за что его можно уважать, хотя бы крупицу того, чем можно восхититься, но я не смогла этого сделать. Есть только жалость к нему - и ничего, кроме нее. Я не увидела в Чулкатурине внутреннего стержня, ему не присуща любовь к жизни, желание меняться и менять мир вокруг себя.

Никто, кроме него самого не виноват в том, что он стал именно таким - здесь речь не о физическом состоянии. На протяжении всего повествования Чулкатурин только и делает, что жалеет себя и повторяет слово "лишний". Он сам определил себе такую участь и сам с ней смирился. Неудачи бывают у всех, но обстоятельства - это внешняя сторона жизни, а вот отношения к ним - это уже его выбор.

Другое дело, если бы общество его считало лишним за собственные убеждения и любовь к справедливости. Но тогда в моих глазах он бы выглядел личностью да и история была бы совсем другой. В данном же произведении читателю представляется не трагедия выдающейся личности в тесном мире, а трагедия обычного человека с чуткой душой и умом и гипертрофированной способностью к самокопанию и самоуничтожению.

Очень понравился стиль повествования и то, насколько четко Тургенев передал контраст между живописными пейзажными зарисовками и мрачным мироощущением Чулкатурина. Природа, полная легкости, гармонии, радости, цветения, словно взывает к возрождению, заставляет отбросить тяготы и просто насладиться моментом. Но весь этот фон снова и снова омрачается отчаянием главного героя, подчеркивая его разлад не только с обществом, но и с самой природой и ее жизненной силой.

Как знать, возможно, другой взгляд и смог бы изменить его участь, но даже если это и не так, то воспоминания о жизни могли бы быть окрашены в другие тона. Он хотя бы с уверенностью смог бы воскликнуть: "Да, я жил, и это было прекрасно!" А так: жизнь прошла и вспомнить-то особо нечего...

Удивительно, но в наше время повесть по-прежнему не утрачивает актуальности. Подобные вопросы о своем месте в мире, смысле жизни и предназначении все также мучают мыслящих людей. Кроме того, сейчас она может восприниматься как некий прообраз современных блогов, в которых авторы публично могут поделиться своими мыслями и излить душу.

Дневник лишнего человека - это очень пронзительная, честная и грустная история о том, как можно прожить свою жизнь, так и не сумев в нее вписаться. Она звучит как предостережение от излишнего самокопания и как призыв не окрашивать свою жизнь только в чёрные тона.