Цитаты из книги Bella Germania

- Мы приходим в этот мир с пустыми руками, с пустыми руками уходим из него, - говорил священник. - Всё, что от нас здесь остаётся - любовь, которую мы посеяли в сердцах наших близких.
"Это не так, - мысленно возразил Винченцо. - Остаётся невысказанное, и оно болит, как открытая рана".

Итальянцы никогда не доверяли государству - нация анархистов.

Мне не нужен рай, Джованни. Я просто хочу жить.

У каждого человека есть призвание, и самый большой из смертных грехов - зарывать талант в землю.

Прекрати обвинять других - взрослый же мужчина. Или ты сам поднимешься из грязи, или так в ней и останешься. Никто не соберет за тебя твою жизнь.

Мы приходим в этот мир с пустыми руками, с пустыми руками и уходим из него. Все, что от нас здесь остается, - любовь, которую мы посеяли в сердцах наших близких.

Работа - лучшее лекарство. И единый способ почувствовать себя на своем месте.

Дело не в том, что ты понимаешь так, а другой иначе. Просто правда всегда двулика.

Нельзя смешивать реальность и мечту, иначе рискуешь окончательно потерять ориентацию.

У каждого человека есть призвание, и самый большой из смертных грехов – зарывать талант в землю.

Для Винченцо не имело значения, в чьих руках власть, пока она давала возможность работать и кормить семью.

Человек остается чужим, пока мы не узнаем его историю.

Жизнь состоит из трёх сфер: карьера, деньги, отношения. Ты можешь выбрать только две из них, третьей придется пожертвовать.

Сумасшествие – столько лет мечтать о том, что так просто сделать.

Как будет по-итальянски "центр вселенной"? "Мать". Все остальные – ее спутники. Итальянскому мужчине нужны десятилетия, чтобы преодолеть силу матери, но достаточно девяти месяцев, чтобы войти в новую орбиту. А образ мачо не столько утверждение якобы присущей традиционному обществу патриархальности, сколько подсознательный бунт против реального матриархата.

Когда люди говорят «я люблю тебя», – ответил Джованни, – они обычно имеют в виду «ты принадлежишь мне». Как будто человек – это надел земли.

"Ибо ложь, даже невысказанная, - все равно грех. И даже не в том смысле, что за нее придется расплачиваться на том свете. Ложь подобна проникающей в кровь капле яда, она отравляет изнутри и уже в этой жизни требует возмездия".

Ну почему в этой стране деньги можно либо унаследовать, либо украсть?

Если бы и в жизни все было так просто – отринуть старое, разорвать в клочки, начать с чистого листа. Но жизнь состоит из тысячи листков, сложенных стопкой. Все они – единая книга, и ни один нельзя удалить просто так. Пусть некоторые читать неприятно, но добравшийся до конца стопки может быть вознагражден сверх ожиданий.