Цитаты из книги Голос

Мы идем на улицу, потому что мне нельзя останавливаться, мне нужно шагать. Шаги – это моя медитация.

Механизм панических атак я знаю наизусть: ложный сигнал тревоги, запуск аварийной реакции, резкий выброс адреналина, организм ведет себя так, будто ему угрожает смертельная опасность. А потом наступает что-то вроде интоксикации. Паника поглощает все: лихорадочно стучит сердце, мысли обрываются, и все попытки взять себя в руки заканчиваются ничем.

Рассматриваю старую фотографию конца 40-х. Она матовая и как будто теплая. На ней молодые Тишкины – мои прабабушка и прадедушка – и бабушка Надя, совсем еще малышка. Они настороженно смотрят в камеру, словно фотографироваться для них – тяжкая обязанность. А может, дело в старой немецкой кирхе, которая виднеется у них за спиной. Может, именно она, обезглавленная не то английским, не то советским снарядом, наводит ужас на Тишкиных?

Анатомия страха. Люди больше всего боятся именно неизвестности. А смерть - самая главная неизвестность.

Все проблемы человечества начинаются тогда, когда государство законодательно обязывает одних людей убивать других.

Организм противился сну, как будто и во сне было опасно. А стоило задремать, начинались кошмары. Кто-то пытался меня убить, а я не могла ни убежать, ни дать отпор. Я просто смотрела в глаза своему убийце и осознавала, что сейчас придется умереть. Но в последний момент, когда лезвие уже почти вонзалось мне в сердце или в шею, что-то выдергивало меня обратно в реальность.

все люди, о которых я высокого мнения, уже умерли

Страх сверлил меня, как маньяк. А что у меня против него – дурацкий детский стишок. Но я верила, что он отвлекает меня от страха. Или страх от меня.

На прощание мама передает мне фальшивые приветы от отца. Он всегда игнорировал эту формальность, и приветами у нас занималась мама. Думала, наверное, что маленькая белая ложь сделает его в глазах окружающих лучше, чем он есть.

В новостях показывали женщину в рыжей меховой шапке. 21 ноября она стояла совсем рядом с террористкой-смертницей, ее бы обязательно убило, но в другой части вагона освободилось место, и она заторопилась туда. Ее не задело взрывом, только напугало и оглушило. Она плакала и повторяла в камеру, что это Бог ее уберег.

Про меня бабушка говорила то же самое: «Бог уберег». Уберег ли?

Слова и поглаживания не остановят приступ. Это все равно что угрожать лесному пожару деревянным мечом.

Я просто оболочка для болезни, которая в тысячу раз сильнее меня.

Вот если бы редкие брови боролись с остеохондрозом или влияли на курс валют.

Есть люди, чьи истории важнее их самих.

Почему-то считается, что у человека только одна смерть - его собственная, но ведь ей предшествуют и другие: смерти родных, друзей, незнакомцев, - и с ними тоже надо как-то ужиться.

-Не волнуйся. Везде, где надо, ты успеешь. Для учебы никогда не поздно. Жизнь не осталась там, откуда ты уехала. Жизнь вокруг тебя. Посмотри, у тебя есть люди, с которыми тебе интересно и которым интересно с тобой. Это ведь большое дело - встретить таких людей.

-Ну что ты, девочка моя, твоя жизнь не остановилась. Это и есть жизнь. Болезнь, преодоление болезни - все это жизнь. Болезнь уйдет тогда, когда уйдет. Не надо ее поторапливать. А пока она здесь, нужно искать мира в душе, сосредоточиться на себе, а не на том, кто что скажет и подумает.

Животные не нападают без причины: они либо защищаются, либо голодны. Они не умеют убивать из мести или ради выгоды. А вот люди научились