Чудо, тайна и авторитет

Автор взяла «Рождественскую песнь» и встроила туда свой сюжет.

В оригинальной истории призраки проучили скрягу. В этой же - призраки пытались открыть глаза незадачливому детективу-журналисту. И вроде чувствуется, что идея- классная, но реализация мне не нравится по многим причинам.

Во - первых, очень мрачная атмосфера. Мы привыкли к тому, что все рождественские истории наполнены теплом, уютом, ожиданием праздника, чудесными подарками и сбывшимися желаниями. Каждый раз, беря в руки книгу с подобной тематикой, мы желаем погрузиться в светлые чувства.

К истории совсем не хочется возвращаться. Потому что с каждой новой страницей ощущение, что погружаешься все глубже в толщу ледяной тёмной воды.Хочется найти очаг и погреться у него.

Не исключаю того момента, что это может быть вкусовщиной. Кто-то специально ждёт новогодние праздники, чтобы взять страшные истории, и чем больше там будет ужасов, тем лучше. Но я, к сожалению, не отношусь к их числу.

Во - вторых, постоянные отсылки к классике. Ещё в"Некромантке" мне резануло слух предложение про «Братьев Карамазовых».Хотя в оригинальном комиксе даже намека на это нет. Наверное, у каждого автора своя фишка в написании произведений. Кто – то вписывает настоящие клички своих домашних питомцев, а вот Екатерина при любом удобном случае с удовольствием поцитирует Достоевского или Толстого) Зачем только? Не понятно) Но пусть будет.

В - третьих, довольно странно ощущалось время и место действия происходящих событий. По ощущениям, как будто это Англия, но то и дело по тексту проскальзывают вполне Российские имена, места, предметы. Наверное,сказывается тот факт, что в основе лежит "Рождественская песнь"Диккенса, но ретеллинг в российской действительности. Да, литературные эксперименты никто не отменял. И если мы перестанем их проводить, то вряд ли в литературе сможет появиться какое – то новое популярное течение. Но мне кажется, если собираешься писать ретеллинг, то лучше полностью сохранить атмосферу той страны, в которой это происходило. А то этот многослойный пирог с разрозненной начинкой не всем придется по зубам)

В - четверых, послевкусие странное. Не уверена, что хотела бы посоветовать хоть кому - нибудь книгу на чтение. Предполагаю, что не только у меня такие чувства, а потому оценки стремительно ползут вниз.

У Екатерины Звонцовой мне очень нравится нон - фик по написанию книг. Это действительно полезное и рабочее руководство к действию. Хотя, вот ведь ирония судьбы, художественные книги, вышедшие из - под её пера, пока не пленили моё сердечко. Но надежду не оставляю)

— Кто бы вы ни были, — пролепетал K., — я рад, что вы пришли. — Не зная зачем, он опять протянул руку, в этот раз навстречу. — Вы поможете в моей беде… правда?

Как написано

Слог просто изумительный. Волшебный, сказочный, он очень подходил Рождественской ночи. Интересно здесь обозначены герои, порой лишь заглавными буквами.

Как рассказано

Книга была переполнена отсылками как на сами литературные произведения, так и на их героев.

Про призраков, что приходили к герою, я читала по-настоящему заворожено. Понимаю, что завязка связана с Диккенсовским первоисточником, но я не читала и не смотрела, поэтому для меня всё было впервые. Их характеры, их действия и их речи — всё это отдавалось внутри меня.

Я ощущала себя в настоящей зимней сказке и поначалу лишь немного жестокой, но чем дальше, тем ужаснее она становилась, и в какой-то момент стало почти что невыносимо, но лишь почти. Потому что было здесь место светлому: добру, любви, состраданию, и я знала, что зло будет наказано, а добро обязательно восторжествует.

Злодей здесь отвратительный. Но с ним всё понятно, он гадкий, мерзкий и жалкий. Заслуживает, чтобы его раздавили, но не убили, а унизили и бросили в самое дальнее и захудалое заточение, которое его по-настоящему достойно. А вот кто оказывается с ним, так сказать, в упряжке, вызывал у меня самое настоящее веселье. Покрывает, скрывает, но думает, что лучше этого презренного. Ну не глупость ли? Да, жизнь многого не дала, но чего дала, того в избытке, но нет: «мне, мне, всё мне…»

Как показано

Всю история книга распутывала детективную линию. С помощью мистических сил выдавала всё новые и новые кусочки мозаики, пока, наконец, не сложилась ужасающая картина.

Очень мне нравилась, как здесь подавались морали. Удавалось им прозвучать так, что они не ощущались напыщенно или высокомерно, а именно так, как должны… правильно.

Подводя итоги, не праздничная и праздничная история одновременно, четыре с половиной из пяти.

Представьте себе синтез творчества Диккенса и Достоевского... а теперь позвольте себе с головой окунуться в «Чудо, тайну и авторитет», чтобы почувствовать все грани.

Здесь, в светлой зале, в благодушной толпе эстетов, обмануться было проще простого. Пусть же совесть хоть немного помолчит.

Роман получился сильным, пронзительным, под завязку заполненным смыслами, отсылками и проблесками света. Мне было тяжело читать основную тему — слишком через себя все пропускаю, больно. Однако ещё на первой странице автор сразу предупреждает о наличии сцен насилия над ребёнком и даёт контакты кризисных центров.

— Раз: ты не избавишься от грязи, не вымаравшись в ней. Два: не тебе учить тех, кого сам ты призываешь на помощь.

Иван К., главный герой истории, вызывал смешанные чувства. Моментами хотелось стукнуть его за отдельные поступки, а через пару глав, напротив, от души обнять. Персонаж получился необычайно живой: с харизмой, признающий свои ошибки. Он старается распутать дело, которое не смог раскрыть в прошлом и бесстрашно идёт навстречу сложностям.

— Покончим...Ты хочешь развенчания или подтверждения, но этого мало. — В душу опять уставились грозные глаза. — Мы пришли за правдой, а она здесь, вся правда только здесь и сейчас, и ты вот-вот сложишь ее из частей.

Чтобы добраться до истины, Ивану пришлось встретился с призраками Прошлого, Настоящего и Будущего. Каждый показывал свой важный кусочек истории, необходимый для понимания цельной картины происходящего.

Только столкновение с последствиями иногда заставляет нарушить молчание, только оно побуждает действовать, отбросив роль праздного наблюдателя

.

Всегда пела оды любви слогу автора и этот раз не стал исключением. Она обладает уникальным талантом создавать тончайшее кружево текста, пробирающее тебя до мурашек. Один из немногих авторов, чьи описания не менее шикарны, чем динамика сюжета. Даже когда морально не совсем вывозила отдельные моменты, продолжала испытывать колоссальное удовольствие от того, как красиво и глубоко это прописано.

Строчками уже можно убить. И спасти можно.

P. S. Рада, что финал оказался именно таким — про надежду, возможное счастье, новые возможности. То самое Чудо, в котором нуждалась и я, и герои.