Цитаты из книги KGBT+

Почему русский человек всю жизнь или пашет, как негр в американской мифологии, или сражается, как гладиатор в римском цирке, и всё равно попадает в положение мирового терпилы?

Нет никакой "практики" отдельно от повседневной жизни. Поэтому я просто опишу, как выглядит моя обычная прогулка <...> Что я делаю во время прогулки? Да ничего особенного. И вот в этом "ничего особенного" моя практика и состоит.

стр.553

что такое любовь, дарящая вдохновение? Что это за модус бытия, рекламируемый всеми поэтами?
Очень просто: в нашем мозгу есть встроенный гормональный биостимулятор с внешней активацией. Умей мы запускать его сами, гениальные стихи писал бы каждый второй. Но стимулятору необходим верно закодированный сигнал из окружающего мира.

Гуманизм – это просто. Это значит быть чуть добрее друг к другу, пока мы живы. И не только к своим генетическим репликантам, бро, а к любому, кто появляется в прицеле твоего жала. Потому что твое накачанное справедливостью острие вряд ли причинит вред кому-то другому, но рано или поздно совершенно точно воткнется в жопу тебе самому. Да и люди помогут, не сомневайся.

Чтоб с пеленок лошадками деревянными играли, сабельками...

Ходорковский сидел на ручке от швабры, вделанной в гребную скамью, а вокруг галеры гонял по кругу на водном мотоцикле небритый прессекретарь этого босса и плевал в гребца всякий раз, когда проезжал мимо его весла.

Мои соседи выражали свое неудовольствие по поводу наступления нового дня в присущей им манере — Толстой аристократично матерился, Чехов снимал пенсне и протирал его одеялом, Жуков шептал что-то про штрафбат, а Чайковский начинал фальшиво напевать одну из своих пьесок.

Корпоративный журнализм с нарративным приводом — это тот же Голливуд.

Барон ударил ее своим страпоном по лицу, и раздался еще один удар гонга. Электронный судья засчитал барону новый оргазм.

Я никогда не нализываю страпон. Я возбуждаю себя фантазиями. Я большущая фантазерка. Поэтому в женском модусе я, можно сказать, скорострелка...

Драться будете на столе. Победит испытавшая оргазм первой.

Барон вдруг захлопал в ладоши. Хлопки были редкими и громкими, словно он боролся с крупными комарами.

Вбойщик после концерта как беременная женщина. Ему всегда  хочется чего-то странного, каких-нибудь семечек в сметане или цыплячьих пальцев.

В человеческих миражах уже тысячи лет клубится бесконечная трагедия. Все рушится, все распадается и дымится. Помирает то бог, то Ницше. Но если вернуться в этот невидимый и неизменный свет, будет не о чем волноваться и некому умирать. Этот невидимый свет есть вечно живой бог. Самое близкое, что можно представить. Настолько близкое, что его невозможно увидеть. Это даже не близкое. Это и есть ты.

Ищите бога не в храме. Ищите его в сознании. Сознание и есть тот самый пустой свет без солнца, подделывающий звезду по имени «Я», от которой он якобы исходит.

Бог не умер, он ушел в нирвану.

Сетевого порно тогда не было, за картинки сажали, и вся визуальная среда, окружавшая советского подростка, была тщательнейшим образом прополота на предмет малейшей сексуальной откровенности. Поэтому советские школьники дрочили на... советскую же литературу.

Люсик трепетно относился к своим лошадям и ждал очереди к лучшему конскому имплантологу Москвы. Ездить на нечипованной лошади — мелкое административное нарушение. Но вот сбить пешехода на нечиповке — это уже серьезно.

Теперь ей хотелось нового, часто неожиданного, и — не знаю, как бы сказать приличней — это новое регулярно пыталось подкрасться ко мне сзади.