Цитаты из книги Double Star

Я издал какой-то возглас и Кэпек тут же выключил проектор. — Что-нибудь случилось? — Доктор, вы загипнотизировали меня! — Но вы сами разрешили мне сделать это. — Но меня невозможно загипнотизировать. — Очень прискорбно.

Пацифизм — это сомнительного свойства доктрина, согласно которой человек пользуется благами, предоставленными ему обществом, не желая за них платить — да еще и претендует за свою нечестность на терновый венец мученика.

Дай любому философу достаточное количество времени и бумаги, и он докажет тебе все, что угодно.

Я понял, что смогу сыграть его. Дьявольщина! Даже если бы одна нога была у меня в ведре, а за стеной горела сцена.

Мне следовало бы сообразить, что у него тоже имеются свои причины сидеть здесь, и отнестись к этому с уважением.
Но мои голосовые связки словно зажили собственной, обособленной жизнью, дикой и вольной.

...когда мы с Дюбуа познакомимся поближе, я заставлю его сначала смеяться, а потом плакать — и все это на протяжении двадцати секунд.

Я пришел к заключению, что Бонфорт человек моего склада. Или, по крайней мере, такого склада, который я считал присущим себе. Он был личностью, роль которой я был горд играть.

«Око за око». Строй на «ровном месте и на должном уровне». Клятва Гиппократа. Поддерживай команду до конца. Честная работа за честную плату. Такие вещи не нуждались в доказательстве, они были составной частью самой жизни и доказали свою справедливость, пройдя сквозь множество столетий, достигнув отдаленных уголков галактики.

... общественные библиотеки — очень удобный вид отдыха для актера, оказавшегося на мели, но потом я понял, что они были так же бедны витаминами, как поцелуй тещи.

... все политические партии, которые не отличались достаточной дальновидностью и прозорливостью, под давлением объективных причин исчезли с политической арены,

«Болезненно честна, считает довольно плохо, гордится собственным чувством юмора, которое у нее совершенно отсутствует, соблюдает диету, но безумно любит вишни в сахарной пудре, покровительствует всему живому, обожает печатное слово в любой форме».

... искусство политики есть ничто иное, как люди.

Но это моя личная каюта, которую предоставил мне капитан. Поэтому лучше покиньте ее своим ходом, чтобы не пришлось вас вышвыривать. Мне не нравятся ваши манеры.

... играть роль спокойного человека, вынуждает стать спокойным того, кто ее играет.

Взаимными оскорблениями мы ничего не добьемся.

Кто-то спросил: — Вам не кажется, что это просто слова? — А я не собирался говорить что-либо определенное, — возразил я, подсластив пилюлю лучезарной улыбкой. 

Истину повторять никогда не вредно

Я понятия не имел, как пользоваться жезлом, а новое имя напоминало звук, издаваемый испорченным краном, но отныне и навсегда я получил законное имя и стал законным членом семьи на Марсе — ровно через пятьдесят два часа после того, как поиздержавшийся наземник на свой страх и риск на последние пол-империала поставил выпивку незнакомцу в баре «Каса Маньяна». Это, на мой взгляд, еще раз доказывает, что от незнакомцев следует держаться подальше.

Старина, мы с вами на пару прошли кое через что. Теперь я знаю, что вы из себя представляете, и всегда с радостью помогу вам с помощью оружия, денег или кулаков в любое время и даже не спрошу, зачем вам понадобилась моя помощь.

Я знал, что иду ко дну, но черт возьми, даже если попал в водоворот, то до самого конца стой за штурвалом – это последнее, что ты обязан сделать. Даже злодей предпочтет умереть красиво.