Наташа и ее кобели 3

Теплые июньские сумерки пахнут жженой резиной и стиральным порошком.

Я печалюсь. И подхватываю ОРЗ. Долго лечусь, пью порошки и горячий чай с медом, но заболевание все равно осложняется гайморитом, отчего я еще месяц говорю в нос и бесконечно сморкаюсь. Разочарование выходит из организма вначале зелеными, затем желтыми и, наконец, вовсе прозрачными соплями, оставляя ощущение непередаваемой легкости внутри черепа.

После продолжительной простуды, увольнения по собственному желанию и прощания с кочевой и, по сути, утомительной жизнью, я чувствую себя сношенным до крови тапком и невероятно скучаю. Отсутствие жизненно необходимых эмоций, однообразие трудовых будней, предсказуемость выходных и праздников сжирают мое мгновенно состарившееся тело острыми, как бритва, зубами социального долга. Немного веселеет печень, но ненадолго.