Книги авторства Хейли я распробовала как-то довольно внезапно, потому что когда читала что-то от него по Ереси, в душу оно совсем не запало, но затем со мной случился Данте, и, что говорится, понеслось.

"Опустошение Ваала" я уже как-то начинала, но захлебнулась истекающей со страниц обречённостью и остановилась главе на пятой со смутной идеей вернуться позже. За прошедшее время жизнь подготовила меня к тому, что у космических вампиров превозмогание совсем своеобразное, так что в целом я осознанно шла утопиться в пафосном гримдарке. Ну, почти. Оказалось, что масштаб трагедии на берегу был не совсем понятен. В моих глазах Вархаммер, по крайней мере той частью, где про превозмогающих космодесантников, более всего тяготеет к жанру античной эпической поэмы, и "Опустошение Ваала" - его идеальный представитель, потому что роман состоит в равных пропорциях из отчаяния, героического самопожертвования и смертей. К финалу я тихо радовалась, что у моей книжки есть водозащита, потому что я рисковала затопить её слезами, пролитыми над всеми павшими сыновьями Сангвиния.

Как и с большей частью всех вархаммеровских книг, сюжет романа мне давным-давно заспойлерили мемы и некоторое количество других, столь же невероятно надёжных источников, поэтому никаких откровений не ожидалось: я заранее знала, чем начнётся и чем закончится.

Да и общая канва событий, в целом, довольно проста: после того, как Кровавые Ангелы долго тыкали во флот Левиафан палкой и не давали ему спокойно жрать всё, что Левиафану хотелось, Левиафан наконец устал, изменил маршрут и отправился высказать Кровавым Ангелам всё, что он о них думает плохого, прямо на Баал. Не желая открывать проход вглубь сектора и отдавать на растерзание ксеносам родной мир примарха, Данте рассылает почтовых голубей дочерним орденам с просьбой о защите, и слетается такое количество, что хватило бы на новый Девятый легион. Причём слетаются все, включая даже совсем поехавших, вроде Кровопийц и Расчленителей, потому что, конечно, этих братьев никто не хочет видеть на родственных собраниях, но тиранидов видеть хотят ещё меньше. В процессе пожирания Баала происходят: падение Кадии, открытие Цикатрикс Маледиктум, прорыв Ка'Бандхи в материальный мир, нарезание кровожадами тиранидов в промышленных масштабах с выкладыванием из их черепов валентинки хаосисткой руны (не хватало этой инсталляции подписи "с любовью, ваш Кхорн", честное слово), тотальное уничтожение Орденов Крови и прибытие Жиллимана с примарисами, которых он торжественно вручает Данте.

Всё это три тысячи раз в вахакоммьюнити обсудили и пересказали, но мне было интересно наконец припасть к оригиналу. И, Бог-Император, очень не зря.

Главным системообразующим героем выступает командор "как же я устал" Данте, магистр Кровавых Ангелов, Владыка Баала, верный сын Сангвиния, герой Империума, которому всё надоело ещё тысячу лет назад, но который слишком благороден и честен, чтобы просто всё бросить. Он не является рассказчиком в прямом смысле, скорее - основным наблюдателем, и его решения ведут ко всему тому, что произойдёт. Множество второстепенных персонажей, целые ордена, появляются для того, чтобы погибнуть, но они не выглядят статистами - за те несколько сцен, в которых они появляются, они успевают раскрыться, как полноценная часть ангельского войска. Магистр Расчленителей снова на Баале и снова ненавидит всё живое, которое платит ему взаимностью, но при этом в своей мрачной решимости оставаться на защите мира вызывает скорее сострадание, потому что больше всех прочих Сет ненавидит себя. Мефистон разговаривает с ксеносами, мертвецами и демонами, пытаясь обеспечить ордену выживание, но получается у него не слишком уверенно, потому как силы, бушующие вокруг, несут опасность даже для Властелина Смерти. Многочисленные капитаны и библиарии, сангвинарные жрецы и все иные боевые братья говорят, сражаются и гибнут, неминуемо поддаваясь Красной Жажде, так что к тьме внешней присоединяется тьма внутренняя.

Всё катится в бездну, и Данте отчётливо это видит. Тиранидов слишком много, они приспосабливаются и изменяются, их убивают миллионами, но они сыплются с кораблей миллиардами, и они - суть одно, единый организм, который легко жертвует своими частями, потому что потом он всё вернёт назад, превратив в безличностную биомассу. И на самом деле спасения нет, даже когда открывается Великий Разлом, который пронзает всю галактику и - на какой-то миг, но всё же - обрушивает Разум Улья в пустоту, тираниды всё ещё не побеждены. За время разорения обеих лун Баала сыны Сангвиния теряют чуть ли не весь состав орденов, некоторые оказываются уничтожены целиком, от некоторых остаётся меньше роты. Нет ни надежды, ни спасения. И, зная, что они обречены, все Ангелы, связанные братством Крови, идут умирать, потому что всё, что им остаётся - петь литании смерти и сражаться. И они гибнут. И гибнут. И гибнут.

"Жизнь свою я отдаю Императору, Сангвинию и человечеству."

