Прихоти удачи

Лорд Байрон гордился тем, что мог прочитать наизусть все стихи, когда-либо написанные им. И наоборот, сэр Вальтер Скотт имел очень плохую память. Однажды он сверх меры расхвалил одно из своих собственных стихотворений, полагая, что оно написано Байроном. ... У великого английского историка Маккея была, быть может, самая замечательная память из всех людей, когда-либо живших на свете. Он мог посмотреть на печатную страницу и запечатлеть ее в своей памяти почти так же точно, как это однажды было бы сделано с помощью фотоаппарата. Прочитав главу из книги, он мог затем повторить ее наизусть. Он писал исторические материалы, даже не обращаясь к справочникам. Биографы его утверждают, что для того, чтобы выиграть пари, он выучил наизусть книгу "Потерянный рай" всего за одну ночь. ... Джордж Биддер, богатый англичанин, умер много лет назад. Когда ему было всего лишь десять лет от роду, он высчитал в уме, сколько прибыли будет получено в том случае, если заложить 4444 фунта на 4444 дня при 4,5 процента годовых. На выполнение этой операции ему потребовалась ровно 121 секунда. ("Томас Эдисон был не единственным, великим человеком с плохой памятью")

Екатерина Великая полюбила безобразного великана по имени Потемкин. У него был только один глаз, другой он потерял в кабацкой драке. Хотя Потемкин жил в палатах, блистающих всем великолепием и богатством Востока, он расхаживал в домашних тапочках, надетых на босу ногу. Волосы его были всегда взъерошены, и он постоянно нуждался в ванной. Он обгрызал себе ногти и ел сырой лук и чеснок. Однако он был настоящим генератором физической энергии, и каждое прикосновение его руки переполняло Екатерину глубоким и нежным счастьем. Она называла его своим "золотистым фазаном", своим "голубком", своим "гав-гав". ("Она правила империей, вышла замуж за идиота и имела множество любовников")

... в одну из трезвых минут Антония его соратники сказали ему: "Послушай, давай-ка лучше двинем на Александрию, отрубим голову Клеопатре и узнаем вкус египетской крови". Узнав об этом, Клеопатра затрепетала. Чем, спрашивается, могла она остановить Антония? Кораблями и мечами? Никогда. Любовью и лаской? Вполне может быть. И вот в своем стремлении произвести впечатление, показать товар лицом, она отправилась навстречу Антонию на позолоченном корабле с пурпурными парусами. Все здесь было заполнено пышностью и великолепием "Тысячи и одной ночи". Маленькие мальчики, наряженные Купидонами, обмахивали ее павлиньими перьями, в то время как роскошные, разодетые в шелка служанки танцевали под сладостные напевы музыки пустыни. Аромат благовоний разносился вокруг. И среди этого восточного очарования в позе богини любви Венеры возлежала на застланном шелком ложе Клеопатра, обворожительная и неотразимая. Что, спрашивается, сделали бы вы, окажись вдруг на месте Марка Антония? Надо думать, то же самое, что сделал бы и я. Ведь если бы даже Марк пластом лежал на кровати, пораженный ревматизмом и расстройством желудка, то и в этом случае он не мог бы противостоять такой женщине. ("Клеопатра завоевала любовь двух величайших людей своего времени")