
Книга начинается с довольно интригующей фразы: "Мой отец, Джеймс Уизерспун, – двоеженец". Рассказ ведется от лица его двух дочерей. Первая часть — голос Даны, секрета, которая с детства знала, что у отца есть вторая, настоящая семья, о чем никому нельзя говорить. Вторая часть — голос Шорисс, "настоящей" дочери, которая до поры до времени жила в неведении. Естественно, в книге есть драматическая составляющая — это сцена раскрытия секрета. Вот только она совсем не цепляет: читатель и так знал о секрете, так что нет ни тревожного ожидания, ни катарсиса. Для меня роман оказался в целом каким-то пустоватым и холодным, не получилось проникнуться никем из героев. Да, девочек жалко, пожалуй, Дану даже больше, так как она всю жизнь была вынуждена знать правду и мириться с ситуацией, что отец ее любит, но только иногда. Понятно, что тут довольно ухабистая история взросления. Но меня оставила равнодушной. В какой-то мере даже интереснее образы взрослых, которые и заварили эту кашу... Что сам Джеймс, которого автор постаралась не свести к образу карикатурного злодея, но сделала при этом все равно достаточно жалким и неприятным. Что мать Шорисс, Лаверн (кто дочитал до финала, поймет). Но больше всего вопросов вызывает мать Даны, Гвен, которая годами жила в этой ситуации полусемьи и притворства. Но и тут я разочарована: да, сюжет объяснит, почему эти герои могли поступить так, как поступили, однако все равно осталось чувство разочарования и какой-то неудовлетворенности от книги.
Надо отдать должное еще и хитрости издателей, которые изначально обманывают читательские ожидания. Во-первых, обложка совершенно неподходящая: все героини — афроамериканки. В аннотации тоже ни слова о том, что события романа приходятся на 80-90-е годы, а начало берут вообще в конце 60-х. А потом книжку открываешь — и оп, сюрприз. Не люблю такое.
Может, тема от меня невозможно далека, может, не считался какой-то контекст, да в целом культурный код не узнается, но я не оценила. Хорошо использован прием ненадежного рассказчика, но все описанное в романе, увы, сопереживания не вызывает.






































