Фантастически-сатирическая комедия про прибывшего на Землю инопланетянина. Профессор Константин Михайлович из созвездия Брошенные Шарики (по-нашенски это – Стожары), главный специалист по планете Зеленая Юла, прибыл на Зеленую Юлу, т.е. Землю, с целями: 1. Отметить командировку. 2. Ознакомиться с городом. 3. Установить контакты с лучшими людьми. 4. Подготовить их к тому факту, что в космосе есть разумная жизнь. 5. Выяснить, не появлялись ли на Земле агенты из злого черного созвездия Минус Миллиард? Или все неприятности, которые случаются на Земле, имеют земную основу?
Поэтому сперва профессор поселился в гостинице в Москве «на шешнадцатом этажу», потом пытался «отметить командировку» у кого только не, затем столкнулся с совершенно странными землянами, установил контакт, но не совсем с теми, с кем планировал, и отчалил домой весьма необычным способом, ибо его ракету по-быстрому разобрали на металлолом местные детсадовцы.
Дедуля – очень колоритный и необычный. Во-первых, в предыдущее пребывание на Земле занесло его в глубинку, поэтому говорит он на безграмотно-деревенском языке, во-вторых, он обладает массой фантастических способностей: с помощью чудесных таблеток он может сгенерировать что угодно – хоть чашку, хоть велосипед, хоть масленку для смазывания коленок, а глаза его превращаются в прожекторы, и, в целом, будучи «пожилым и стареньким», он одновременно был «какой-то совсем новенький, модный, нарядный, как будто чуть-чуть пластмассовый».
Собственно, это сказочная фантастика в антураже позднего совка. Причем, совок – это несущая конструкция. И мне в очередной раз стало не очень понятно, зачем? Вот зачем Эдуард Успенский вываливал на публику этот вот шлак. И зачем ему за него платили. Это не антисоветизм и не диссидентство. Это какая бытовая мелочная злоба, которую взрослый дядя вливал в уши и глаза детям. С одной стороны, да, он описывал ту реальность, которая окружала его. Всех этих вахтеров, несунов, воров, мошенников, пьяниц, бюрократов, грубиянов и прочих антисоциальных элементов. С другой стороны, зачем это детям? Если это подается вот в таком шутейно-посмехуечном успенковстом воплощении? Честно говоря, эмоциями, которые накрывали лично меня в процессе чтения, были недоумение (естественно), брезгливость (спасибо автору, но 90-е я хорошо помню, чтобы получать от этого вот удовольствие) и жалость. И если первые две меня не очень беспокоят, то вот последняя – вполне. Потому что то, что делал Успенский – он обесценивал нашу жизнь, он выхолащивал своей «недосатирой» происходящее тогда. Да, были сложные времена, да, люди были вот такими тоже. Но помимо этой россыпи утырков и маргиналов, жалких ублюдков и никчемушных карикатурных жуликов, были и другие люди. Простые люди. Но Успенский всем собой просто брал и низводил всё до уровня пропитой деревни. Вот, что было плохо. История происходила, в основном, в Москве. И бох с ней, с клоунадой, которую автор продуцировал в огромных количествах (история с Генштабом – это испанский стыд), но вот это ощущение от города, как от недоразвитой вонючей глубинки, меня преследовало всю дорогу. И какая-то мышиная возня, нелепая и местами глупая, стала основной движущей силой сказки. Это очень местечковая сказка для очень местечковых сознаний.
И историю не спасали даже типично «успенковские словоформы»: «летальщик на щетках», «Они целый год кругосветно плавали на своем корабле», «Космический дедушка Константин Михайлович принял решение закончить пребывание на Земле и начать отбывание в холодную родную бесконечность.», «-Но как же так! - шептал растерянный Константин Михайлович. - Там были такие сурьезные таблички!...А вокруг кишели веселые ребятята.», «Они сели на «валасипеды» и тронулись. (Тронулись в смысле поехали. Потому что от космических «изделиев» можно ждать, что хоть.)», «у меня все чинно-блинно».
Потому что было и иное, «успенковское»:
«Отдельные сотрудники воруют отдельные орудия производства»
«студенты иностранной негритянской державы, с ног до головы увешанных кольцами и драгоценными перстнями»
«Он обожал в едином строю выходить на сбор металлолома или делать так, чтобы рабочие все как один осваивали садовые участки.»
«Сторожа меня и пропускают. А потом я краску вылью, а ведро продам. Я ведь, милок, пьяница.»
И даже тот легкий, лёгенький налет «философии», который Успенский пытался пропихнуть в текст, на фоне тотальной нелюбви автора к окружающей его реальности, не спасает эту историю.
На свете есть созвездие Стожары. Жители этого созвездия несут в мир добро. Их знак «+». Но в космосе есть Черная Дыра. В ней живут существа со знаком «—». Иногда они вылезают из Дыры, сеют кругом зло, зависть, гордыню, эгоизм.
Ж = QQ. Этими простыми буквами была записана главная Брошенская теория, смысл которой сводился к тому, что всегда добро тянулось к добру, а зло – к злу.
В детстве я эту историю Успенского не читала, ибо моё детство закончилось раньше, чем это вышло из автора. И я не вижу ни одной причины, чтобы современные дети это читали. В этой книге нет никакой ни художественной, ни литературной, ни смысловой ценности. Она просто рассказывает о том, что вы, детки, живете по уши в навозе и окружают вас убогие, недалекие персонажи. В топку. К слову, мой юный читатель тоже не оценил и просто забыл/развидел эту историю спустя пару месяцев. Я тоже развидела. Обычно я не очень помню имена и даты, но сюжеты помню хорошо, а тут, села набросать впечатления (спустя пару лет), но в голове звенела пустота. Помнила только не очень приятное послевкусие. Так что перечитала и обплевалась повторно)
5 понравилось
