Герой 1 ведёт воображаемый разговор с матерью, которая бросила его в детстве. Она говорит: "Всему виной твоя доброта". Но есть проблема - "доброта" героя 1 ни в чём не проявлялась. Один герой думает о другом, что последнему не понравилась его похвала незначительности, ведь он ценит серьёзность великих истин. Но... этот персонаж никак не проявляет эту склонность на всём протяжении романа. И т.д. Наверное, это такой ход - нарочитое непонимание, отражение темы монолога, которая мельком упоминалась пару раз, или пустякового "соврал-с" ради хорошего настроения (что тоже присутствует в романе). А может и нет. Трудно сказать определённо. Ведь у Кундеры сюжеты с героями и всегда-то были формальны, но тут ужались совсем - до закорючки, до функции, наброска наброска. Так что поди разбери - есть тут умысел или автор просто обленился.
Чем-то Кундера похож на Ларса нашего фон Триера - никогда не поймёшь, он действительно сообщает тебе нечто глубокомысленное или просто набрасывает и фокусничает, подсовывая тебе под видом интеллектуальной пищи салат с картоном. Сам я держусь того, что Кундера лишь лёгкое чтение для жаждущих снобов, недостойное благородного мужа.
А вообще смешно. Хотя я прочитал книгу от корки и до корки, я мог бы написать отзыв вовсе в неё не заглядывая, ибо "Кто читал одну книгу Кундеры, тот читал их все" (вы таки не поверите, но в этой книге Кундера в своей манере толкает тарабарщину о Сталине, туалетах и мочеиспускании... Пошёл вон, творческий импотент.). Я мог бы просто брать старые свои цитаты и вставлять их почти без исправлений сюда: "Как нормальный псевдо-интеллектуал, Кундера страдает словесным поносом и одновременно умственным запором, вследствие чего ему приходиться отчаянно тужиться, чтобы из любой ситуации, любого душевного движения, любой мелочи (например из того, какие в богатых и бедных домах унитазы (оценим историческую иронию)) выдавить философскую телегу, обобщение (к примеру, желание Терезы опростать внутренности вплетено в навязанный ей автором невроз о душевном и телесном) и огорошить мир порцией "искромётных" размышлений (и нужно отдать должное - Кундера всегда оказывается сильнее сырого и вялого материала, из которого он строит свои тексты, - ему всегда удаётся что-то из себя да выдавить, и в этой непривлекательной форме болтливости он как рыба в воде)".
И опять телесность (есть мнение, что проблема мочеиспускания и простаты тов. Калинина возникла на почве проблем с этим предметом у самого автора), и опять псевдофилософия (об "эротическом послании пупка", например), лёгкое, ни к чему не обязывающее набрасывание на вентилятор (типа размышлений о пупке и половых органах праматери Евы), над которым даже размышлять не хочется - просто поток пустословия ("Когда-то любовь была праздником индивидуального, неповторимого (...) А пупок мало того, что не восстаёт против повторов, это призыв к повторам! И мы в нашем тысячелетии все будем жить под знаком пупка. Под этим знаком мы все как один солдаты секса, с одинаковыми взглядами, направленными не на любимую женщину, а на одну и ту же ямочку посреди живота, которая являет собой единственный смысл, единственную цель, единственное будущее всякого эротического желания.").
А все размышления Кундеры о женщинах - предмет, вокруг которого он угрюмым волком бродит с многозначительным видом всю свою карьеру, - это какие-то собственные его тайные маня-фантазии (например, что незначительность освобождает женщину и она может отдаться без сопротивления), вроде набоковских "жемчужин изумления" (так мне кажется, по крайней мере).
В книге ровно один базированный момент, когда герой удивляется, неужели матери он, её сын, не интересен, а отец, вспылив, приоткрывает ему правду, что на самом деле она вовсе не желала его появления на свет: "Отец не был агрессивным человеком. Просто, несмотря на всю свою сдержанность, не мог скрыть священный гнев, направленный на женщину, которая не желала, чтобы человеческое существо появилось на свет". Я тоже думаю, что люди как-то отклонились от здоровых реакций на естественные формы жизни. Да и уникальная ситуация, когда - при нормальном ходе вещей - часть тебя с кармической неизбежностью отделится, чтобы превратиться в полноценный автономный субъект, способный, кстати, в том числе и на суд над тобой, требует позиции более сложной, чем только твоё тело, только твоё дело.
Вернуться бы к Кундере. Но у меня, по правде, пропал файлик с заметками о книге, поэтому я сейчас на ходу пытаюсь вспомнить что-нибудь достойное рассказа. Ну вот: каляки-маляки гадкого вида a.k.a. авторские рисунки, которые будут мозолить тебе глаза на всём протяжении чтения, оскорбляя твоё чувство прекрасного. Авторские иллюстрации - это всегда/часто кринж, но поелику этот миниатюрный псевдо-романчик (довольно тяжело назвать эту форму романом в человеческом смысле) ничего иного и не заслуживает, разве что из желания выделить копеечку нормальному иллюстратору...
Ну, роман как называется, так и читается, и таким воспринимается. Поразительно, но последний высер Кундеры оказался совершенно необязательным во всех отношениях. Ничего нового автор не сказал, не сказал ничего интересного, умного... Благо, что в книжечке лишь 150 страниц. Торжество незначительности, чё ещё сказать?
p.s.
Прочитал, что Кундера иллюстрирует этим роман конец искусства - литература, смыслы и пр. ничего более не стоят. Пфф, конец литературы... А может, вы просто разучились создать нечто по-настоящему волнующее, вдохновляющее на то, чтобы подражать вашим героям аки каким-нибудь тимуровцам, побуждающее восклицать вместе с персонажем Клайва Льюиса: "Я буду жить как нарниец, даже если не существует никакой Нарнии". Скилл, который можно потерять, пока играешь в модернизм-постмодернизм, рассуждаешь о пупках и прочем. Кундера может славить незначительность, а я скажу, что как мир задыхается от местечковости (не путать с радостью от простых дел), без идеала и вдохновения, так литература глохнет, точно благородная культура в сорняках, из-за писателей, которые "пишут про буквы" и сами не верят в свои писания, из-за героев, которые "проснулись, сварили макароны, поискали похождений на одну ночь". Пустяки (вновь не путать с простой радостью) - это в первую очередь неэстетично, как всё, что лишено витальности.