Когда Данте встречается с Жиллиманом, боль командора ощущается физически: "Я проиграл...", и это ещё один камень к тому чувству неистощимой вины, что вьётся за ним сквозь столетия. Не справился и не спас, не сделал больше, сотворил невозможное, но этого всё равно, как всегда, было недостаточно, и Жиллиман может сказать что угодно, главное, что Данте не в силах простить сам себя. Одного не понимаю - как Данте не свихнулся до сих пор, потому что его превозмогание давно вышло за пределы даже сверхчеловечных сверхчеловеков.

Посреди всей этой абсолютной безысходности вписаны интересные куски лора - и про тиранидов, и про Разум Улья, и про Кровавую Жажду, и про силы варпа. Пока это наиболее подробное книжное описание социальной структуры тиранидов, их тактики и того, что это вообще за чудовища, причём обсуждения этого удачно вплетены в контекст, ведь большинство астартес сами знают не то, чтобы много. Разве только что тираниды - угроза всякой жизни, которую они равнодушно пожирают, ну и что убиваются они не очень охотно. Ещё у Хейли есть интересная привычка описывать вселенную через эпизодических персонажей, вплетая их в общее повествование, и здесь таких моментов в избытке, причём одинаково проработано выглядят и отдающие хоррорным "Чужим" эпизоды с ликтором, и довольно социальные эпизоды из жизни гражданского, которому один из Ангелов со свойственной космодесантникам прямотой дарует милосердие Императора.

Сцен, накалом страстей достойных того, чтобы их отлили в бронзе и выставили в Зале Славы новой Аркс Ангеликум, наберётся не один десяток.

Вермилионовые Ангелы, прибывшие из изгнания на помощь Данте, несмотря на волю собственного магистра, и просящие только искупления в смерти. Обречённые собственным наследием Рыцари Крови, отверженные, но нашедшие прощение, которые жертвуют собой для того, чтобы выиграть время Расчленителям и позволить Сету отступить хотя бы с горсткой выживших, так и не поддавшиеся Кхорну, и пусть Ка'Бандха забрал их жизни, но не души. Молящийся Сет, сжимающий ларец с реликвией и балансирующий на грани Чёрной Ярости, но из последних сил держащийся за разум, чтобы умереть с честью. Рота Смерти, ценой своей жизни и угасающего разума - "за что ты предал нас, Хорус?!" - покупающая лишние мгновения для братьев. Проклятый Легион, явившийся на помощь умирающему Баалу, и золотой Сангвинор, парящий над полем последней для столь многих сынов Сангвиния битвы.

И, наконец, сам командор Данте, прочитавший Морс Вотум и могущий наконец позволить себе умереть - рядом с поверженным невероятной ценой тираном улья. Изломанный и израненный, умирающий Данте, так надеявшийся, что всё наконец закончилось, отдавший Империуму уже всё, что у него было, стремящийся единственно к милосердию смерти - и с великой печалью отвергнутый собственным примархом, потому что у героя нет права остановиться. Может быть, идущий к Императору воин в золотой броне - не сам Данте, хотя одно и то же видение тревожит его полторы тысячи лет, может быть, это не тот последний долг, который он должен исполнить, но Сангвиний отправляет его прочь, снова ко свету.

"Мне жаль, сын мой, но для тебя нет покоя. Пока нет. Живи, сын мой."

Только долг в служении, и нет ему конца. Причём если изначальный долг крови на Данте возложил только один примарх, который, хоть и присутствует рядом со своими сыновьями, всё же немножечко мёртв и потому не может считаться полноценным участником политической жизни, то второй - вполне себе живой. И он взгромождает на плечи Данте ещё больший груз - вручает ему весь Империум Нихилус, оставляя регентом, потому что ну кто-то же должен присматривать за этим шапито, пока Жиллиман ведёт Неодолимый Крестовый поход. И когда примарх уходит, Данте, исцелённый физически, но не душевно, снова остаётся один, и впереди его ждёт лишь вечность войны и пролитой крови.

"Опустошение Баала" - это трагедия, возведённая в абсолют, трагедия как личностная, так и общая на каждый Орден Крови.

Написано отлично, атмосферно и очень пронзительно. И баталии, и обстановка, и пейзажи проработаны столь любовно, что их даже представлять не надо - сами рисуются; блеск Аркс Ангеликум и её чудес, сотворённых ангельскими руками, оттенён жёлтыми песками и руинами, сквозь которые течёт неумолимая река хитина. Красная кровь и красные закаты, белые перья, белые кости и чёрные доспехи Роты Смерти, блеск реликвий и шёлк знамён. Красота, порождающая ангельский гнев. Читала в переводе, и он весьма хорош. Единственные проблемы были с тем, что часть имён второстепенных персонажей, которые, видимо, в кодексах не всплывали, каждый раз локализуют по-разному, и приходится то и дело мысленно приводить их к одному виду, но это мелочи.

Пожалуй, это одна из лучших книг, которые попадались мне в рамках Вархаммера. Это всё ещё болтер-порно, безусловно, с бесконечным пафосом и преодолением невозможного, где со всех сторон льются кровь и ихор, а физика гнётся под нужды сюжета, потому что "ну это ж варп", но оно отлично написано, прекрасно сбалансировано и прокатило меня на таких роскошных эмоциональных качелях от полной безысходности до проблеска надежды, что я осталась в абсолютном восхищении. Как же хорошо.