Николай Первый (в записке Следственной комиссии): Пусть посадят половину жителей столицы, но пусть отыщут нити заговора.
Петрашевский (из показаний на допросе): Быть может, все это неуместно в России, и я родился …преждевременно; но зато, быть может, весьма вовремя для человечества - не лишайте же меня возможности быть ему полезным.
Дубельт (реплика при допросе): Жаль, что Белинский умер, ускользнул от суда. Мы бы сгноили его в крепости.
Достоевский (письмо из крепости): Вечное думанье и одно только думанье безо всяких внешних впечатлений, чтоб возрождать и поддерживать думу, - тяжело…Все из меня ушло в голову, а из головы в мысль, все, решительно все…и, несмотря на это, работа с каждым днём увеличивается. Книги хоть капля в море, но все-таки помогают…
Под следствием находилось 123 человека; 22 из них заочно осудил военный суд; из 22 обвиняемых 21 приговорен к расстрелу.
Петрашевцы не знали о том, что суд состоялся. Приговор им объявили только на Семеновском плацу, куда их привезли, - на месте казни.
Николай Первый сам разработал церемониал, маршрут и распорядился, чтобы расстреливали петрашевцев солдаты из роты, которой прежде командовал один из приговоренных - поручик Н.П.Григорьев. Кульминацией стал момент, когда за секунды до смерти приговоренным объявят о замене расстрела каторгой! Император не обманулся в ожиданиях: на месте казни сошел с ума Григорьев, позже- ещё несколько человек.
22 декабря 1849 г осужденных провели на эшафот и начали оглашать приговоры. Каждый приговор заканчивался словами «к смертной казни расстрелянием». Затем осужденным надели саваны, а солдаты прицелились. В последний миг раздался барабанный бой, солдаты подняли стволы ружей вверх. Было объявлено: казнь заменяется каторгой. При известии о царской милости на эшафоте раздались крики: Лучше бы расстреляли! Кто просил?
Спустя годы Достоевский размышлял о зловещей комедии, придуманной императором: «Зачем такое ругательство, безобразное, ненужное, напрасное?»Достоевский увидел Петербург лишь через 10 лет.