Отзывы о книге The Old Devils

Я с самого начала не ждала ничего интересного от данного произведения. Мои экстрасенсорные возможности подкидывали чепчик в знак победы после трех электронных страниц. По завершению последней страницы способности купались в славе, как Скрудж Макдак в заполненном деньгохранилище. На протяжении всего романа я пыталась понять, при чем тут черти, так как со «Старыми» вопросов не возникло. Чертом обычно называют человека, который совершил что-то энтакое, а тут один переспал по молодости с дамочкой и аисту в полете обрубили крылья. Второй возомнил себя Антонио Бандеросом и считал, что просто обязан нести себя в женские массы. Третий боялся темноты просто до трясучки. И прочие достижения. Самое первое, что бросается в глаза – это то, что «огненная вода» двигатель всего сущего. Без бухла и жизнь не жизнь. Не решаются вопросы, не завязывается разговор, не ведутся душеспасительные беседы, не завязываются шнурки и тело дряблое с кровати не поднимается. Пьют все участники. Пьют до последней капли последней бутылки находящейся в доме. А когда в доме заканчивается выпивка, за ней идут в ближайший бар. Никто толком не работает, но деньги на выпивку, причем на всю честную компанию есть у всех, да еще и не на один круг. Задумка книги довольно неплоха, но то ли автор не дожал, то ли я слишком требовательна. Книжка получилась шедевральной…Как снотворное! Ибо стоило мне только подумать о ней, как глаза автоматически закрывались и хотелось кричать «поднимите мне веки». Каждая страница давалась как первопроходцу в непроходимых джунглях. Книги должны нести разумное, доброе, вечное. Чему-то обучать, чем-то цеплять душу, радовать, заставлять сопереживать. Данная книга же учит, что когда тебе исполнится лет 70, все что будет волновать твоих подруг – это что же случилось ..цать лет назад и почему ты решила вернуться. Как на самом деле тебе живется и почему на самом деле ты вернулась. А если с возрастом тебя настигнет маразм, то все будут изображать, что до сих пор рады тебя видеть, но с нетерпением ждут когда ж ты сдохнешь. Что еще особо утомляет в книге, так это описание того, кто как покакал, куда пукнул, где сердце кольнуло, как встается с кровати с бодуна и прочие мелочи жизни добрых старичков. В аннотации громко заявлено «а напряжение копится – и однажды прорвется в совсем уже не шуточном противостоянии…» Я все ждала этого прорыва, но видимо проморгала. Вообще, вся история крутится вокруг одной пары. Ибо народ хлебом не корми – дай пообсуждать да подоразмысливать и допридумывать. Если б не их приезд, то и истории не было бы, и премии, и тухлого особняка с кучкой друзей-старикашек, которым приходится платить за наливаемую выпивку, а кому-то и жизнью заплатить придется. Но любовь… Она побеждает. И однажды начатое все таки заканчивается так, как должно было закончится еще давно. За что люблю Долгую прогулку, так это за открытия. Пусть и плохие. Ведь отсутсвтие результата тоже результат. И что бы мы не говорили, книги оставляют свой след в нашей жизни. И положа руку на сердце – «Старые черти» не самый плохой след в галерее отпечатков.

Время правления Тэтчер. Закрываются шахты и заводы. Уэльс - депрессивный регион. Власти поддерживают переключение на туризм, культивируя местный колорит: вывески на валлийском, фестивали, высосанные из пальца памятные места, пабы, местная кухня в меню. Средний класс обеспечен хлебом насущным, но влачит жалкое внутреннее существование. Супружеские пары терпят друг друга, стремясь проводить, как можно больше времени раздельно. Мужчины сидят за выпивкой в баре. Женщины собираются у кого-нибудь дома за ящиком вина. Алкоголь - единственное средство, скрепляющее дружеские узы и делающее жизнь приемлемой. Люди отчуждены друг от друга. Каждый существует обособленно от партнера, детей, друзей.

