Цитаты из книги План Спасения

Поэтому, если вы просыпаетесь утром и думаете: "Ой, б****ь! И чего же это я такое вчера отчебучил? И зачем это я такое сделал?" -- это означает, что внутри вас поселился мерзкий карлик, который решил, что он тут один знает, что такое хорошо и что такое плохо. Если его немедленно не придушить, он вскоре будет ходить внутри вас в кальсонах, зевать, чесаться, заведет себе кресло-качалку, тапочки, пригласит родственников и будет бубнить, бубнить и бубнить, пока вы не начнете шипеть, щелкать и заикаться, как органчик из произведения писателя Салтыкова-Щедрина.

Совесть является одним из омерзительнейших свойств человеческой природы. К примеру: человек подкараулил кого-нибудь в лесочке, расчленил, надругался в свое удовольствие, радуется. Как вдруг изнутри него раздается нудный голос: дескать, мало того, что сам перемазался как свинья, так еще и нагадил тут, намусорил, кто это за тобой убирать будет? Человек начинает нервничать и, чтобы заглушить неприятный голос и как-то развеяться, идет и расчленяет кого-нибудь еще. Тут голос вообще начинает орать как диктор левитан, и человек, обезумев, начинает расчленять вообще всех, кто под руку попадется.

Большая часть выселенных принадлежала к петербургской интеллигенции, и, казалось, душа Петербурга отлетела вместе с изгнанниками, а они, рассеянные по чужбине, тосковали по своему городу, как по земле обетованной. «Все мы очень тоскуем по Родине и рвемся домой»,- писал в 1935 г из Оренбурга в Париж Николай Владимирович Линдстрем. Его выслали в «кировском потоке». В ссылке Линдстрем почти ослеп, бедствовал и голодал, потому что ссыльных не брали на работу. Он сетовал на грубость и невежество местных, наглость детей. «Надеюсь на скорую смерть». Массовое выселение горожан проходило под лозунгом «В городе Ленина имеют право жить только настоящие пролетарии».

В Нач 30-х около 30 млн крестьян покинуло деревню; в 1930-1931 не менее 10 млн было раскулачено, выслано на спецпоселения, отправлено в концлагеря, расстреляно, а остальные, хлынули в города.

Насильственная коллективизация разрушила уклад жизни, психологию крестьянства, вытравило из душ извечную привязанность к земле. В 1931 г Анциферов встретил в тюрьме мужика, которого тревожило одно в концлагере или в ссылке - дадут ли ему работу на земле. Он готов работать на кого угодно, кем угодно, лишь бы его не оторвали от земли. Но колхозная жизнь вытравила тягу к земле, в записях тех лет нередко встречается: «все колхозники почему-то лежат». Н.Я. Мандельштам вспоминала: «Моя мать, мобилизованная как врач во время одного из дореволюционных голодов в Поволжье для помощи деревне, рассказывала, что во всех избах лежали, не двигаясь, даже там, где ещё был хлеб». Видно, есть предел душевного истощения и отчаяния, за которым человек или даже целый народ утрачивает волю к жизни. В византийских хрониках сохранились свидетельства о временах, когда гос поборы становились невыносимы и начинался крестьянский мор: люди переставали работать, двигаться и ложились умирать в своих домах, даже если у них оставалась вода и пища. Тогда велика империя пришла в запустение не от нашествия врагов, а от мора.

Средством пополнения казны стала продажа культурных ценностей. В начале 20-х антикварные магазины Европы были заполнены произведениями искусства из России, которые везли за границу пароходами и целыми ж/д вагонами.

Петроградские бюро по учету и реализации госфондов готовит к отправке в Германию и Англию большие партии персидских, бухарских и текинских ковров. Первые партии распроданы полностью. Значительная часть вырученных средств предназначалась доя подготовки мировой революции и не возвращалась в Россию.

Апофеозом распродаж стал план Наркомфина 1925 г реализовать все ценности императорского двора. Среди них - корона, скипетр, держава и др. Все драгоценности оценены в 300 милл. руб. На продажу выставили корону, в которой короновалась Екатерина Вторая, скипетр, в нем алмаз «Орлов» в 195 карат. Это индийский камень, единственный в мире по качеству. Две малые короны, одна сделана при Павле, другая для последней императрицы. Огромное количество драгоценностей, среди них самые крупные в мире сапфир и изумруд. Сделка сорвалась из-за кампании в прессе русской эмиграции, получившей на Западе поддержку.

