Цитаты из книги Немезида

тот, кто теряет контроль над развитием событий, сам становится их заложником.

– Не торопитесь, подумайте, – сказал он, пытаясь изобразить дружелюбную улыбку, что было нелегко, ибо это выражение нечасто появлялось на его лице.

Выигравший войну не всегда оказывается победителем.

Аристотель писал, что ужас и сочувствие, которые пробуждает в человеке трагедия, очищают его душу.

А тебе известно, что человек - единственное живое существо, прибегающее к мести?

Расстройство психики вовсе не равнозначно глупости. Люди с подобного рода расстройством обладают не меньшей, а порой даже большей ловкостью в достижении своей цели, нежели мы, здоровые. Что их отличает от нас, так это сами цели.

Хуже неудовлетворенного желания в жизни есть только одно – отсутствие всяких желаний вообще.

– Так у тебя и по наркотикам информаторы есть? – Грабители и наркоманы – одна большая счастливая семья, ты же знаешь.

- И проваливай домой к этой своей жизни.

Вот так свет в конце туннеля оборачивается подчас пороховой вспышкой.

«Никогда не думай о том, что именно ты ищешь. Думай о том, что находишь. Почему оно там оказалось? Должно ли оно быть там? Что это значит? Это все равно что читать: если, видя перед собой «к», ты думаешь об «л», никогда не сможешь прочесть ни единого слова.

– Социальная дистанция между незнакомыми людьми составляет от одного до трех с половиной метров. Это то расстояние, которое обычно соблюдают, разумеется, если ситуация это позволяет. Достаточно посмотреть на очередь на остановке транспорта или же в туалет. В Токио же, например, люди чувствуют себя комфортно и на более тесном расстоянии, однако вариации между различными культурами, как правило, незначительны.

Расстройство психики вовсе не равнозначно глупости. Люди с подобного рода расстройством обладают не меньшей, а порой даже большей ловкостью в достижении своей цели, нежели мы, здоровые. Что их отличает от нас, так это сами цели.

— Я умею планировать кражи денег. Что касается кражи сердец, тут все мужчины — жалкие любители. Мы можем считать, что завоевали ее, подобно полководцу, занявшему вражескую крепость, но слишком поздно замечаем — разумеется, если замечаем вообще, — что нас заманили в ловушку.

Лишить человека жизни – это не самое страшное, что можно сделать с ним. Самое страшное – лишить человека самого дорогого, ради чего он, собственно, живет.

«Справедливость словно вода, — сказала как-то Эллен. — Она всегда пробьет себе дорогу».

Слова эти были произнесены с типичным бергенским акцентом: «р» настолько раскатистое, что казалось, средних размеров поезд сходит с рельс.