Перед нами разворачивается жизнь нескольких пар. Малькольм обладает мягким характером, поэтому злословие Гвен в адрес знакомых. Чарльз набирает градусы в течение дня, Софи сохраняет к нему прохладно-дружеское отношение. Мюриэль третирует Питера. Перси хладнокровно успокаивает алкоголичку Дороти. Гвен с супругой - самая омерзительная пара. Болото расшевеливает неожиданное возвращение Алуна и Рианнон. Алун - профессиональный "валлиец", писатель, не упускающий возможность покрасоваться на ТВ или дать интервью. В Рианнон были поголовно влюблены мужчины городка. Приезд переворачивает все с ног на голову. С одной стороны, кровоточат старые раны, затухшие конфликты разгораются с новой силой. С другой, кто-то дозреет до решительного поступка. Что особенного в Рианнон? Заурядная женщина без хобби и особых интересов, ничуть не лучше других. Пожалуй, она - единственная из всех, знакомая с понятиями верности и женского такта.

Всем парам за 60. Признаки старения описываются с безжалостной физиологичностью. Память подводит. Женщины должны исхитриться незаметно вставить зубной процесс. Лишний вес превратил процесс одевания в пытку. Во время свидания необходимо держать в уме проблемы с кишечником. Все это не мешает переживать сексуальное влечение и ревность.

В жизни героев понятия "любовь" и "брак" не только не сочетаются вместе, но и противоположны друг другу. Может быть, Алун и Рианнон воплощают безопасную мечту о любви, не требующую внутренней работы над собой?

Бабы, все там будем... В 60. И, кстати, хорошо, если именно там - в уютной, относительно здоровой, сытой и не лишенной амурных приключений старости " чертей", а не в той, что рисует наша социальная реклама... И хорошо, если с такими же бодрыми дедами...

Дальше...

Я лично не прочь видеть себя такой в 60 - герои книги вдохновенно пьянствуют, причем пьют они по большей части дорогие и благородные напитки:

Еду запили щедрыми порциями аквавита и светлого пива, отполировав "Бейлисом". Ликер они в порядке смелого эксперимента разбавили виски.

или вот это -шикарно, последние 4 слова вышью крестиком и на стенку:

С кофе и печеньем, придающими этим встречам определенную законность, покончили быстро — кто-то проглотил угощение, словно обязательный бутерброд перед тортом, а кто-то едва попробовал или вообще отказался, — и уже через двадцать минут приступили к основному действу: откупорили вино и наполнили бокалы. Само собой, все пили с разной скоростью, хотя некоторые явно успели приложиться к «Соаве» или, может, «Фраскати», где-нибудь в другом месте. В конце концов, это всего лишь вино.

самозабвенно сплетничают:

Любая достоверная информация об отношениях этой супружеской четы будет по достоинству оценена другими женами

изменяют всем со всеми, путешествуют... Это какой же вкус к жизни надо иметь - им все интересно, им всё надо, им всего мало. Первые сто страниц постоянно приходится себе напоминать - речь идет о пожилых людях!!! Но эти старички и старушки испытывают такую шикарную палитру чувств - от безмерной, всепроникающей скуки, которая в описании автора даже вкусна, до мощных творческих терзаний. От бытового, ежедневного, мелкого до вечного и безвременного. Только одно большое НО - всё это пронизано вселенской печалью. Она неявная, просто сквозит. Или потягивает холодком, как из погреба. Но так, что перевешивает весь восхитительный, пусть и разбавленный виски "Бейлиз". И эту печаль только усиливает специфический туговатый английский юмор, в нашем случае даже юморок.

Вся сюжетная канва - возвращение в городок семейной пары, их общение со старыми приятелями, попойки в разных барах, "девичники" ("старушники??"), поездки по местам былой славы, национальная самоидентификация, написание или НЕнаписание романа и т.д. - картинки за окном проезжающего поезда. Я не вникала. Не суть. Судьбы старых супружеских пар переплелись, были там измены, аборты, романтические встречи. И в настоящем тоже - романтические встречи, измены и свидания. Но - какого цвета всё вокруг, когда тебе 60? Какое это всё имеет значение, когда от настоящих событий отделяют десятилетия? Или настоящие -сейчас? Куда ты идешь, тридцатипятилетняя? И зачем, и что несешь с собой?

Грустно. Чертовщины, вынесенной в название, я не нашла. По сути, те же пенсионеры на лавочках, только в профиль. Просто более благополучные в бытовом плане. Но и всё же жизнеутверждающе при этом - ТАМ есть жизнь. И дуры же мы будем, если её упустим, дуры...