Случай с классиком

А.П. Чехов «Случай с классиком» (рассказ, 1883 г.)

Как говорила мне в детстве мама: «Дураков не сеют, не жнут – сами растут». Так и есть! Если ты учитель, то наличие дурака среди учеников тебя, конечно, злит. Потому что тяжело с дураком. И даже не в том беда, что тяжело, а что труд твой бесполезен. «Дурака учить, что мёртвого лечить», - говорят в народе. И народ как обычно прав. Если дурак твой товарищ, то тебе от этого даже хорошо – и выделиться на его фоне можно и посмеяться всегда есть над кем. Удобно. Если дурак твой сын, то это горькие слёзы. И горше этих слёз, может, и нет. А если ты сам дурак, а тебя пытаются учить, то это, наверное, не сахар. Ты и по-русски-то ни говорить, ни писать толком не можешь, а в тебя, как в героя рассказа Чехова Ваню Оттепелева, греческий пытаются всунуть! Ну, какой там греческий, если на уме совсем не то! Если и ума-то, может, нет! Мамаша рыдает и ругается. Тётя ругает мамашу за то, что та хочет парню образование дать, к которому он не расположен. Но ругайся – не ругайся, однако же, что-то надо делать. И после сданного Ваней на двойку экзамена, вечером, на семейном совете, было принято единственно правильное решение. А какое – узнайте сами…

Все мы сдавали экзамены, поэтому тема эта близка и понятна каждому. Из-за этого Ване Оттепелеву начинаешь сочувствовать сразу, с первых строк… Вспоминаешь свои ощущения перед экзаменом. Чем меньше знаешь по предмету, тем тяжелее воспоминания об его сдаче. Почему-то про обычные, заслуженно сданные экзамены не вспоминается. Зато те, которые стоили немало нервов, запомнились навсегда. Ваня, судя по всему, греческий язык знает плохо. Это чувствуется по тому, как он себя ощущает перед экзаменом – «в животе у него перекатывало, под сердцем веяло холодом, само сердце стучало и замирало от страха перед неизвестностью». То, как он пытается замолить судьбу, понятно, что предмет для него не сдаваем – «Идя в гимназию, он подал нищему две копейки, в расчете, что эти две копейки окупят его незнания…»

В общем-то, предчувствия его не обманули. Чехов описывает только возвращение Вани, которое трагично и понятно без сообщения о том, что экзамен провален. Приходиться объяснять недовольной мамаше, как ему не повезло – «Ошибся... Он и поставил двойку... Несчастный... я человек... Всю ночь занимался... Всю эту неделю в четыре часа вставал...» Ребёнку бы посочувствовать, но нужно ли учить педагогике его мать?!... Методы воспитания у неё из каменного века. А так как сама отлупить Ваню не может, вынуждена обратиться к жильцу.

Ужасно, конечно, что все окружающие ребёнка в рассказе Антона Павловича воспринимают телесные наказания, как само собой разумеющиеся. Бедные, отсталые люди… Никакого понятия о педагогике, о правильном воспитании. Что с них возьмёшь… Позапрошлый век.

Фраза – «Мало я его била, мучителя моего! Бить бы нужно, вот что! У-у-у... иезуит, магомет, мучитель мой! - замахнулась она на сына. - Пороть бы тебя, да силы у меня нет. Говорили мне прежде, когда он еще мал был: "Бей, бей"...»

Прочитано в рамках марафона «Все рассказы Чехова» # 475