Цитаты из книги Собачье сердце

"Отвага смерти хлынула ему в душу."

"П а р ф о р с н о е кино…— Парфорсное — от  ф р а н ц.  par force — с применением силы. Взято из охотничьей терминологии и означает «гон», погоню. В 1931 г. в письме Сталину Булгаков писал: «Со мной и поступили как с волком. И несколько лет гнали меня по правилам литературной садки в огороженном дворе»."

"Товарищ! Умоляю тебя, дай документы. Будь другом. Будь, прошу тебя всеми фибрами души, и я уйду в монастырь."

"Кальсонера выкинули? — Точно так-с. День всего успел поуправлять, и вышибли."

Чрезвычайная комиссия по борьбе с куриной чумой переименовалась в чрезвычайную комиссию по поднятию и возрождению куроводства в республике, пополнилась новой чрезвычайной тройкой, в составе шестнадцати товарищей.

Двум богам служить нельзя!

Да и что такое воля? Так, дым, мираж, фикция...

Я — красавец. Быть может, неизвестный собачий принц-инкогнито. Очень возможно, что бабушка моя согрешила с водолазом. То-то я смотрю, у меня на морде белое пятно. Откуда оно, спрашивается.

Я положительно очарован.

— Как это вам удалось, Филипп Филиппович, подманить такого нервного пса? — Лаской-с. Единственным способом, который возможен в обращении с живым существом. Террором ничего нельзя поделать с животным, на какой бы ступени развития оно ни стояло.

Дворники из всех пролетариев самая гнусная мразь. Человечьи очистки, самая низшая категория.

Я не господин, господа все в Париже!

Персиков оставшиеся 20 экземпляров квакш попробовал перевести на питание тараканами, но и тараканы куда-то подевались, показав свое злостное отношение к военному периоду коммунизма.

— Не читайте перед завтраком советских газет. — Так ведь других нет. — Вот никаких и не читайте.

Пойти, что-ль, пожрать. Ну их в болото.

О, глаза значительная вещь. Вроде барометра. Всё видно у кого великая сушь в душе...

- Во-первых, мы не господа!
- Во-первых, вы мужчина или женщина?

И — боже вас сохрани — не читайте до обеда советских газет.
— Гм… Да ведь других нет.
— Вот никаких и не читайте.

– Никого драть нельзя, – волновался Филипп Филиппович, – запомни это раз навсегда. На человека и на животное можно действовать только внушением. Мясо ему давали сегодня?

"Надежда обжигала его сердце."