«Нам безразлично будет ли какое-нибудь произведение искусства находится в России, в Америке или ещё где-то. Деньгами, которые нам буржуи заплатят, мы произведем мировую революцию, после чего возьмем их у буржуев обратно»

Академик С. Ф. Ольденбург писал Калинину в 1928 г: « Те жалкие деньги, которые мы могли бы получить, не помогут при наших громадных потребностях, а лишат нас величайших культурных ценностей и опозорят на весь мир. Нельзя делать таких гос ошибок, воображая, что продажей картин наша громадная страна может поправить свои финансы…наживутся негодяи, мы получим гроши, а сраму будет без конца».

Немецкая фирма Р. Лепке выставила в ноябре 1928 г на берлинский аукцион предметы искусства и мебель из Эрмитажа и ленинградских пригородных дворцов.

Арманд Хаммер «друг СССР» привозил в дар третьестепенное произведение искусства,о чем широко оповещалось,  а взамен получал из Русского музея шедевры русского авангарда (об этом умалчивалось). Именно Хаммер увез практически все наследие Фаберже. Советские представители даже передали Хаммеру старые клейма мастера, и американец начал массовую подделку изделий этой фирмы.

В Эрмитаж пришло распоряжение наркома отобрать для продажи 250 картин стоимостью не ниже 5 тыс руб , выдать золотые и платиновые предметы (в феврале 1930 Эрмитаж передал Антиквариату 347 золотых и 17 платиновых монет из нумизматической коллекции.

История полна совпадений: произведения искусства попали в царствование Екатерины Второй, она пользовалась помощью и советами Вольтера, Дидро, Гримма. Через 150 лет распоряжение об изъятии шедевров подписывал зам зав сектора «Главнаука» товарищ ВОльтер - так жизнь Эрмитажа прошла путь от Вольтера до Вольтера.

В феврале 1930 Антиквариат потребовал выдать скифское золото, музеи решительно отказал. Но в феврале был взят для продажи шедевр - портрет Елены Фурман работы Рубенса. Сотрудники музея были в шоке, руководство Наркомата тоже было в смущении, поэтому картину велели передать в строжайшей секретности. А дальше пошло-поехало: в 1930 из Эрмитажа исчезли полотна Рембрандта, Рубенса, Хальса, Ватто, Веласкеса, Рафаэля, Боттичелли, Перуджино, Тициана. Все происходившее в городе: аресты, разграбление - воспринималось ленинградской интеллигенцией как культурная катастрофа- Ленинград превращался в провинцию.

«Ужасно, просто провинциальный музей, мы уж теперь туда и не ходим». «В Эрмитаже нет ничего особенного. Кроме двух картин Рубенса…ещё взяли Рембрандта чудесный портрет старушки»,- записала Е. Г. Ольденбург.

Представители Антиквариата были мало сведущи в коммерции, и покупатели пользовались этим, сбивая цены: миллионер, «нефтяной король» Гюльбенкян купил две работы Рембрандта, полотна Ватто, Тер Борха и Ланкре , заплатив 120 тыс фунтов. Ему предложили купить скульптуру Гудона «Диана», в Антиквариате были горды - они выручили 20 тыс фунтов! Прикупил ещё «Портрет старика» Рембрандта!

Министр финансов США Э. Меллон оказался обладателем 21 шедевра из Эрмитажа. За это Меллон помог СССР получить амер гос кредиты.

Но внезапно русское «эльдорадо» закрылось. Руководство Эрмитажа решило обратиться к вождю. В октябре 1932 зав отд Востока И А Орбели обратился с письмом, что деятельность Антиквариата приняла угрожающие Эрмитажа формы, и это приведет к полному крушению дела. Сталин ответил: «Заявки Антиквариата не обоснованы. Сектор Востока не трогать». После этого продажи прекратились. Эрмитаж утратил почти 40 тыс экспонатов.